Ловушка для попаданки. Развод на выживание

Глава 15. Милый, это совсем не то, что твоим бесстыжим глазам кажется!

Все-таки у моего мужа просто потрясающий талант ставить в тупик и вопросами, и собственными заявлениями. Вот какого, интересно, ответа он сейчас от меня ждет?

– Милый, мы тут тебе рога наставляем, чувствуешь, как пробиваются?

Или:

– Это совсем не то, что твоим бесстыжим глазам кажется!

Оно и правда не то, но попробуй докажи. Я прекрасно представляю, какую фееричную картину муженек при входе увидел: посторонний мужик в одной рубашке его жену в углу зажал и держит руки на уровне, в приличном обществе не называемом. Платье задрано выше некуда, голые ноги белеют недвусмысленным указателем.

На измену, естественно.

Если я сейчас честно признаюсь: мы тут подол развязывали, сама себе не поверю.

Супруг видно тоже понимает, что ситуация особых пояснений не требует и вламывается в комнату опасной помесью разъяренного быка и Отелло. С явным желанием как можно быстрее уменьшить здесь поголовье присутствующих.

Как раз на эти самые головы.

Искренне надеюсь, что начнет он все-таки не с меня, у Свержского хотя бы шашка есть, авось отмахаается, а я…

Эх, не на того последний патрон потратила!

Но супруг честно следует литературным традициям – во всех книгах обманутые мужья обычно на женах отыгрываются. Так ведь и проще, и безопаснее: шанс получить сдачи в разы уменьшается.

Граф рвется ко мне, быстрыми шагами пересекая комнату. Ищу глазами остатки подноса, жалея, что он ни разу не сковородка. Большая, чугунная, с удобной ручкой и килограмма на три весом.

А лучше – на пять, габариты у супруга внушительные. Такого здоровенного не каждым бульдозером остановишь.

– Позвольте объясниться, – Свержский резко преграждает мужу дорожку к моему скоро убитому телу. Никакого разрешения он на самом деле опять не спрашивает, просто ставит перед фактом – его придется выслушать.

И граф… останавливается.

– На вашу супругу напали марги. Она пострадала, перенервничала, не могла сама подняться на ноги. Для хрупкой беспомощной девушки это ужасное потрясение.

Я остервенело киваю головой, всем своим видом выражая то самое потрясение. Меня ведь и правда потряхивало – жутко вспомнить! И страдала ужасно – когда боялась, что патронов не хватит, все правильно.

Темные лужицы на полу выглядят безобидно и неубедительно, но муж их мысленно пересчитывает и в его глазах кроме чистого, незамутненного бешенства мелькает примесь не шуточного удивления. И даже какая-то осмысленность.

Жаль, надолго.

– Дурака из меня делаешь?! – рычит не желающий верить в мою абсолютную чистоту и невинность супруг, видно по себе судит, –, я сам, своими глазами видел!

Опять рвется ко мне с самыми недвусмысленными намерениями, и снова Свержский быстрым, почти неуловимым движением заступает ему путь. Оба застывают почти вплотную, прожигая друг друга взглядами. Граф выше, плотнее, шире и выглядит более мощным – настоящий воин. Влад же скорее сухощав и аристократичен, я боюсь, что разъяренный супруг просто сметет его.

Но он… стоит.

Бесится, шумно дышит, раздувает в ярости ноздри, сжимает кулаки… Безумно хочет убить, на куски порвать, в лепешку растоптать и… стоит.

– С дороги! – тяжелое, хриплое, угрожающее.

– Возьмите себя в руки, граф! – если каждое слово мужа пышет раскаленным удушающим жаром, то холодный спокойный голос Свержского наотмашь бьет ледяной острой плетью, – ваша жена и так пострадала, ей требуется помощь. И я не позволю…

– Ты… – с плотно сжатых губ графа падают не звуки, тяжелые могильные надгробия, – ты знаешь, что я с тобой сделаю, выродок?!

– Догадываюсь, – этот чертов блондин все так же спокоен, он…

Он улыбается?!

В воздухе вдруг начинает чувствоваться такое же тяжелое предгрозовое напряжение, как и при появлении маргов. Он неумолимо сгущается, застревает в груди острым колом. Пальцы снова принимаются нервно подрагивать, желудок сводит тугим узлом – куда там на подоле затанутому.

На ладони мужа драконьим хищным глазом вспыхивает багряный шар. С длинных пальцев Влада ледяным роем срываются голубые искорки, собираются перед ним тонкой узорчатой наледью.

Мне страшно от понимания: надолго это шаткое равновесие не затянется. Еще секунда и… один из них сорвется, нанесет удар. Слишком тяжело нависло заливающее комнату напряжение.

Я наверно даже не против остаться сразу вдовой, минуя развод и прочие формальности, но совсем не уверена, что именно Влад выйдет из схватки победителем.

Надо срочно что-то сделать…

Что?

Не придумывается. Если только совсем уж отчаянную дурь попробовать…

А вдруг сработает?