Код доступа неизвестен

лог_5. Одиночество

Шум и рев работавшего строителя остались позади. Сквозь толстые стальные створки долетали только отдельные приглушенные звуки рушившихся колонн и слабая вибрация. Свет изредка мигал от самых сильных толчков, но все остальное время работал вполне приемлемо. Встроенные в потолок светодиоды тонкими полосами уходили вдаль, освещая длинный широкий коридор с ромбовидными стенами, постепенно сворачивавший куда-то влево. И больше ничего.

Человек с трудом опустился на пол, чувствуя, как весь его организм последними силами цепляется за выживание. Нанесенные корректором раны хоть и не были смертельными, но продолжали сильно кровоточить. И вместе с вытекавшей кровью из него слово выходила сама жизнь. Мышцы после недавней вспышки адреналина были словно деревянные, с трудом подчиняясь командам. Хотелось просто сидеть, закрыв глаза, и ничего не делать. Однако в сознании билась настойчивая мысль, что в таком случае он вообще больше никогда не поднимется.

«Состояние платформы: серьезные повреждения. Необходимо медицинское вмешательство. Подключитесь к ближайшему аппарату срочной медицинской помощи», — участливо сообщил внутренний нейроинтерфейс, выведя на сетчатку очередное системное сообщение. Только указаний, где такой аппарат мог находиться, он так и не передал. Зато, подчиняясь мысленным командам, появилось трехмерное изображение его собственного тела с указаниями поврежденных участков. Нейроинтерфейс легко раскладывал его на слои, указывая места, где были порваны мышцы и разорваны кровеносные сосуды, какие повреждения получили внутренние органы и какова вероятность их регенерации с помощью внутренних возможностей.

«Навык регенерации составляет двадцать один процент. Навык полевой медицины составляет шестнадцать процентов. Вероятность полного восстановления платформы составляет десять целых и четыре десятых процента», — вылезло новое сообщение, как только он подумал обойтись собственными силами. Далеко не самая радужная перспектива, но нейроинтерфейс все равно вывел еще одно сообщение: «Разрешить использовать запас энергии для процесса восстановления?»

Он отказался. Автомат потерялся, а на него ушла немалая часть имевшейся энергии, поэтому оставшееся желательно экономить. Никогда нельзя предугадать, когда она может понадобиться, но в том, что такой момент настанет, человек точно не сомневался. Оставив только стандартные процедуры регенерации платформы, он аккуратно поднялся на ноги.

— Тебе нельзя слишком долго оставаться на месте. — Гекса снова появилась, заменив собой миникарту. Все равно полезной информации там практически никакой не было, за исключением части уходящего вдаль коридора, без ответвлений и дополнительных помещений. — Мы выиграли немного времени, но если сервисные чистильщики уже смогли найти проход в комплекс, они все равно нас найдут. Рано или поздно. Поэтому немедленно вставай — и вперед!

— Кто из нас здесь вообще главный? — поинтересовался он, разгибаясь и привыкая к новым ощущениям. Почти сразу же вылезло окно нейроинтерфейса с показателями дыхания и сердцебиения, но он свернул его обратно. — Такое ощущение, что ты, раз такие команды даешь. Вставай, иди, беги…

— Хватит ныть. Я ради тебя стараюсь, — возмутилась Гекса, подняв торчком ушки и быстро размахивая хвостом. — Все наши планы полетели прямо в корзину, поэтому стандартные алгоритмы для выполнения невозможны. Надо действовать быстрее, чем чистильщики! Второй раз они тебя уже не выпустят!

— Кто это вообще такие? — Он, прихрамывая, направился дальше по коридору, изредка хватаясь за стену, чтобы сохранить равновесие. — Я о них почти ничего не помню, кроме того, что надо их бояться. Почему надо, уже не спрашиваю…

— С чистильщиками мы еще прежде не сталкивались. О них знаю только то, что известно центральному процессору. — Гекса покачала головой. — Системные чистильщики — одна из причин формирования проекта «Новая надежда». Прежде они были частью общего защитного блока, но позже стали воспринимать полноценных пользователей как угрозу для стабильности системы. Выполняя свои алгоритмы, чистильщики либо удаляли их матрицы личности, либо корректировали…

— Корректировали? — Этот момент он не совсем понял.

— Они могут форматировать и перестраивать матрицу в соответствии со своими алгоритмами. То, что получается в итоге, остается пользователем. Однако под параметр полноценных уже не попадает. Я не могу сейчас объяснить этот момент, не хватает данных. Однако ты и так все поймешь, если увидишь такого…

— Все лучше и лучше… — Он покачал головой. — Однако раз они использовали в качестве ловушки чекпойнт, то значит, любой другой может оказаться такой же засадой? Как теперь выполнять задание?

— А ты еще не проверил список задач? — Гекса удивленно навострила ушки. Признаваться, что совсем о нем забыл, человеку не очень хотелось, но под строгим взглядом личного помощника вывел панель задач. И первая же строка с заданием прохождения тренировки уже была ярко-красной и перечеркнутой. Тяжело вздохнув, он переместил ее в графу проваленных заданий. — Что это значит?

— Я сама не до конца в курсе. Как только чистильщик материализовался, моя связь с центральным процессором пропала. Их системы блокировки просто невероятны. Наверное, высокий уровень. И могу только предполагать развитие событий. Как только контакт прервался, центральный процессор сделал единственное, на что еще был способен в такой ситуации. — Гекса расстроенно опустила ушки. — Он активировал ближайшего строителя и дал ему задачу удаления всей поврежденной секции. Ты же видел, что он там творил. Только так можно было помешать чистильщикам. Однако теперь строитель уничтожает все уровни тренировочных помещений. Ты не сможешь выполнить задание. Не сможешь собрать чекпойнты и пройти нормально к административной секции. Все, чего мы добились, теперь совершенно бесполезно. А искать другие пути обхода у нас уже нет времени.