Кукушки не рассказывают сказки

Глава 12

— «Не глядя на уникальность меню, будоражащее воображение визуальное оформление блюд и возбуждающие…»

Артур распахнул двери редкого для данного ресторана закрытого служебного помещения, которое служило то ли еще одной крохотной кухней для проработки рецептур, то ли собственным островком вдохновения для Степана, что Артур в шутку называл «Кабинет заседаний» держа в руках «Книгу замечаний и предложений». Зачитал одно из них и хмыкнул, застопорившись на слове «возбуждающие».

Степа качнул головой. Ну, конечно, что еще могло повеселить его амбициозного, пусть иногда и слишком легкомысленного директора.

— Кхм, возбуждающие аппетит запахи, — Артур бросил на Степана колкий, но озорной взгляд. — Комплимент тебе, слышишь? — и вернулся к записи. — «…вам следует более тщательно относиться к вопросу качества продуктов и соблюдать санитарные нормы во время приготовления блюд. Здоровье молодой девушки и ее состояние, как физическое, так и эмоциональное, стало жертвой отличной маркетинговой компании в поддержку открытия ресторана. Но она как возвысила ресторан, поставив его на первое место гастрорынка города, так и может сравнять с землей. В прямом и переносном смысле этих слов. С уважением, но без желания возвращаться, Егор Савин».

Артур с громким хлопком закрыл книгу и отбросил ее на столешницу. Порыв воздуха, подхватил листы, в которых Степан что-то задумчиво записывал. Когда часть бумаги медленно приземлилась на пол, а другая ударила в лицо, вздохнул и взглянул на друга и по совместительству директора (и наоборот), из-под сведенных к переносице бровей. Прищурился.

— Станешь упрекать меня в качестве продуктов, ударю.

Каримов приподнял руки, открыв ладони, словно сдаваясь, и отступил на шаг.

— Я что, на сумасшедшего похож? — улыбнулся. — Еще не встречал шеф-повара, который собственноручно проверял бы ежедневную поставку и, как собака, вынюхивал каждый томат.

— Собака плохого не выберет, — Степа не обиделся. Ответил и склонился за бумагами.

— В качестве наших продуктов я не сомневаюсь. Доверяю тебе, но…

Под потолком небольшой комнаты закружила тишина. Артур шагнул к стеллажу и уперся поясницей в отполированный край.

— Но? — Степан вскинул широкую бровь и постучал ручкой о стол, когда друг продолжил.

— Девушка отравилась, Степ.

*

В детстве, когда соседские мальчишки играли в футбол, а чуть позже бегали на свидания с девушками, Степа все свободное от учебы время проводил на кухне. Она была у них совсем крошечной, но благодаря маме очень уютной.

С раннего возраста Степан тянулся к еде, и мама, заметив огонь любопытства в глазах сына, поддерживала его и учила всему, что умела сама. Не кричала, когда трехлетка, пыхтя, тащил за собой стул, потому что не видно было, что творится на разделочном столе. Терпеливо ждала, пока маленькие пальчики закроют карман пельменя. Пусть и выходило иногда очень криво, но мама ни разу не упрекнула сына. Наоборот, с улыбкой называла каждое новое творение авторской кухней.

В четырнадцать Степа устроился на кухню местного ресторана. И из-за своей неуемной энергии, любопытству и настойчивости через год сменил форму заготовщика на помощника повара. Без образования и корочки пятнадцатилетний подросток перепрыгнул сразу через несколько ступеней на длинной дороге карьерной лестницы.

А дальше — уход из школы в девятом классе, кулинарная школа и второе образование, пусть и заочное. Работа в нескольких ресторанах и знакомство с Марком Кольером, который стал для Знаменского лучшим учителем, а он для него — преданным учеником, наследником редких авторских рецептов и продолжателем традиций.

За следующие десять лет было многое. С протекции Марка Степан смог попасть в Лондон, чуть позже — в Париж и Рим, где отточил не только имеющиеся знания, но и многому научился. На длинном и сложном пути были неудачи, бессонные ночи и килограммы испорченных продуктов. Восторженные отзывы и хвалебные рецензии известных критиков. Провальные идеи и успешные рецепты, один из которых принес ресторану «Unique» еще одну мишленовскую звезду.

Фуд-стилист, питмастер, кондитер, шоколатье, менеджер. Знаменский видел себя разным, но именно благодаря целеустремленности и амбициозности вернулся в родной город настоящим шефом.

«Не навреди и помни: в твоих руках человеческая жизнь» — единственный непреложный закон, по которому жил и творил Степа. Повар может не только доставить удовольствие и гастрономический оргазм, как любил повторять Артур, но и нанести вред. Поэтому к вопросу качества продуктов и соблюдению санитарных норм Степан относился с особым вниманием.

Он долго и много разговаривал с официантами и администраторами, каждый раз повторяя, что они обязаны предупреждать клиента, если в составе блюд находились орехи и любые другие аллергенные продукты. Брал обещание уточнять, нет ли у посетителей аллергии, чтобы не впустить беду на свою кухню.

Именно из-за этого, услышав от Каримова страшные для шефа слова, застыл и впился цепким взглядом в посерьезневшее лицо друга.

*

— Уверен?

— Более чем, — тот хмыкнул.

— То, что после посещения нашего ресторана, тоже уверен?

— Нет, но после довольно жаркого и эмоционального разговора с Савиным, сомнений как будто и нет.