Кусачий мачо. Ловушка для огненной ведьмы

Глава 11. Мороз не беда, была бы лошадь цела (крестьянская мудрость)

Я и слова сказать не успела, как мужик накинул мне на голову мешок и перекинул через плечо.

— За такую дорого дадут. Лошадь себе куплю, а то эта скоро сдохнет, — мечтательно протянул он, поглаживая меня по заднице.

— Точно, Демьяр! Завтра в город свезём на базар. Там как раз корабль в порт прибывает. А мужики заморские до наших баб шибко охочие. Эко она нам вовремя попалась.

Первый вдруг засомневался.

— Нормальная такая краля. Есть, за что схватиться. А чо, мож я её себе оставлю?

— А жинка-то позволит? — хмыкнул второй.

— М-да, ну может, тогда того… На гумно свезём? Попользуем сначала? — Демьяр неохотно сгрузил меня в телегу.

— А как же лошадь? Товар портить неохота…

От растерянности я даже не сообразила возмутиться. Выкрикнуть феминистический лозунг, например. И было отчего! Лежу с мешком на голове, в непонятной телеге, а вокруг разыгрывается какой-то спектакль! Или это шоу-розыгрыш? У кого из моих друзей такое извращённое воображение и столько денег, чтобы такое отчудить? Надеюсь, скоро с меня снимут мешок и попросят улыбнуться в камеру!

— Тут главное, чтобы барин не узнал, — продолжал тем временем рассуждать Демьяр. — А то вместо лошади кнута получим, за то что девку без его ведома на базар свезли.

— Ну тут как посмотреть. Ежели наш барин — это да. А ежели этот мутный граф Далиан…

— А что тебе граф? Бабу где поймали? На границе. Энта дорога — она граница с его землями и есть!

— Дык бежала-то она с его земли!

— Дык на нашу!

— И то правда!

Я наконец-то выбралась из ступора, потому что вспомнила про Табурета.

— Собаку мою! Собаку возьмите! — хрен с ними, этими базарами, главное сейчас в тепло, а там разберёмся: кому лошадь, а кому мужики заморские. Я, как ярый зоозащитник, зверюшку на морозе бросить не позволю!

Мороз стал крепким настолько, что сейчас я радовалась вонючему мешку на голове и тяжёлой, но тёплой чужой спине, что придавила меня к бортикам телеги.

Мужики меня, похоже, не расслышали, а Табурета заметили и без моей подсказки.

— А это кто тут у нас? — захрустел сапогами по насту один. — Хряк? Сдох что ли?

— Да выброси его в кусты, — посоветовал тот, что сидел рядом.

— Э, не, сейчас не то время, когда едой разбрасываться можно. А ну-ка… А-а-а-а! Кусается, зараза!

Послышалась возня, ругательства и сдавленные похрюкивания.

— Экая бестия! Удрал! А ну, давай сюда ружьё!

— Не надо! — заорала я что было сил и попыталась сдёрнуть мешок, но только сейчас заметила, что мне успели связать руки.

— Ах ты подлюка жирная! Щас я тебя-я-я…

Ба-бах! — выстрел застал меня врасплох, я испуганно взвизгнула.

— Мазила ты, дай я! — Демьяр спрыгнул с телеги. Послышался хруст снега под тяжёлым сапогом.

Ба-бах! — сердце подскочило и укатилось в пятки.

— Табурет, беги-и-и! — заорала истошно.

— Ну ты косой! Хорош, не трать патроны!

— Темно просто! Днём бы я живо его снял!

Мужики грузно плюхнулись в телегу, а я, рыдая, заскулила:

— Его теперь волки сожру-у-ут…

— Какие волки? — хмыкнули в ответ. — Здесь волков уж годков пять как не видали. Ни у нас, ни на Ледяном хребте. Это раньше они тут шастали как дома. Уж мы их стреляли, стреляли… А как старый граф помер, так словно отрезало. Молодой в силу вошёл — и всё! Ни одной поганой морды! Всех вырезал, говорят.

Я возмутилась под мешком:

— Нас только что преследовала стая!

— Крыльями махая? — захохотали мужики. — Говорю тебе, дурная, нету тут волков! Медведи есть. Кабаны тоже. Так что кому-нибудь на корм твой хряк пойдёт, не беспокойся.

Всю дорогу я рыдала в мешок, представляя незавидную участь Табурета. Какова вероятность, что его хозяйка придёт ему на помощь? Оставалось надеяться, что леди Травиатта не бросит в беде своего питомца.

Лошадь остановилась резко, и я хрюкнула, прижатая к телеге грузной спиной Демьяра. Меня бесцеремонно затолкнули в мутное тепло, проникновенно воняющее старой соломой, и сдёрнули мешок.

Вокруг столпились бабы: молодые, старые — штук пять.

— Это чё? Из ковена сбежала? — прошамкала самая старая, потирая уголки беззубого рта. — Ведьма?

Я набрала в рот воздуха, чтобы возмутиться, но меня опередил Демьяр.

— Иномирянка, — бросил деловито. — Приготовьте её, да покормите. Завтрева на ярмарку свезу. На них в базарный день спрос завсегда хороший. И это, не говорите никому! Барин узнает — отберёт. А мне лошадь нужна. Цыц всем, короче!

Мужики вышли, а я осмотрелась. Большая деревянная изба по виду напоминала деревенские сени, но отапливалась. Стены, увешанные крестьянской утварью, солома на полу и в старых тюфяках, застеленных шкурами, небольшой камин и малюсенькое окошко у дальней стены, через которое светила луна.