Кавказский Муж. Снова Будешь Моей

Глава 2

Мне кажется, что я сейчас просто потеряю сознание. Вокруг хаос, крики, беготня, а меня хватают грубо, тянут прочь, не особо уделяя внимание моему сопротивлению!

Я оборачиваюсь и кричу во все горло:

– Папа! Помоги! Папа!

Пытаюсь во всей этой толпе разобрать лица близких и родных людей, даже кажется, что на одно краткое мгновение мне удается разглядеть отца, хочется верить, что сейчас он подбежит ко мне! Защитит! Заставит Усманова пожалеть о том, что произошло!

Но… ничего не происходит!

У меня не получается сопротивляться, я упираюсь каблуками, но шкаф, который меня утягивает в сторону, будто из металла создан. По образу и подобию самого Усманова! У него и люди подобраны аккурат под запрос жесткого бизнесмена.

– Отпустите меня! Вы не имеете права! Не имеете!

Кричу, упираюсь, но меня тащат по залу, затем по коридору, мимо гостей, чьи лица искажены страхом и недоумением. Кто-то зовет меня по имени, кажется, что это моя мама.

Я оборачиваюсь, пытаюсь извернуться, выкарабкаться из захвата охранника, но взор застилают слезы, а еще… дым… Вокруг все кричат, паника с каждой секундой достигает все большего размаха. Начинается давка и толкучка.

В этих криках я не различаю голоса – всё сливается в один невыносимый гул.

– Прекратите вырваться! Алина Юрьевна, хозяин отдал приказ! Своим сопротивлением вы только себе навредите! – раздается над ухом бас амбала, который и не думает меня выпустить из своих лапищ! Вероятно, я ему мешаю! Мешаю исполнять приказ Усманова. Вероятно, будь его воля, он бы меня и вовсе оглушил, но подобного приказа не поступало!

В какой-то дикий момент я понимаю, в какую ужасную ситуацию попала! Я ощущаю себя безвольной куклой! Игрушкой! Мною расплачиваются, меня заставляют делать то, чего я делать не хочу!

И если еще некоторое время назад мне казалось, что я могу быть счастливой, то все мои надежды, все это разрушилось из-за того, что я узнала правду!

Правду…

Для Армана я никто, придаток к соглашению, к договору…

Я пытаюсь вырваться, но хватка у охранника железная. Слезы жгут кожу, дыхание сбивается.

– Отпустите! Ненавижу! Так и передайте своему хозяину! Я не согласна! Я свободный человек!

Я уже теряю разум от страха. От агонии. От несправедливости, которая происходит здесь и сейчас, а самое главное в этой разношерстной толпе приглашенных – никто не взялся меня защищать, никто не поднялся против Усманова!

Даже мой отец…

Предательство… вот как я это ощущаю! Вот что происходит со мной прямо сейчас…

Слезы катятся по щекам, я сталкиваюсь взглядом с бегущим к нам парнем…

– Саша… – выговариваю хрипло имя друга детства. На краткий миг кажется, что прямо сейчас этот коренастый парень с рыжими волосами и щербатым ртом сейчас кинется на охранника Усманова, который продолжает, не обращая внимания на мое сопротивление, утягивать в сторону…

– Сашка… – вновь шепчу с надеждой, протягиваю руки, как маленькая, как ребенок, который отчаянно хочет, чтобы его спасли…

И по губам читаю ответ:

– Извини…

Александр прикрывает лицо платком, а сам пробегает в противоположную сторону, а я… я вдруг вспоминаю, как этот мальчишка украдкой поцеловал меня, как обещал, что обязательно женится на мне, как спасет от страшной участи…

Обида поднимает голову, перемешивается с каким-то диким отчаянием и… пониманием, что все, кого считала близким, все, кто должен был встать на мою сторону, понять, что Усманов – подонок, который просто решил воспользоваться мной, отвернулись…

Все близкие… предпочитают не замечать невесты, которая кричит что есть мочи и пытается избавиться от хватки шавки Усманова…

Где-то вновь слышится хлопок. Теперь понимаю, что это не салюты. Совсем нет…

И страшно становится от того, что это кто-то стреляет… не гром это, не молния, и в неразберихе и суете я не понимаю, что именно происходит. В какой-то момент мне удается вывернуться.

Но вместо того чтобы бежать прочь от амбала, я подворачиваю опять ногу на неудобном каблуке и буквально лечу носом в пол, падаю, болезненно ударяюсь запястьем, ощущаю, как скулу пронзает укол от соприкосновения с мраморным полом, а надо мной охранник пускает настолько крепкие ругательства, что у меня душа в пятки уходит.

– Макс! Помоги! – рявкает наконец охранник, и к нам подбегает еще один подручный Усманова. Я же окидываю себя взглядом, прижимая ушибленное запястье к груди, свадебное платье, ещё недавно белоснежное и торжественное, сейчас в грязи и пепле, порвано по подолу. Мне бы бежать, но, кажется, я потеряла туфлю, как самая глупая Золушка, и умудрилась растянуть все, что только можно.

– Хозяин сказал увезти девчонку в особняк, – выдает с нажимом один амбал второму, и тот задумчиво кивает, окидывая меня пристальным взглядом!

Все, что происходит, кажется дурным сном, от которого я не могу проснуться.

Наконец оба охранника хватают меня, а я кричу во всю глотку:

– Пустите! Пустите меня!