Измена. Я всё равно тебя верну

Глава 7

Нина Сергеевна манерно улыбается при виде Любы, наклоняется и зовет к себе, расправив руки в разные стороны, но дочка жмется ко мне и прячет от нее лицо.

Свекровь кривится и недовольно поджимает губы. Кидает на меня обвиняющий взгляд, а вот я молчу. В этот раз вызвать во мне чувство вины ей не удастся.

– Любася, иди в дом, поиграй у себя в комнате, – говорю я дочери, когда замечаю, что дверь в дом уже открыта.

Свекры хоть и приходят к нам редко, но я уже не раз замечаю, что если делают это в наше отсутствие, могут воспользоваться своим ключом. Мне это не нравится, так как я не люблю, когда в доме хозяйничают в мое отсутствие, но всегда молчу. Не хочу создавать конфликт на ровном месте, зная, насколько обидчива свекровь.

– Я не хатю, – качает головой Люба и поворачивает голову боком, исподлобья разглядывая бабушку.

Не сказать, что она ее недолюбливает, но всегда так реагирует, если чувствует, что та не в настроении. В такие моменты даже я, хоть и взрослая, предпочла бы с матерью Артема не контактировать.

– Что ты ей наговорила, Есения? – строго спрашивает у меня Нина Сергеевна и прищуривается недобро. Лицо сразу становится стервозным и высокомерным.

– И вам доброго дня, Нина Сергевна, – усмехаюсь я, а сама чувствую протест. Впервые готова дать ей отпор, которого она заслуживает.

Конечно, я и раньше не была мямлей, не позволяла ей себя принижать или тюкать, но иногда мне приходилось быть более мудрой и благоразумной, не быть вспыльчивой по всяким пустякам. Знала ведь, что в случае конфликта виноватой она выставит меня. В интригах она собаку съела, мне до ней очень далеко.

– Любовь, иди в дом, нам с твоей матерью нужно поговорить, – обращается она рассерженно к Любе, тон становится официальным, и даже у меня бегут мурашки по коже.

Что-что, а запугивать свекровь умеет профессионально. Всю жизнь проработала учительницей и завучем в школе, привыкла командовать и строить учеников.

– Мама, – шепчет тихо Люба и снова утыкается в меня лицом. Вся дрожит, на этот раз от испуга перед бабушкой.

– Зайка моя, – ласково говорю я и присаживаюсь перед дочкой на корточки. Смотрю ей уверенно в лицо, чтобы она почувствовала мою защиту. – Иди к себе в комнату, посмотри мультики на планшете, сегодня я разрешаю, хорошо? А я пока поговорю с бабушкой и отправлю ее домой.

Последнее становится катализатором для дочери, и она кивает, а после тянет меня к крыльцу, чтобы одной не бежать рядом с бабушкой. Я провожаю дочь под внимательным взглядом свекрови, дожидаюсь, когда Люба поднимется на второй этаж, а затем плотно закрываю входную дверь.

– Что вы хотели, Нина Сергевна?

Я стараюсь говорить вежливо, чтобы не провоцировать конфликт, так как слишком эмоционально опустошена и физически вымотана но готова в случае чего дать ей отпор. Внутри всё звенит от напряжения, требует действий, но я напоминаю себе, что меня ждет Люба.

– Мне звонил Артем. Сказал, что ты закатила ему в офисе истерику и напала на его сотрудницу, – отвечает она возмущенно, глядя на меня с осуждением.

Я же едва глаза не закатываю от ее уверенности, что она может вмешиваться в наши взаимоотношения с ее сыном. Помню, как воевала с ней, когда она пыталась “помочь” мне с внучкой. Давала непрошеные советы, ругала, что я криворукая неумеха и ничего не понимаю в воспитании детей. А вот она мать со стажем, и мне нужно ее слушаться.

Поначалу я пыталась огрызаться, даже злилась, но Артем меня всегда осаживал. Не любил, если его мать расстраивалась, ведь она всё так грамотно ему преподносила, что зачинщицей скандала выглядела я.

– И? – усмехаюсь я прямо ей в лицо, и она от шока даже дар речи теряет.

Не знаю, чего ждала. Что я, как обычно, когда дело касается ее нравоучений касательно мужа, промолчу или стану оправдываться?

Не скажу, что мне не тревожно, ведь я привыкла по некоторым вопросам не спорить ей, знаю ведь, как она любит устраивать драму на ровном месте. Это рефлекс, с которым мне придется расстаться.

– Что и? – раздраженно выпаливает она. – Ты хоть понимаешь, что ты мужа опозорила при его подчиненных? Что о нем подумают?

– О нем? – протягиваю я. – А Артем больше переживает, что это обо мне подумают что-то не так. Что жена у него истеричка и скандалистка.

– Конечно, переживает, ты его жена, а жена – это репутация мужа и его лицо! – выплевывает Нина Сергевна, начиная распаляться. Даже глаза ее горят, словно ей давно не хватало эмоций.

– Лучше бы о своей репутации он подумал до того, как… – цежу я сквозь зубы и осекаюсь, не желая обсуждать подробности со свекровью.

Злит, что Артем вообще ее вмешал. Видимо, чувствовал, что я не успокоюсь и не стану дожидаться его возвращения. Что когда он вернется домой, не застанет нас с дочкой.

– До того, как что? – фыркает свекровь, а я гадаю, что рассказал ей сын. Признался ли, почему я напала на его подчиненную, или не стал вдаваться в такие грязные подробности? В последнее мало верится.

В любом случае, мне и так неприятно, что она пришла и теперь пытается меня осудить, убеждая, что я во всем виновата. Что это я поступила неправильно и должна покаяться.

– Нина Сергевна, – слышу я свой глухой голос. – Что за спектакль вы тут разыгрываете?

– Спектакль? – прищуривается она и упирает руки в бока. – Я пришла тебе помочь, а ты, как обычно, воспринимаешь меня вражиной.

У меня вырывается смешок. Уж слишком она предсказуема, я даже могла бы предсказать ее фразу слово в слово, настолько к ней привыкла за эти годы.

– Помочь? Чем вы можете мне помочь, Нина Сергевна? Вернетесь в прошлое и сделаете сыну внушение, чтобы он мне не изменял?

По глазам уже вижу, что она всё знает. От этого мне становится еще горше.

– Что ты задумала, Есения? – выдыхает она, по моему настроению догадавшись, что прощать мужа я не намерена.

– Вас это не касается, – резко говорю я и открываю дверь, желая как можно скорее оказаться внутри и закрыть ее прямо перед ее носом. – Всего вам доброго, Нина Сергевна.