Как выйти из френдзоны

Глава 8

Вторник. 31 января.

Целую неделю – с прошлого вторника – Егор провёл за столом, заваленным бумагами, учебниками и распечатками с примерами задач. Он понимал: олимпиада по математике – это его шанс. Даже если вдруг он плохо напишет ЕГЭ, успешное выступление на олимпиаде могло стать запасным билетом на бюджет в хороший ВУЗ. И это заставляло его корпеть над задачами ещё усерднее, чем обычно.

Но, оказавшись сегодня здесь, на региональном этапе, он понял, что всё не так просто, как он думал. Уровень задач был таким, будто кто-то специально отбирал их из сборника самых сложных примеров. По сравнению с ними даже пробник по математике казался лёгким развлечением. И Егор не мог даже представить, что будет дальше, если он вдруг пройдёт на заключительный этап. Там, вероятно, его ждали задачи уровня каких-то космических вычислений, с которыми справлялись только будущие Нобелевские лауреаты.

Сейчас он сидел, молча глядя на свои листки. Он решил примерно семьдесят процентов заданий, но прекрасно понимал, что этого мало. Но больше сделать не получалось – просто не хватало знаний, не хватало чего-то внутри, какой-то математической искры, которая помогла бы увидеть решение.

Он отвлёкся от задач, начал незаметно оглядываться по сторонам. В кабинете сидело 15 человек, все по одному за партой, рассаженные так, чтобы не было возможности даже мельком взглянуть на чужой листок. Он занимал место ровно посередине, третья парта второго ряда – как будто сидел в самом центре вселенной.

Большинство ребят здесь были парнями, но и девушек хватало. Взгляд Егора незаметно скользнул влево – к окну, на первый ряд, третью парту. Там сидела красивая блондинка – светлые волосы почти до поясницы, собранные в аккуратный высокий хвост, идеально ровная спина и тонкие пальцы, аккуратно перебирающие ручку. Школьная форма выглядела на ней слишком аккуратной, будто её специально готовили к какому-то особому мероприятию. Она явно не писала ничего уже минут двадцать, просто скучающе рисовала на листке какие-то узоры, сердечки и абстрактные фигуры. Со стороны казалось, будто она случайно оказалась здесь, просто заняв чьё-то место по ошибке.

Перед ней сидела другая девушка – ярко-рыжая, с короткими, слегка вьющимися волосами, которые словно светились даже при искусственном освещении. У неё было много веснушек, которые щедро покрывали её щеки и переносицу. Она, в отличие от блондинки, писала и писала, почти не отрывая ручку от бумаги. С такой энергией и концентрацией она могла бы не задачи решать, а писать целый роман, рассчитывая где-то в глубине души, наверное, на то, что количество написанного заменит качество решения.

Егор перевёл взгляд вправо – третий ряд, третья парта, у стены. Там сидела ещё одна девушка – брюнетка с прямыми тёмными волосами, спадавшими на плечи. Она выглядела очень серьёзной, чуть нахмуренной и уставшей, с выражением лица, словно все проблемы мира лежали на её плечах. Она сидела, приложив ладони ко лбу, слегка опустив голову, и смотрела вниз на листок с заданиями. Было невозможно понять, действительно ли она пыталась осмыслить условия и найти решение или просто погрузилась в какие-то свои мысли, далёкие и совершенно не связанные с математикой.

Все эти девушки были довольно красивыми, но в глазах Егора ни одна из них не могла сравниться с Алёной. Никто из них не вызывал у него того чувства, той странной и непонятной тоски, которую он испытывал по ней. За эти семь дней он ни разу не встретил Алёну, равно как и Ваню, с которым общался только в мессенджере короткими сообщениями вроде «что нового?» и «как дела?».

Внезапно он задумался о том, что делает сейчас Алёна. Он взглянул на часы – 11:01. У них, значит, несколько минут назад начался четвёртый урок. Он быстро прокрутил расписание в голове – биология, которую вела их классная руководительница, Наталья Сергеевна. Вероятно, Алёна сейчас сидела за своей обычной партой, шепталась с подругами или скучающе смотрела в сторону окна, даже не подозревая, что кто-то думает о ней именно сейчас.

Тишину в кабинете внезапно прервал голос одной из двух наблюдающих за олимпиадой женщин. Голос её был нежным, но слова прозвучали так чётко и резко, что мгновенно вернули Егора в реальность:

— У вас остался ровно час до конца олимпиады.

Егор вздрогнул, как от холодного душа, и тут же почувствовал, что ему срочно нужно выйти отсюда хотя бы на минуту, чтобы привести мысли в порядок.

Он поднял руку, тихо попросил разрешения выйти в туалет. Одна из наблюдающих кивнула, отметила что-то в своём списке и спокойно сказала:

— Только ненадолго, возвращайся быстрее.

Он быстро поднялся, вышел в коридор, который встретил его пустотой и холодным сквозняком. Быстро направился в сторону туалета, чувствуя, как напряжение немного отпускает его с каждым шагом.

Сейчас он был готов даже просто постоять несколько минут перед зеркалом, умыться холодной водой, только чтобы привести мысли в порядок и хотя бы ненадолго перестать думать о математике, олимпиаде и, конечно же, Алёне.

Умывшись холодной водой и взглянув в зеркало, Егор почувствовал, как напряжение понемногу начало отступать. По крайней мере, сейчас он хоть на секунду сумел отвлечься от нервного ощущения того, что он проваливает олимпиаду и упускает свой шанс попасть в хороший ВУЗ.

Он глубоко выдохнул и случайно провёл рукой по карману брюк. Что-то твёрдое и холодное оказалось под его пальцами. Телефон. Как он раньше не додумался! Ведь он мог просто выйти сюда, в туалет, и попытаться найти ответы в интернете. В голове быстро пронеслась мысль о том, что это не совсем честно, но сейчас ему было уже не до моральных дилемм. Он быстро достал телефон, осторожно оглянулся и зашёл в ближайшую кабинку, аккуратно закрыв за собой дверь, чтобы никто случайно не увидел его с телефоном.