Ловушка для оборотней

Коробка

Эти необычные сине-зелёные глаза, это прекрасное и злое лицо, длинные тёмные волосы. Это отец бывшей невесты Адриана. Тот, кто уже украл её и чуть не убил. Тот, кто накачал Адриана волчьими наркотиками и стрелял в него. Настоящий мерзавец!

Ликан усмехнулся, но глаза его оставались холодными и злыми.

Он спустился по лестнице, но не до самого конца. Остановился на третьей ступени и, пристально глядя на Юльку сверху вниз, сказал:

— Теперь-то всё будет так, как я хочу!

Махнул рукой — и девушку потащили в подвал.

Сначала Юля запаниковала. А вдруг в этом подвале её убьют? Вот прямо сейчас! Она не хочет умирать! Нет-нет!

Ликаны-похитители заволокли её в подвал, не обращая внимание на слабое сопротивление человечки. Протащили по узкому тёмному коридору и остановились. Один из ликанов покрепче ухватил пленницу, второй начал открывать дверь.

Наверное, надо было просить их сообщить Адриану. Обещать деньги или что угодно ещё, лишь бы помогли. Будь они людьми, уговоры могли бы подействовать. Могли бы подействовать и слёзы: всё-таки не каждый человек решится обижать напуганную беременную женщину. Но они ликаны. Для них и её обещания, и угрозы, и плач — пустяки. Всё это ничего не значит. И это страшно. Страшно не просто быть похищенной и уязвимой, но и знать, что для похитителей ты — никто. Что они запросто могут покалечить или убить её не потому, что имеют что-то против неё, а потому, что она для них — что-то вроде зверушки, которую можно и нужно использовать в своих ликаньих играх.

От осознания этих очевидных в общем-то, но от того не менее ранящих вещей Юлька застыла, как заколдованная. Перестала дёргаться, не находила в себе сил кричать. Будто оцепенела.

Её втолкнули в темноту. Слышно было, как захлопнулась за спиной дверь и защёлкнулся замок.

Юля несколько секунд неподвижно стояла в темноте, напряжённо вслушиваясь: а что, если тут кто-то есть? Кто-то опасный и сильный? Кто-то, кто может и хочет причинить ей вред!

Девушка не сразу поняла, что инстинктивно прикрывает округлившийся живот. Она действительно боялась, что неведомый враг нападёт на её ребёнка. На того, кто ещё ничего в этом мире не видел и ничего не знает. Кроме вечно паникующей мамочки, которая ещё и долго-долго отрицала его существование. Бедный ребёнок!

Она должна продержаться. Она должна родить малыша и показать ему мир. Карусели и игрушки, вкусное мороженое и мультики, игры и прогулки, а главное — материнскую любовь и заботу.

Кажется, она всё-таки одна в подвале. Паника прошла, и Юля постаралась трезво оценить ситуацию.

Итак, тут тепло. Уже хорошо. Не абсолютно темно: слабый свет просачивался из узенького окошка под потолком, которое Юля и не заметила поначалу.

Она осторожно дотронулась до стены. Шершавый прохладный камень. Так, вот тут должна быть дверь. Металлическая, холодная, прочная.

Юля медленно пошла направо от двери, держась за стену. Нужно выяснить, есть тут что-то и при этом не споткнуться обо что-нибудь. Да и узнать, какого размера её временное “жилище” было бы неплохо.

Комнатка оказалась маленькой: две стены по шесть шагов, две по десять. Никакой мебели, никакого мусора или хлама — ничего. Пустая каменная коробка.
Юля устала ходить и стоять. Села, неловко подобрав под себя ноги в зимних сапогах. Прислонилась к стене. Хорошо, что верхнюю одежду оставили. В ней не очень удобно, но наверняка без неё Юля бы совсем замёрзла.

Вместе с усталостью нахлынула тоска. Ей стало жалко себя, жалко нерождённого малыша. И Адриана жалко. Он уже, наверное, прилетел. Ждёт её в аэропорту, звонит, волнуется. А этот гнусный похититель, возможно, уже написал Адриану гадостей, пообещал убить её, Юльку, или что-нибудь в этом роде. И муж волнуется, с ума сходит, но сделать пока ничего не может.

Или у него уже есть подозрения?

С одной стороны, Юля очень хотела, чтобы сюда поскорее ворвался Адриан и спас её. С другой стороны, она понимала: если муж сломя голову ринется прямо в логово врага, беды не миновать. Этот ликан уже чуть не убил Адриана в прошлый раз. И однозначно попытается сделать это снова.

Пусть Адриан будет в безопасности, в порядке. И Адалард. И Гектор. Если братья уже приехали домой, то они по крайней мере позаботятся о Гекторе: стыдно сказать, она совсем о нём забыла. А ведь этот пёс дважды спас её и вообще был её другом всё последнее время: рычал на Лорену, не осуждал за изменившиеся предпочтения в еде и составлял компанию на прогулке. Чудо, а не пёс!

Юля даже улыбнулась. Но на самом деле весело ей не было.

Девушку мутило. Она отсидела ноги, и по ним бегали неприятные мурашки. Почти привычно кружилась голова.

Дверь вдруг открылась, зашёл незнакомый ликан с фонарикам в зубах и подносом в руках.

Он поставил поднос на пол и, взяв фонарик в руку, сказал:

— Ешь.

Юля без особого интереса покосилась на принесённое. Рис в голубой пиалке, стакан с чаем, бутерброды с сыром, печенье.

Она покачала головой: есть совсем не хотелось. Фарш или свежую вырезку она, наверное, ещё попробовала бы, но не это. Не охота. Ничего не охота.

Девушка медленно сползла по стене на пол и свернулась клубком. Тошно. Холодно. Тоскливо.