Красотка для мажора. Она будет моей

Глава 3.1

―Не так давно столкнул учительницу с лестницы, так, что она сломала бедро. Другой в ящик стола подложил самодельное взрывное устройство, которое обожгло ей лицо и руки чуть ли не до костей. Над входом в библиотеку расположил резервуар с концентрированным уксусом ‒ он пролился на уборщицу, которая приходила утром мыть полы. Кислота разъела ей кожу и попала в глаза. Это не шалости. Настоящий терроризм. Страшно подумать, что еще он может сделать! Как-то сразу вспоминаются те случаи, когда ученики приносили в школу автоматы и расстреливали одноклассников.

―Господи!.. ―я прижала ладонь ко рту.

Смеяться мне резко расхотелось. Этот Вандал явно был способен на что угодно…

―У вас есть подозрения, кто это может быть?

―В том-то и дело, что подозрений слишком много! ―покачала головой Диана. ―Мы все думаем, гадаем, играем в детективов, а он тем временем продолжает творить свое черное дело. Это не просто подростковое бунтарство ‒ тут чувствуется жестокость, гнев, причем не яростный, несдержанный, а холодный и расчетливый. В ком-то из школьников скрывается настоящий психопат. И мы все надеемся, что не станем его следующими жертвами.

―Только надеяться и остается, потому что он неуловим… И хитер, как змея!

Кстати, о хитрецах.

―А вам не кажется, что это может быть… Давид Третьяков?

На лицах девчонок тут же возникли самые разные выражения.

―Да, нет! ―расплывшись в улыбке, Марина встряхнула головой. ―Это точно не он! Знаю, про него чего только не говорят…

―Ну, да, только не твой милаш! ―засмеялась Света. ―Правда, мне тоже не кажется, что это может быть Давид. У него на уме только спорт, спорт и погоня за юбками. Ни на что другое у него просто энергии не хватит! К тому же он не привык скрывать свои мысли и чувства.

―Не скажи, ―староста снова покачала головой, ―мне всегда казалось, что в нем-то как раз скрыта какая-то глубинная озлобленность. Мне он, наоборот, кажется закрытым человеком, который близко никого к себе не подпускает. Я бы не стала сбрасывать его со счетов. Кто знает, может это и Давид?

―Третьяков всю свою агрессию выплескивает на спортивной площадке, зачем ему еще и хобби в виде терроризма?

―Ну, так можно всех баскетболистов вычеркнуть из списка подозреваемых! Это может быть кто угодно, что гадать?

Так, продолжая строить теории, мы купили по небольшой пицце и отправились искать свободный стол в этом переполненном зале. Оглянувшись, я спросила себя, кто из этих ребят мог бы скрывать внутри себя психопата…

Кто угодно. Абсолютно кто угодно.

Вот я, например, так никому и не рассказала, что уже когда-то училась в этой школе ‒ просто не захотела об этом говорить. Ну, а кто-то не спешит открывать другую сторону своей души.

Чужая душа потемки. Секреты, маленькие или большие так или иначе есть у всех.

***

Выйдя из школы в конце учебного дня, полной грудью вдохнула свежайший весенний воздух, наполненный запахом талого снега, улыбнулась и мысленно поздравила себя с тем, как он прошел ‒ а прошел-то на удивление неплохо!

Наташа Цай оказалась отличницей, у которой было очень удобно списывать. Девочки ‒ хорошей, веселой компанией. Остальные одноклассники ‒ самыми обычными ребятами (если не считать той шайки мажоров, конечно).

Нужно было позвонить подруге, поделиться этим с ней ‒ как раз осталось время.

Отойдя в сторону от крыльца, встала возле забора под раскидистым кленом и нашла нужный контакт в своем телефоне.

―Привет, Ева! Не занята?

Что ни говори, а слушать она умеет. Я принялась в красках описывать свой день, умалчивая, впрочем, о том, что скрыла от новых одноклассников свою истинную личность ‒ Еве-то я тоже об этом не рассказывала.

―Ну, а как у тебя дела? ―в конце концов, спросила, рассматривая шеллак на своих ногтях.

―Да вот, все с мамой воюю, ―вздохнула девушка.

А, точно, помню, в чем там было дело!

―Да, да, да! О, как мне это знакомо! Вместо гиалуронки нужно было потратить эти деньги на съемную квартиру. Так не хочется идти домой, сказать невозможно! ―я снова принялась вещать, возмущенно жестикулируя и горячась. ―Но у тебя такая мирная, интеллигентная мама, ―наконец, вспомнила, о чем говорила подруга, ―у вас и войны это не войны, а так. Все еще запрещает тебе с ним встречаться?

―Да… Я тысячу раз говорила, что Макар ни в чем не виноват. Но она как составила свое мнение о нем, и все! Ничего не хочет слушать.

―Ну, после всего, что она пережила за тот месяц… Да и все мы пережили, Ева! Не вини ее ни в чем.

Видела по новостям, что отца ее парня посадили в тюрьму. Внезапно вскрылись все его махинации, все темные делишки и ужасные преступления. Репортеры задавались двумя вопросами ‒ как его не посадили раньше, и если это благодаря тем покровителям в правительстве, то куда они делись и почему перестали его защищать. Видимо, наступил кому-то на хвост и сразу растерял все свое влияние.

Я бы на месте ее мамы тоже запретила ей встречаться с этим парнем. Правда кто и когда слушался родителей? Наоборот, запретить дочери встречаться с мальчиком-плохишом ‒ это верный способ укрепить ее в своем решении. Ее мама прямо как маленькая.

Сама я все еще недоумевала, как социофобка Ева вообще умудрилась заполучить такого поклонника. Раньше она и говорить-то толком с парнями не могла. Чудеса, да и только.

Наконец, увидев курьера в форменной одежде, вошедшего в школьные ворота, торопливо попрощалась с подругой и нажала на отбой. Показала ему паспорт, получила объемный конверт… который тут же кто-то выхватил из моих рук.

Обернувшись, я увидела Давида Третьякова с сигаретой в руках [1], одетого в длинное дорогое черное пальто. Увидела его самоуверенную улыбку и нахальный взгляд серо-зеленых глаз.

―Ну-ка, что у тебя тут?

Я попросила курьера подойти к школе, потому что мне не хотелось, чтобы передачу посылки увидела моя мама…

Я не успела его остановить. Вообще ничего не успела сделать.