Лорд Харманвальда

Глава 9: Крылья и меч

Тьма упала не как ночь — как крышка. В один миг исчезли ступени амфитеатра, исчез алтарь, исчезли лица. Остались только звуки: дыхание, шорох сапог по мокрому камню, редкий скрежет металла… и тонкое, неприятное ощущение, будто тебе на затылок положили ладонь.

Игрис выругалась в пустоту. Её голос прозвучал ближе, чем должен был, потому что тьма сжимала пространство или казалось, что сжимает. Вангрис тихо всхлипнула. Она ещё жила, но уже была на краю. И Каэль поймал себя на мысли, что в этой темноте край становится ближе, чем обычно.

Лоренс стоял неподвижно, выпрямившись так, будто это могло защитить. Он чувствовал человека с мечом не глазами, а кожей, нервами, тем мерзким шестым чувством, которое просыпается, когда рядом кто-то сильнее и знает это.

— Держимся вместе, — сказал Каэль в темноту, и голос у него был ровный, почти командный, но внизу, под ровностью, шла злость. — Не разбегаться!

Ответа не было.

Зато был шаг.

Один.

И второй.

Медленный. Уверенный. Как будто человек с мечом не торопился. Он не “догонял”. Он выбирал, кого убить первым.

Слева что-то скрипнуло. Игрис. Она явно пыталась уйти из центра этой черноты — туда, где возможно будет хоть какой-то край, хоть какая-то граница.

— Я… не вижу, — прошептала она, как будто сама себе, и Каэль услышал не страх, а ярость. — Я ненавижу такие штуки…

Где-то глубоко, в каменных кишках подземелья, снова ударил гром. И сразу — тот самый треск, как салют, как рвущаяся молния. Он был ближе, чем раньше. И это было хуже всего: не их бой, а что-то другое, огромное, тянулось к ним сквозь камень.

Лоренс не двигался. Он ждал. Он знал: если сейчас сделать лишний шаг, можно подставить спину под меч. Но ждать тоже было нельзя. Он сунул руку в карман и нащупал Джессери — маленькое тёплое тело, дрожь крыльев.

— Помоги, — прошептал он.

Джессери выскользнула в тьму бесшумно, как мысль. Для неё темнота была не темнотой. Она слышала мир. Она видела его эхом: стены, ступени, движения, расстояния.

И в следующую секунду Лоренс почувствовал то, чего не мог бы почувствовать глазами: точку. Позицию. Тень.

— Справа… чуть впереди, — будто сказал ему кто-то внутри. Не словами. Смыслом.

Лоренс закрыл глаза и по коже у него пробежали те самые демонические письмена, которые появлялись всякий раз, когда он давил на свою магию сильнее, чем она хотела. Он вытянул руку вперёд и выпустил сгусток магической энергии. Во тьме сверкнуло.

Лоренс уже хотел вдохнуть, уже почти позволил себе: “попал”. Но раздался другой звук. Короткий, металлический. Как удар клинка по невидимому щиту. И в тот же миг голос мужчины с мечом — близко, слишком близко — произнёс спокойно:

— Магия меча. Второй стиль. Оборонительная стойка.

Сгусток магии не просто рассеялся, он отлетел, будто его отбили в сторону, как камень.

Лоренс даже не увидел этого. Но Джессери — увидела. И через связь Лоренс ощутил, как его собственная атака разбивается о холодную, расчётливую защиту.

— Зараза… — выдохнул он.

Каэль, не видя ничего, сделал то, что делают охотники, когда зрение отнимают: он начал слушать. Тяжёлое дыхание Вангрис — рядом, слабое. Дыхание Игрис — в стороне, резкое. Лоренс — где-то справа.

И ещё был звук меча.

Каэль ощутил рядом массив — высокая статуя. Он почти наткнулся на неё плечом. В темноте она была как остров. И мысль пришла простая: подняться выше, чтобы ударить сверху, чтобы хоть как-то “снять” себя с уровня земли.

Он нащупал выступ, подтянулся, забрался. Статуя была высокой, но шаткой. Камень под ногами чуть дрогнул, будто предупреждая: “не доверяй мне”. Он натянул тетиву. Не видя цели — только в направлении, где должен быть враг.

Выпустил стрелу.

И услышал: попадание.

— Есть, — выдохнул Каэль.

Но тут же ощутил странное: удар прошёл будто “в половину”. Как будто стрела вошла, но не так глубоко, как должна.

— Его сложно пробить… — коротко выкрикнул Каэль.

В темноте снова звякнул меч. И на этот раз шаги стали быстрее. Игрис попробовала отступить, найти край тьмы, выйти из неё и стрелять “внутрь”. Она сделала несколько шагов влево, почти наугад, подняла пистоль и выстрелила.

Пуля ушла в воздух.

— Чёрт! — рявкнула она.

Мужчина с мечом рассмеялся. Не громко. Не театрально. Просто короткий, сухой смешок — как у человека, который увидел, как ты споткнулся. И шаги стали чёткими.

Каэль услышал, как он рванулся в сторону Игрис.

— Игрис! — крикнул Каэль. — Назад!

— Магия меча… — сказал мужчина, и в голосе было удовольствие. — Третий стиль. Громовой клинок.

Это был не тот гром, что гремел где-то глубоко в подземелье. Этот гром был личный. Прицельный. Как удар молота по ребру мира. Раздался хруст. И короткий, невозможный звук — будто ткань режут вместе с мясом. Каэль ничего не видел. Но он услышал, как тело падает.

Лоренс резко вдохнул. Через Джессери он увидел вспышку: на миг тьма дрогнула от энергии удара. И потом — тишина. Тишина, в которой нет дыхания Игрис.

Каэль сжал зубы.

— Нет… — выдохнул он, и слово было не просьбой, а бессмысленной попыткой отменить реальность.

Мужчина не остановился.

Его шаги повернули туда, где была Вангрис. Вангрис — слабая, раненая, почти не стоящая на ногах.

— Нет! — крикнул Каэль.

Он дёрнулся, но статуя под ногами качнулась, и он на секунду потерял равновесие. Доля секунды, которая в таких боях стоит жизни.

— Магия меча. Четвёртый стиль. Сияющий клинок, — прозвучало в темноте.

И на мгновение — вспышка. Не свет, который рассеял бы тьму. А вспышка внутри тьмы. Как если бы кто-то зажёг свечу в закрытой ладони. Лоренс через Джессери увидел это. Вангрис — поднятая на меч. Как кукла. Как кусок мяса. Её тело дрогнуло — и обмякло. Мужчина опустил её вниз и… выбросил. Бросил так, словно избавлялся от мусора. Тело Вангрис вылетело вперед, ударилось о камень и остановилось на ступени рядом с Каэлем.