Кодекс наёмника

Глава 2

Тишина в цеху стала вдруг густой и тяжелой, как свинец. Слова на экране комуникатора висели в воздухе, более реальные, чем запах пыли и металла. Ликвидировать как предателя. Его собственные люди. Его семья, единственная, что у него оставалась после того, как старый мир рухнул.

Инстинкт, выдрессированный сотнями рейдов, взял верх над шоком. Рука сама потянулась к разгрузке, проверяя магазины. Полупустой. Медикаментов — пара аптечек. Продовольствия — на день, от силы. Он был легкой добычей.

Он резко дернул штекер накопителя из планшета, сунул его во внутренний карман бронежита. Планшет был следующим. Он вынул аккумулятор, разбил экран прикладом винтовки и швырнул обломки в разные углы цеха. Никаких следов. Никаких зацепок.

ОНИ ЗНАЮТ. Теперь он понимал. Знают, что он это видел. Знают, что он не должен был этого видеть. Проект Колыбель. И "Кайрон", и "Оникс" были в сговоре. Он был пешкой, которую только что смахнули с доски.

Нужно было двигаться. Старое укрытие было компрометировано. Любая задержка — смерть. Он снял с плеча винтовку, перевел ее в боевое положение и бесшумно скользнул к выходу, прислушиваясь к улице. Дождь все еще моросил, создавая идеальный белый шум.

Его мозг работал, прокручивая варианты. Банки данных? Заблокированы. Наемники-одиночки? Сдадут его за дополнительные пайки. Официальные власти? Смехотворно. В этом городе корпорации и были властью.

Оставалось одно — уйти в самое дно. Туда, куда "Оникс" и "Кайрон" совались только тяжелыми ботами и штурмовыми группами. Нижние уровни, Доки.

Путь занял несколько часов. Он двигался по крышам, через разрушенные канализационные коллекторы, избегая открытых пространств. Каждый тенок казался врагом, каждый шорох — предвестником засады. Город, который был его домом и рабочим местом, вдруг превратился в гигантскую, враждебную ловушку.

Воздух в Доках был густым и влажным, пахнущим ржавчиной, стоячей водой и чем-то еще, гнилостным и сладким. Огни здесь были редкими и прерывистыми, а гравитация работала с перебоями, заставляя обломки плавать в воздухе, как призраки. Идеальное место для того, чтобы исчезнуть.

Он нашел относительно целый отсек в корпусе старого грузового судна, севшего на мель еще десятки лет назад. Забаррикадировал вход обломком стальной плиты и только тогда позволил себе выдохнуть. Дрожь, которую он сдерживал все это время, наконец пробралась к его рукам.

Предательство жгло изнутри. Он вспоминал лица своих напарников. Холодные глаза командира. Шутки оружейника. Были ли они в курсе? Или они тоже просто винтики, которые выбросят, не моргнув глазом?

Он достал накопитель. Он был его единственным козырем. И смертным приговором одновременно. Данные требовалось проверить. Нужен был терминал. Доступ в сеть, но не корпоративную. Независимый узел. Такие еще оставались в Доках, если знать, где искать.

Его рация, настроенная на общий канал "Оникс", вдруг ожила. Шипение, потом голос, искаженный помехами, но узнаваемый. Это был Рик, его старый напарник.

Призрак, если ты слышишь... Эй, парень, не дури. Сдайся. Скажешь, что нашел баг в данных, ошибку. Они могут быть милосердны. Не заставляй нас... ну, ты понял.

Алекс сгреб рацию и с силой швырнул ее о стену. Осколки пластика и микросхем разлетелись по углу. Милосердие. Он видел, как "Оникс" проявляет милосердие к предателям. Никаких следов. Никаких свидетелей.

Он остался в полной тишине, если не считать отдаленного гуления сирены и капель воды, падающих с потолка. Один. Абсолютно один.

Но не совсем. В его памяти всплыло то первое сообщение. ОНИ ЗНАЮТ. УХОДИ. Кто-то предупредил его. Кто-то, кто знал о заговоре. Кто-то внутри системы.

Он посмотрел на накопитель в своей руке. Это была не просто информация. Это была война. И он только что стал ее единственным солдатом. Ему нужны были союзники. Оружие. Информация. И прежде всего — он должен был понять, кому можно доверять в городе, где доверие стало самым дефицитным ресурсом.

План начал формироваться в его голове, хрупкий и безумный. Найти того, кто послал сообщение. Раскрыть правду о "Колыбели". И сделать то, чего он никогда не делал за всю свою карьеру наемника. Выйти из тени и нанести удар первым.