Кодекс наёмника

Глава 4

Комната была маленькой и без окон, бывшей каморкой дежурного по станции. Теперь это был импровизированный допросный зал. Стол, три стула и мерцающий голографический проектор, отбрасывающий синеватый свет на лица.

Алекс сидел напротив двух людей, которые представились Игорем и Леной. Игорь, коренастый мужчина с сединой в коротко стриженных волосах, бывший инженер "Кайрон". Лена, та самая женщина, что встретила его у входа, с холодными глазами и лицом, не выражавшим никаких эмоций.

Рассказывай, — потребовал Игорь. С самого начала.

Алекс начал с самого начала. Контракт от "Оникс". Рутинное задание по извлечению данных с серверов "Кайрон" в секторе 7-Г. Неожиданное сообщение-предупреждение. Взломанная система безопасности. Бегство. И то, что он нашел на накопителе.

Он не скрыл ничего, кроме самых интимных деталей своего предательства. Он говорил о проекте "Колыбель" четко и технично, как и подобает профессионалу. Медицинские протоколы, нейроинтерфейсы, алгоритмы массового влияния на подсознание.

Когда он закончил, в комнате повисла тяжелая тишина. Даже Лена выглядела задумчивой.

Игорь тяжело вздохнул и протер лицо ладонями.
Это хуже,чем мы думали. Мы знали, что "Кайрон" ведет исследования в области контроля. Но чтобы до такой степени... И "Оникс" в доле. Это меняет все.

Вы верите мне? — спросил Алекс.

Верим не мы, — ответила Лена. Она встала. — Пойдем. Рысь согласилась тебя видеть.

Она провела его вглубь станции, в отсек, отгороженный от остального пространства листами бронированного стекла. Внутри царил идеальный порядок. Стеллажи с бесшумно работающим серверным оборудованием, несколько мониторов, на которых бежали строки кода. И перед ними — высокая худая женщина в простом сером комбинезоне. Ее короткие черные волосы были прямыми и небрежно заброшенными за уши. Когда она повернулась, Алекс увидел молодое, но невероятно уставшее лицо и пронзительные серые глаза, которые казались слишком большими для ее худобы.

Это он? — ее голос был тихим, но четким, без единой нотки волнения.

Он, — подтвердила Лена и отошла к выходу, оставив их наедине.

Рысь внимательно, почти физически осязаемо, осмотрела Алекса с ног до головы.
Алекс Вольский.Кодовое имя "Призрак". Бывший капитан корпоративных сил безопасности, затем — оперативник ЧВК "Оникс". Специализация — тихое проникновение и добыча. — Она говорила, как будто читала его досье. — Ты должен был исчезнуть в той западне.

Сообщение было от тебя. Почему? — спросил Алекс, опуская формальности.

Потому что я отслеживаю все перемещения "Оникс" в этом секторе. Их алгоритмы предсказуемы. Я знала, что они отправят кого-то на сервер 7-Г. Это была проверка. Ловушка для них. Чтобы посмотреть, кого они пришлют, и как отреагируют. Я не ожидала, что пришлют тебя. И уж точно не ожидала, что ты выживешь.

Значит, я был подопытным кроликом? — в голосе Алекса прозвучала горечь.

Мы все подопытные кролики в их лаборатории, Вольский. Просто некоторые из нас это осознают. Ты выжил. Ты увидел "Колыбель". И теперь ты здесь. Что ты собираешься делать?

Я хочу остановить их.

Слова прозвучали громко и наивно в этой стерильной комнате. Рысь усмехнулась, но в ее глазах не было насмешки. Там была усталая ярость.

Один? С одним накопителем и штурмовой винтовкой?

У меня есть ты. И База.

База — это улей. Здесь каждый выживает как может. Мы не армия.

Но у вас есть информация. И ты явно знаешь о "Кайрон" больше, чем кто-либо. Почему?

Рысь отвернулась к мониторам. Ее пальцы на секунду замерли над клавиатурой.
Потому что я его создавала.

Алекс застыл.
Что?

Нейросеть. Архитектуру управления. Я была одним из ведущих программистов в отделе перспективных разработок "Кайрон". Проект "Эдем" — так это называлось официально. Система для лечения психических расстройств, управления болью. Благие намерения. А потом они принесли новые технические задания. Протоколы подавления воли. Алгоритмы подчинения. Они превратили мое детище в "Колыбель". В оружие.

Она обернулась, и в ее глазах Алекс увидел то, что понимал лучше всего — вину выжившего.
Когда я все поняла,я попыталась уничтожить данные. Меня остановили. Мне чудом удалось сбежать. И с тех пор я здесь. Я пытаюсь найти способ убить свое же детище, пока оно не убило всех нас.

Она подошла к нему ближе.
Ты хочешь остановить их?Хорошо. Но для этого нужны не пули. Нужны доказательства. Не просто сухие данные. Нужно живое свидетельство. Нужно показать всему городу, что творят "Кайрон" и "Оникс".

Как? — спросил Алекс.

Испытательный полигон, — тихо сказала Рысь. — Они уже тестируют "Колыбель" на людях. В квартале Х-7. Там находится секретный медицинский центр "Кайрон". Они вербуют бездомных, обещая крышу над головой и еду. А потом... проводят эксперименты. Мы должны проникнуть туда. Добыть видео. Найти живых свидетелей. Вытащить их на свет.

Это самоубийство, — холодно констатировал Алекс. — Это не склад данных. Это будет охраняться как крепость.

Да, — согласилась Рысь. — Но у тебя есть опыт тихого проникновения. А у меня есть все чертежи этого комплекса и коды доступа, которые они не успели сменить. И еще кое-что.

Она достала из стола маленькое устройство, похожее на медицинский сканер.
Прототип блокатора.Он создает помехи в диапазоне работы нейроинтерфейса "Колыбели". На короткое расстояние. Он может защитить нас, если мы попадем в зону действия поля.

Алекс смотрел на устройство, потом на Рысь. План был безумным. Но это был план. Первый луч света в абсолютной тьме последних суток.

Я не могу заставить их идти с нами, — кивнула она в сторону главного зала. — Это должен быть добровольный выбор.

Тогда мы пойдем вдвоем, — сказал Алекс.

Рысь медленно кивнула.
Вдвоем.— Она протянула ему блоктор. — Добро пожаловать в сопротивление.