Лекарь для проклятого генерала драконов

Глава 22

Отал-генерал Аяз Бурхан

Я смотрел на Дару и с трудом понимал, о чём она вообще толкует. Да что там, я ещё не осознал сам факт того, что она смогла угрожать мне мечом, после, не спрашивая, прикоснуться, убрать боль, нахамить. А теперь эта странная, безумно красивая женщина обследовала мою спальню. И всё, что я мог...

Да я ничего не мог!

— Отал Аяз, ну что вы смотрите на меня? Откуда это?

Она трясла этим бочонком и с таким гневом взирала, что становилось не по себе. Хуже всего, я и правда не знал, откуда здесь что берётся. Волкан приносит, уносит, заменяет...

— Мужчина, — фыркнув, она двинулась на меня.

Ухватилась за ободы колёс и склонилась, чтобы откатить кресло в сторону. Я набрал больше воздуха, чтобы поставить её на место, да... онемел. Через ворот её простого платья мне отлично была видна красивая упругая женская грудь. Белая кожа, розовые бутоны... Нет... У меня было много женщин, но...

Пока я таращился, она уже вывезла меня обратно на террасу и отошла. Медленно моргнув, я размял шею. Этот простой жест так давно был мне недоступен. Боль притупилась, и стало так легко и хорошо.

Повернув голову, я сообразил, что эта прекрасная нахалка уже идёт к дальней двери. Кажется, туда заселили Ярвена.

Ну что за невозможная особа!

Я покатил кресло вслед за ней, желая остановить. Но нет, ошибся. До комнаты отца она не дошла. Остановилась за дверь до неё. Удар, такой нетерпеливый:

— Тал Волкан!

Открыв рот, я и вовсе замер. Она серьёзно решила поздним вечером вытащить из покоев дядю? Это становилось всё интереснее.

— Тал Волкан, лучше сами выйдите, иначе войду я!

Дверь открылась, правда, не та, что была ей нужна. На террасе появились двое — Ярвен и его сын. Медведь повёл могучими плечами и подошёл к сестре. Она показала ему бочонок. Затем ткнула на комнату. И всё совершенно без единого слова. Медведь кивнул и одним движением открыл дверь в покои Волкана. Правда, не в ту сторону, в какую она должна была отворяться. Выломал, в общем. Удивился и как-то аккуратно попытался приладить её на место.

Ярвен усмехнувшись пошёл ко мне:

— Что произошло, Аяз? — вполне закономерный и, казалось бы, простой вопрос. Вот только слов нужных не находилось.

— Страшная женщина твоя Даррина, друг, — выдохнул, собравшись.

— А то... Её ничто не остановит. Вижу, она добралась до твоей спальни.

— Тебя это не смущает? — я уставился на него.

— Ну, ты цел, и хвала Богам. Ты с ней аккуратнее, друг. Лучше не перечить. Я однажды видел, как она привязала к кровати здоровенного ведуна и вскрыла ему загноение на ноге. Он отказывался подпускать к себе магичку, верещал, что только ведьмы могут по-настоящему исцелять. Он визжал, она лечила. После и вовсе его, как младенца, спеленала и обездвижила... Не без помощи жриц, конечно... Но я её тогда ещё больше зауважал. Не каждый день увидишь, как девятилетняя девчонка строит здоровенного бородатого мужика...

— Ты кого мне привёз, Ярвен?! — выдохнул я.

— Лучшую целительницу двух империй, — его взгляд стал колючим. — И я тебе советую быть с ней мягче и прислушиваться к её словам. Иначе, Аяз, следующим привязанным будешь ты. И дело не только в дружбе. Императору нужны союзники в этих краях. Слишком много красноглазых развелось на наших дорогах. Мы решили, что было бы неплохо, чуть сдвинув границы, решать эту проблему ещё в песках.

Услышав такое, я и вовсе опешил. И как это понимать?

— Поясни свои слова, Ярвен, пока мы всё ещё друзья, — процедил, наблюдая, как на террасу выходит заспанный Волкан. Перед его лицом тут же помахали бочонком с мазью.

Упрямая девчонка.

— Льюис желает не просто быть с тобой в союзе, Аяз, а присоединить тебя к империи. Естественно, твой род остаётся у власти. Мир меняется, друг. Стремительно, и выживает тот, кто успевает приспособиться. Ты получишь куда больше, чем потеряешь...

— И что же я потеряю, Ярвен?

— Только лишь право объявлять войну и нападать на соседние города, — он ответил, не задумываясь.

— И всё? — я даже как-то растерялся.

— Да, всё, что от тебя требуется — не втягивать империю в войну.

Облизав сухие растрескавшиеся губы, я видел, с каким недоумением дядя рассматривал мазь. Его взгляд тяжелел, и это начинало действительно тревожить.

— Думаю, об этом нам стоит поговорить позже, — пробормотал. — Не пяти минут беседа.

— Естественно, Аяз. Ты нужен нам здоровый, в прежней силе. Только после того как ты встанешь на ноги и будешь способен посетить Драгонест, мы всё окончательно и решим.

— У меня будет право отказаться? — мой голос звучал ровно, хотя в душе вихрями кружила буря.

— Конечно, при этом союз остаётся в силе, — Ярвен кивнул.

Он так же наблюдал за тем, что происходило в нескольких шагах от нас.

Покачав головой, Волкан как-то уж слишком испугано уставился на меня.

— Кажется, что-то не так? — пробормотал Ярвен. — Что-то дочери явно не понравилось.

— Она сказала, что чувствует в мази яд, — наверное, до меня только сейчас начало доходить, что вообще происходит. Очарованный прелестями этой женщины, я совершенно забыл, что она целитель. А они легко определяют составы зелий.

Сев ровнее, я уставился на дядю.

— Откуда это в моей комнате, Волкан?

— Я думал, тебе её отдал Кан? Целитель ведь посещает тебя, — он недоуменно пожал плечами: — Да я сам растирал этим твои ноги...

Дара схватила его за руку и развернула ладонью вверх. Тихий рык сорвался с моих губ. Я ощутил острую злость. Она не должна его касаться. Не должна. Она не его...

Стиснув челюсти, наблюдал, как она рассматривает его кожный покров.

— Голова болела потом? — Дара подняла на него вопросительный взгляд.

— Ну да, — нехотя ответил Волкан, — но я решил, что это из-за запаха. Мазь пахучая...

— Да, — она передала бочонок своему брату. — Прятали яд. Похоже, генерал Аяз, — она повернулась ко мне, — вы очень кому-то мешаете живым. Кто-то значительно сокращает ваши дни, отведённые в этом мире.