Кузнечик. Любовь на два мира

Глава 4

– Мне нужно отдать долг за квартиру, иначе я лишусь жилья, – первое, что я произнесла, стоило нам покинуть пределы ресторации. – А у теплотрассы все места давно заняты бомжами. И вакансий там явно не предвидится.

– А жить у меня не вариант? – мужчина смерил меня долгим взглядом. Он явно что-то хотел еще добавить, но промолчал, давая мне возможность сочинить все, что я захочу.

– Нет, вильс, не вариант, – покачала в ответ головой. – Я вас слишком мало для этого знаю. А вдруг там какая-то ловушка, и я в итоге останусь без жилья, без заработка, без еды и одежды.

– Я не шутил, когда обещал платить тебе по две тысячи золотых, – он нервно поморщился, словно был обижен моим недоверием. А верила ла я ему? Доверие все же приходится зарабатывать и желательно не голыми словами.

– Вы готовы выдать мне аванс, чтобы я смогла прямо сейчас решить проблемы и больше не волноваться о будущем? – забросила я пробный камень.

Снова удостоилась этого странного, обжигающего взгляда. Было ощущение, что мы не дважды в жизни встречались, а знаем друг друга очень давно. И, возможно, не только просто знакомы? Мысленно перебрала всех своих земных друзей, кто еще не выветрился из моих мозгов. Но не нашла никого хоть отдаленно похожего на этого мускулистого блондина.

Он ничего не ответил, а лишь подвел коня и предложил:

– Запрыгивай сама. Я тебе помогу, – и с этими словами присел рядом с могучим черным боком Росинанта и сложил руки в своеобразную ступеньку, чтобы я смогла забраться на огромного коня. Немного помолчал и с улыбкой добавил:

– Это доверие, моя дорогая. Или ты мне веришь или идешь пешком до дома.

– А жалование? – возмутилась я. Самой забираться на коня было страшно. Но две тысячи золотом были неслыханной суммой. Как найти правильный ответ?

– Я разве отказываюсь его платить? – усмехнулся Чарльз, выпрямляясь. – Но за реальную работу. А не за препирательства со мной. Сядешь?

– Давай, – махнула я рукой, понимая, что со страхами нужно бороться. А доверие вырабатывать. Он снова присел, сложил руки крестом. А я с опаской подошла к коню.

– Хватаешься руками за луку седла, наступаешь на мои руки, а затем перекидываешь ногу и садишься верхом, – коротко объяснил он порядок моих действий.

Я послушно подошла, чуть дотянулась до луки на высокой спине, наступила на импровизированную ступеньку ближней левой ногой, перекинула правую и… оказалась на коне задом наперед.

– О, женщины! – он больше ничего не сказал, не стал комментировать и даже не рассмеялся. А уточнил:

– Поняла свою ошибку?

– Наступать нужно вначале правой ногой?

– Молодец! – кивнул Сомс и открыл объятия:

– Спрыгивай, я тебя поймаю.

Я послушно сползла с широкой спины коня и тут же оказалась в стальных объятиях мужчины. Мои руки оказались на его предплечьях, которые удивили своей твердостью и объемом. Однако предаваться размышлениям и анализу было некогда. Я повторила все свои действия и на этот раз уже успешно села правильно. Он тут же с завидной легкостью заскочил на коня и спросил:

– Ты где живешь? Где нужно платить долги?

До дома мы доехали на удивление быстро. Все же конь был каким-то волшебным, иначе я не могу объяснить той скорости, которую он развивал.

Хозяин моей квартиры встретил нас вначале с удивлением, а затем, узнав моего сопровождающего, низко поклонился. Скажите, пожалуйста, почему я прожила в Клондайке целый год, но так и нее удосужилась узнать в лицо наследника престола?

– Каков долг велы Киры? – уточнил он у склонившегося в поклоне мужчины.

– Пол золотого, вильс! – подобострастно сообщил хозяин. Я только рот успела открыть от возмущения. Когда это три серебрушки успели вырасти до половины золотого?

Однако сказать ничего не успела, так как мужчины продолжили диалог:

– А сколько будет стоить годовое проживание? – уточнил Сомс.

– Двенадцать золотых, вильс!

Чарльз молча достал кошель, отсчитал тринадцать монет и протянул хозяину моей квартиры:

– Вот плата вперед и расчет за долги. Но если ты думаешь, что я не знаю, как выглядят квартиры по цене золотого, то ты уважаемый, ошибаешься. Я лично приеду и проверю, в каких условиях живет моя работница.

– Не извольте волноваться, вильс! Все будет в лучшем виде, вильс! – старик продолжал подобострастно улыбаться и кланяться.

– Вот и хорошо, – кивнул он. – Кира, иди отдыхай. Сегодня тебе нужно набраться сил после всех переживаний. А завтра в семь утра я заеду за тобой, чтобы отвезти в управление.

На последнем слове я была награждена удивленным взглядом хозяина. И что такого странного в том, где я буду работать?

Молча стала подниматься на свой чердак, где снимала крохотную комнатушку. Внезапно услышала сопение за спиной. Остановилась и развернулась посмотреть, кто с таким старанием ползет за мной. И с удивлением обнаружила хозяина.

– Я еще что-то вам должна? – притормозила и уточнила, понимая, что вопросы нужно решать, пока он в благожелательном настроении. Все же не так часто за такую конуру платят по тринадцать золотых, даже если считать долг.