⚚ Лишняя. Развод с безжалостным драконом

Глава 6. Договор

Прежде я не интересовалась темой развода. И ни разу не слышала, чтобы кто-то при мне затрагивал эту тему.

Увы, но люди не задаются подобными вопросами, когда счастливы. И уж точно не выясняют подобные вещи перед свадьбой. Весьма сложно представить ситуацию, при которой влюбленная невеста расспрашивает будущего мужа о разделе имущества при расставании.

У меня ведь была сложившаяся картина о разводах из своего мира, и я полагала, что здесь меня ожидает примерно то же самое. Только полагать я, конечно, начала лишь вчера, когда беда не просто постучалась в мой дом, а вошла в него с ноги.

После разговора с Беллой я поняла, что рассчитывать мне не на что, кроме как на снисходительность мужа. Однако имущественные вопросы полностью затмевались главной проблемой – возможностью добиться развода.

Пускаться во все тяжкие и становиться неприемлемой для Дарклана женой я, конечно же, не собиралась. Но придержала эту мысль в голове в качестве самого крайнего и отчаянного метода.

Рассчитывать на согласие мужа тоже не приходилось – если бы он хотел развода, то еще вчера изъявил бы желание. А у меня не было ни рычагов давления, ни козырей в рукавах. Разве что один и весьма сомнительный – договор, заключенный между моими родителями и Даркланом перед свадьбой.

Да, договор можно было считать недействительным ввиду смерти одной из сторон подписантов. Но разве были еще варианты? Злосчастная бумажка был моим единственным аргументом перед императором, и я уповала только на нее.

Но и тут была проблема. Дарклан мог успеть изъять документ из родительского дома. А если и не успел, то это не гарантировало того, что я смогу его найти.

Распрощавшись с Беллой, я добралась до ближайшего места стоянки городских экипажей и отправилась в родительское поместье. Путь был не настолько близок, чтобы идти туда пешком.

Огромный сад встретил меня неуютной и гнетущей тишиной, навевающей тоскливые воспоминания. Цветы благоухали медовой сладостью, но при отсутствии должного ухода неумолимо вяли на палящем солнце.

Пройдя сад насквозь, я вышла на задний двор и остановилась возле кустов тенероз. Привычные в людском мире розы, только с иссиня-черными лепестками, по традициям этого мира использовали лишь на похоронах. Но маме – Ливии Беллоу они так нравились, что она велела посадить их в своем саду. Но только на заднем дворе, чтобы не шокировать гостей.

А теперь ее прах и прах отца был захоронен под этими кустами. Я решила, что это будет не только символично, но и приятно маме. Она ведь их так любила…

Глупо было привязываться к людям, которые даже не были моими родителями. Они дарили мне свою любовью просто потому, что не знали правды. Не знали, что их настоящая Элиза умерла.

Но разве можно было устоять? Впервые я чувствовала себя нужной, любимой, важной. Отказаться от этого было невозможно, как и невозможно не открыть свое сердце в ответ.

Я обманула родителей Элизы и сама предпочла обмануться. А теперь расплачивалась за созданную привязанность острой болью утраты.

С Даркланом все было иначе. Настоящую Элизу он толком не знал, зато узнал меня. А потому были все основания полагать, что правда ничего бы не изменила. Он разлюбил меня и никого иного.

Из пруда с кувшинками я зачерпнула воды и полила тенерозы, отдав дань памяти усопшим родителям. А затем, утерев мокрое от слез лицо, я вошла в пустующий дом.

Дарклан распустил всех слуг сразу после похорон родителей. На тот момент я не придавала этому большого значения, но глубоко на подсознании сидела мысль, что за таким большим домом все равно должен кто-то присматривать.

Теперь все стало куда понятнее. Дарклан и не собирался надолго оставлять поместье Беллоу без присмотра. Уже тогда, на похоронах, он решил перебраться сюда, но подобрать новых слуг – тех, кто не будет ему напоминать о прежних хозяевах.

Неприятная мысль кольнула меня.

Что если Дарклан спланировал все не на похоронах, а задолго до этого, еще до нашей свадьбы? Что если в его глазах горела страсть не ко мне, а к богатствам родителей, которые он желал прибрать к рукам?

Это могло объяснить все: и новую жену, и пренебрежение мною, и потухшую любовь, резко сменившуюся равнодушием.

Люди ведь не меняются в одночасье без веских причин. И по себе знаю – не могут разлюбить по щелчку пальцев.

Вероятно, я просто была пешкой в игре своего мужа, а не горячо любимой женщиной, о которой он мечтал. Дарклан просто исправно играл роль любящего мужчины ровно до тех пор, пока в этом не отпала нужда.

Только ведь ему пришлось бы очень долго ждать до получения желаемого. Может, он и к смерти родителей был причастен?

Эта мысль была страшнее всего. Ведь если он так жестоко расправился с ними, то ничего ему не мешало поступить так же и со мной.

Но хотелось верить, что Дарклан не столь ужасен, сколь теперь мне рисовал разум. И, честно говоря, мысль об убийстве была весьма надуманной.

Родителей нашли соседи рядом с летним домиком в горах, куда они отправились на отдых. У Ливии и Виктора Беллоу не нашли ни телесных повреждений, ни ядов в крови. После детального обследования лекарями и магами было установлено, что смерть наступила после неизвестной прежде болезни.

Тела родителей я так и не увидела. Мне отдали лишь прах их сожженных тел из-за опасений распространения болезни.

Поэтому мне слабо верилось, что Дарклан мог быть к этому причастен. А предположить обман я просто не могла, ведь мой муж был не настолько влиятелен, чтобы подговорить с десяток людей, верных императору.

Без раздумий я направилась в кабинет отца. Другое место для хранения важных документов было сложно придумать.

Я перерыла весь стол и ящики, но безуспешно. Затем стала обыскивать стеллажи с книгами, и в этот момент взгляд уловил неприметную картину на стене позади стола.

Тайник за картиной? Весьма примитивно. Но во время визитов в его кабинет я не раз видела, как отец поправлял эту картину, чтобы она висела ровно. И вряд ли она сама по себе постоянно перекашивалась.