Лекарь для проклятого генерала драконов

Глава 13

Лучше бы отал молчал. Мое самолюбие снова было задето. И закрыть бы рот, высокомерно одарив презрительным взглядом, но, увы, я не смогла. Вся моя холодная выдержка катилась куда-то в бездну. Я не могла нормально реагировать на этого мужчину.

— Отал Аяз, что значит, я не справлюсь? Да что бы вы знали: хорошо зафиксированный генерал в обезболивающих отварах не нуждается, — выдала я и оскалилась в улыбке.

Отал моргнул. Открыл рот, но не проронил ни слова.

Я очень надеялась, что там и речь парализовало.

— Нет, ну что за женщина! — брюзжал за спиной Волкан. — Да как вообще так можно?! Храни боги от таких.

— Вы, тал, какую-то несчастную ведьму брюхатить собирались? — я обернулась на него. — Вот и займитесь делом и не причитайте здесь, как кумушка. А то так неженатым и останетесь.

Комира уже просто трясло от хохота.

— Да... Как... — пустынник тяжело дышал через нос.

— Ну как? — развела руками. — Вам рассказать, как дети делаются? Или вы что-то другое не понимаете?

Дядюшка отала выскочил вперед и навис надо мной, видимо желая своей сомнительной харизмой призвать мою совесть к ответу, но меня уже несло. Ой, несло!

— Вы сердце-то берегите, а то ненароком и удар хватит. И еще, раз теорию зачатия слушать не желаете, может, вам сварить отвар, повышающий мужскую силу и вероятность зачатия? — любезно поинтересовалась.

Тал открыл рот, оскалился, как зверь. Я напряглась, ожидая гневную тираду, но, вдруг моргнув, он распрямился и с сомнением уточнил:

— А вы можете такой приготовить?

Комира вынесло к окну. Рядом с ним оказалась и Сабрина. Отец едва держался.

— Естественно, на основе трав. Эффективно и безопасно, — важно заявила я. — Рецептом поделился лекарь императора Айдана Свирепого. Морган — большой умелец в таких делах. Вам какой объем? Литр, два, три? На наложниц тоже рассчитываем?

Он хлопнул губами. Снова открыл рот, желая ответить, но опять смолчал.

Обернулся к Аязу.

Тот тоже смотрел на меня не отрываясь.

Я вопросительно приподняла бровь.

Он насупился, откинул темно-рыжую прядь за спину и словно сдулся.

— Ярвен... Она всего лишь маленькая женщина...

Ответить папа не успел, я положила ему руку на плечо, прося помолчать.

— Генерал Аяз, я никогда не была слишком уж деликатной, всегда говорю, как есть. Понравятся вам мои слова или нет, мне откровенно всё равно. Но, во-первых, — выставив руку, я зажала один палец, — я вам не очередная наложница, поэтому в моем присутствии говорить обо мне с отцом в таком тоне я вам не позволяю. Есть вопросы или претензии — выговаривайте их мне. Во-вторых, — зажала еще один палец, — если вам нравится сидеть прикованным к этому креслу, как псу побитому — ваше дело. Я не настаиваю и лечить вас не рвусь. Вы друг моего отца, а не мой, и мне откровенно всё равно, когда вы умрете. Будет ли это легкая смерть или мучительная — сердце мое это не трогает. Ну, и в-третьих, — я разжала пальцы и выпустила магию, едва различимая бледно-зеленая туманная дымка коснулась бедра отала и проникла в его тело. — Хм... — я прищурилась. — А жить вам осталось всего ничего. Вы не просто так не выехали нас встречать на крыльцо. Вы сюда-то с трудом добрались. Ноги, наверняка, уже совсем черные. Зараза поднимается выше, — я слушала свой дар. Он словно рисунок рисовал в моей голове. — Спина... Да почти вся... Руки двигаются, шея уже с трудом. Уверена, ночами сами не можете переворачиваться. Месяц, может, два... Хотя вы сильны... Да... — я улыбнулась. — Может быть, продержитесь три. Но всё равно вы уже покойник. Можете и дальше сидеть в своем гробу на колесах и тешить свою гордость. Я вам не мешаю.

В кабинете снова стало тихо. Слышно было, как тяжело дышит Волкан. Он бросал испуганные взгляды то на меня, то на своего племянника.

И я понимала его озабоченность. Пустыня уважает лишь силу, а он ею не обладал. Куда лучше сидеть под крылом грозного родственника и тихо проворачивать свои дела. Торговец... Хм... И явно не бедный. В его хранилище наверняка сундук с золотом, и не один.

И если умрет тот, кто держит этот город силой, то его затопчут следующим.

Уставившись на него, снова улыбнулась. Интуиция подсказала: этот засунет свою мужскую гордость куда подальше первым.

— Аяз, племянник, понимаю, что женщина, но... Что нам терять? Даже если Тайле понесет от меня дитя, она должна будет еще родить. И не факт, что мальчик будет первым. Да и сила в нашем роду выбирает не каждого.

Да, я в нем не ошиблась. Ему кровь из носу как был нужен живой отал на троне. Пусть даже в кресле и немощный, но с прикрытыми союзниками тылами.

Генерал же молчал, смотрел на меня как-то устало.

Скривился. Не понравились ему мои слова. Я прямо видела, как там сражается мужская гордость и простое человеческое желание жить и быть здоровым.

— Аяз, друг, послушай меня, — голос отца звучал строго. — Я рискнул и привез сюда к тебе своих детей. Самое дорогое, что у меня есть. И я знаю, что моя дочь справится с проклятием. Дай себе шанс.

Выслушав отца, я и вовсе поднялась. Ну чего сидеть и уговаривать.

— Поехали домой, папа. Хочет он умереть и оставить после себя разрушенный город, утопающий в реках крови его жителей — его право. Желает, чтобы его дядю на следующий же день скинули с петлей на шее с городской стены — так не будем мешать.

— Хватит, — голос генерала Аяза звучал на сей раз глухо. — Умеешь ты, женщина, словами бить. Мне действительно есть чего опасаться. И думаю, что, если ты поводишь надо мной руками, то хуже уже не станет. Раз, Ярвен, ты полагаешь, что она может хоть что-то сделать, то я доверюсь тебе. И на этом хватит. Таких, как я, не вылечивают, уж слишком многих я своими руками на погребальный костер положил, чтобы не понимать этого. Комнаты вам приготовлены, на одном этаже со мной. Так надежнее. Охраны больше. Ужин будет в большом зале. В честь твоего прибытия, друг мой, устраиваем небольшой праздник. Но всё же, лера Даррина, — он поднял на меня взгляд, — не разгуливайте по этому замку с мечом и постарайтесь проявить уважение к нашим традициям, а мы проявим к вашим. Вы правы, мы ведем себя неподобающе, сказывается наша изолированность от остального мира.