Клуб непокорных. Первая боль.

Глава 11. Жестокость

Марго нарисовала на запотевшем окне солнце. Под ним дерево. Ещё одно. Ещё и ещё. Получился лес. Он манил, ждал её возвращения. Теперь он подобрался совсем близко. Теперь лес стал её соседом, молча заглядывал по ночам в окна, бережно охранял старые тайны этого места. Марго одним движением стёрла весь рисунок. Дождь рисовал свои узоры на другой стороне окна.

Дверь хлопнула, Тина вернулась после тренировки. Марго уже успела выучить её расписание. По понедельникам и средам футбол. По вторникам и четвергам бокс. По пятницам Тина бегала. Судя по мокрой одежде и волосам, бегала Тина в любую погоду. Даже в такой дождь, как сегодня.

Марго подумала, что ей тоже следует чем-нибудь заняться в Аркане. Может, записаться в театральный кружок? Она давно искала повод заговорить с Тиной, всё-таки довольно удручающе жить с соседкой в искрящейся недружелюбием тишине, поэтому спросила её про драмкружок.

– Вперёд, записывайся, если хочешь проводить больше времени в обществе тупоголовой Люси и её подружки. О, и будь готова к унизительному кастингу. Незабываемые эмоции будут обеспечены, – стягивая с себя мокрую одежду, отозвалась Тина.

– Ты это по собственному опыту знаешь? – заинтересовалась Марго.

Тина кинула на неё острый взгляд, напоминая о своём отношении к соседке. Оставив вопрос Марго без ответа, Тина переоделась в сухой свитер, джинсы и достала из шкафа сапоги на плоской платформе.

– Куда-то собираешься? – не унималась Марго.

– Не твоё дело. – Теперь Тина стала собираться суетливее, словно внезапно осознала, что куда-то опаздывает.

Марго же в этот пятничный вечер было совершенно нечем себя занять. Она плюхнулась на кресло-мешок и продолжила с интересом наблюдать за соседкой.

– Ну что ещё? – Тина не выдержала такого внимания.

– Слушай, Тин… – серьёзней, чем обычно, начала Марго, стащив очки. – Прости меня за ту идиотскую выходку, за то, что испортила твои постеры с футболистами. Я тогда была так зла. Не на тебя, а вообще… Директриса тогда сказала, что мне здесь не место и я вроде как захотела всем насолить. Я не собираюсь обещать, что буду лучшей соседкой на свете. Я часто иду на поводу у импульсов, бываю шумной и противной, иногда делаю и говорю глупости. Но я всегда настоящая. Я злюсь по-настоящему и улыбаюсь тоже по-настоящему. И я всегда отвечу добром, если кто-то добр ко мне или к другим. Так что давай забудем обиды и попробуем ужиться.

Тина застыла, смотря на дверь. В её лице что-то переменилось. Суровая уверенность на секунду сменилась замешательством.

– Это всё слова, – ответила она. – Время всё расставит по местам.

Тина решительно зашагала к выходу, но у самой двери снова застыла и повернулась к Марго.

– Почему директриса сказала тебе такое? Почему тебе здесь не место?

– Открыть секрет? – Марго всё ещё была серьёзной. – За меня заплатили не мои родители. У них не хватит денег даже на месяц обучения здесь.

Тина слегка нахмурилась, она определённо не верила Марго.

– Зачем ты говоришь мне это?

– Мы обе знаем, что мне не будет покоя от издевательств, если кто-то узнает, что я из простой семьи с окраины. Если желаешь отомстить мне, можешь всем растрепать. Я не боюсь. И не умею выдавать себя за кого-то другого.

Тина с минуту покосилась на Марго. Она злилась за то, что Марго сделала её невольными соучастником этой тайны. Рассказать об этом всем – значит нарушить собственный кодекс чести. Не в её правилах разносить сплетни из-за мнимого кратковременного интереса к себе. Нет, определённо нет. Но умолчать, скрыть ото всех – означало предать своих одноклассников. Пусть иногда раздражающих и ненавистных, но это её стая. А Марго никто. Марго чужая. Во всех смыслах чужая.    

Тина молча вышла. Марго и не ждала от неё никакого ответа. Она хотела извиниться, и она это сделала. И в глубине души она хотела, чтобы Тина всё рассказала остальным. Какой смысл пытаться начать с кем-то дружбу, если всё может рухнуть из-за одной ничтожной лжи или недосказанности? 

Вечер неумолимо окутывал полуостров. Дождь словно не думал прекращаться до первого снега. Стрелки лениво отчитывали минуты. Заскучав, Марго решила прогуляться по опустевшему корпусу.

Первым делом она заглянула в Красную. Компания ребят смотрела и шумно комментировала какой-то новый фильм. Марго такие фильмы не любила, задерживаться она не стала. Странно, но никого из её знакомых видно не было. Даже Кира спешно накинула капюшон и выбежала в дождь. Марго прогулялась до «Балкона», но и там не обнаружила никого знакомого. Ей даже пришло в голову навестить Тима в корпусе младших, но потом она подумала, что его, скорее всего, на выходные забрали мама и отчим. Или даже отвезли погостить к бабушке, по которой он так скучает. Тогда она не придумала ничего лучше, чем вернуться в комнату и решить домашнее задание.

– Вот до чего довели! – обижено воскликнула она. – Такими темпами стану прилежной ученицей.

Что что-то не так Марго почувствовала ещё до того, как зашла в комнату. Лёгкий холодок прокатился по спине и разлился в груди. Предчувствие не обмануло: в комнате Марго обнаружила новую записку, новое свидетельство того, что за ней следят.

Теперь записка была прикреплена иголками к розовощёкой кукле в ситцевом платье. В такие уже давно никто не играет и наверняка их уже много лет не производят. Марго знала, что такие куколки закрывают глаза, если их наклонить, и иногда даже разговаривают. У этой вряд ли динамик всё ещё работал, игрушка однозначно была произведена, когда Марго ещё и на свете-то не было.

Девушка нашла в себе мужество подойти ближе и прочитать послание:

«Ты знаешь, куда ты попала? Ты знаешь, зачем ты здесь? В молчаливом лесу похоронены все ответы. Осмелишься ли ты раскопать их? Или позволишь прошлому закончить начатое? Оно вернулось, ты чувствуешь это? Оно вернулось за тобой! Полуостров молчания не выдаёт своих детей. Кто ты, Рита? Ребёнок тишины или боец?»