Ловушка для попаданки. Развод на выживание

Глава 28. Меня подставляют?

Вот тут мы и переходим к последнему сюрпризу – до крайности неприятному. Не знаю, каким уж чудом, но Влад сумел раскопать, кто покупал пузырек с ядом, с которым меня нашли на месте преступления. И это оказалась…

Я! Собственной персоной!

Ну, или женщина, назвавшаяся моим именем. Дама под плотной вуалью пришла в ближайшую к особняку Ростоцких лавку, зачем-то представилась полным титулом, посетовала на засилье грызунов и приобрела убойное средство для их истребления. Но вместо родимого дома отправилась с ним к дамочке легкого поведения.

Вполне логично, кстати, та тоже отъявленная вредительница.

– Я посоветовал рассказавшей о вашем визите продавщице уехать в провинцию и выдал ей некоторые средства на обзаведение собственным делом. Полицейские эту девушку допросить пока не успели.

А Влад и правда не мелочится. Не только недонесение о тяжком преступлении, еще и сокрытие улик, подкуп свидетельницы… Полноценное соучастие, вместе пойдем на каторгу.

– Это уже выходит за рамки нашей договоренности. Почему вы мне помогаете?

Вопрос: и что вы в качестве ответной услуги потребуете, – я не озвучиваю, он и так незримо висит в воздухе. Прямо-таки транспарантными буквами написанный.

Князь вроде бы и отвечает, только вот понятней не становится.

– Вы совсем не глупы и, если бы решили устранить не симпатичную вам даму, не стали бы устраивать подобную комедию. И зачем яд, я видел, как вы стреляете.

Стрелять, скорее всего, настаящая Анна не умела, но и она такой бы цирк не устроила. Графиня, лично покупающая яд для грызунов – уникум почище всех магически заряженных револьверов вместе взятых. Абсолютно несовместимое с жизнью явление.

Но это ничуть не объясняет мотивов Свержского.

На идейного борца за справедливость он точно не похож. И не может не понимать, меня подставляют по-крупному. Если его помощь наружу выплывет – никакой княжеский титул не спасет от наказания. Я-то хоть могу пока за мужа спрятаться: хоть и зыбкая, да защита, а Влад? Для чего он то ли вместе со мной, то ли вместо меня в этом грязном болоте себя топит с таким усердием?

– Анна, считайте, я просто развлекаюсь, – ага, так я и поверила! Но князь ничего больше говорить все равно не собирается, приходится кушать ту лапшу, что он без зазрения совести навешал мне на уши. И надеяться не подавиться в процессе до исхода летального.

– Давайте я помогу вам, застежка неудобная, – Влад явно переводит разговор на другую тему.

Металл браслета холодит кожу, а прикосновение длинных изящных пальцев неожиданно обжигает. Язычок замысловатого замочка не слышно щелкает, но Свержский продолжает держать руку на моем запястье и это странное мгновение растягивается в бесконечность.

Пульс частит, набирает обороты, наверняка в его подушечках пальцев отдается. Мы не поднимаем глаз, не смотрим друг на друга, оба, как зачарованные на блестящие камни браслета уставились.

Не оторваться.

Или на соединенные вместе руки? Мне безумно хочется сделать ответное движение, дотянуться до бледной кисти и дальше… Непонятное наваждение.

– А нельзя было что-нибудь попроще и подешевле замагичить? – застывшая в комнате тишина слишком… просто слишком, и я тороплюсь разорвать ее, пока не переросла в нечто большее.

– Нельзя. Хорошо обработанные алмазы лучше всего держат защиту. И, – Влад неожиданно мягко, тепло улыбается, – мне будет просто приятно, если вы станете носить эту безделицу.

Он, чуть помедлив, убирает руку и меня накрывает совершенно неуместное, до предела глупое чувство потери.

Буду я носить этот браслет, конечно буду.

Куда я денусь?