Люби меня

Глава 1. Больница

Я сначала чувствую боль во всем теле, а только после этого открываю глаза. Свет яркой лампы в потолке моментально начинает резать глаза, и я спешу закрыть их обратно.

Больно. Очень-очень больно. Это единственное, о чем я могу думать.

Сквозь невыносимую боль в уши проникает пикающий звук. Пи, пи, пи, пи. У меня и так раскалывается голова, а от писка она буквально разрывается на части. Кто-нибудь, пожалуйста, выключите этот противный писк.

Я издаю какой-то странный звук. Сама не могу разобрать. Но что-то похожее на мычание. Почти сразу кто-то касается моей руки, и я снова открываю глаза. Надо мной склонилась молодая девушка в белой одежде. Она улыбается.

— Вы пришли в себя. Очень хорошо. Сейчас к вам подойдет врач.

Одно это страшное слово — «врач» — заставляет меня моментально вспомнить все, что со мной произошло. Похищение, подвал, цепь, порно. Я дергаюсь и пытаюсь встать, но меня удерживают какие-то провода.

— Тише-тише, лежите! — девушка, испугавшись, хватает меня за плечи и пытается положить обратно.

— Где я? Кто вы? Где Артур?

Я пытаюсь вырваться, но девушка крепко меня держит, а у меня не получается сопротивляться ей. Мешают боль и слабость в теле. А еще эти провода не дают встать. Боже, мы что, попали обратно в ту подпольную больницу!? Меня сейчас будут расчленять на органы!? Но Артур же ее сжег.

— Вы находитесь в больнице, все хорошо.

— В больнице??? — восклицаю с ужасом и тут же захожусь кашлем. В горле словно кошки скребут.

Я снова пытаюсь вырваться, но мое тело меня не слушается. Оно ватное, у меня не получается управлять им. А еще эта пронизывающая боль везде. Как будто все кости разом сломались.

— Да, вы попали в сильное ДТП, вы в больнице. Семен Аркадьевич! — кричит кому-то девушка. — Семен Аркадьевич!

Слышатся торопливые шаги, и возле нас возникает мужчина в белом халате. Его небритый подбородок скрывает одноразовая маска. На глазах очки.

— Ну-ну, спокойно, — он надавливает на мои плечи куда сильнее девушки, прижимая меня к кушетке.

По лицу бегут слезы. Вот и все. Меня сейчас расчленят на органы. А где Артур?

— Отпустите меня, — бормочу, обессилев. — Отпустите меня.

— Девушка, мы не можем пока вас отпустить. Вы слишком слабы. Вы сейчас находитесь в реанимации, вам сделали операцию. Если все будет хорошо, вас переведут в отделение.

Меня простреливает молния ледяного ужаса.

— Операцию? Что вы у меня вырезали?

— Ничего не вырезали, у вас было внутреннее кровотечение. Наши хирурги зашили вам кое-что в брюшной полости. Удалять ничего не пришлось, слава Богу. Вы пострадали гораздо меньше вашего друга. А меня зовут Семен Аркадьевич, я врач-анестезиолог-реаниматолог. Сейчас вы после операции находитесь у меня в реанимации. Будем надеяться, что ваше восстановление пойдет хорошо, и скоро мы сможем перевести вас в отделение.

— В какое еще отделение?

— Так как у вас пострадала брюшная полость, я думаю, в гастроэнтерологию.

Я ничего не понимаю. Я что, в обычной больнице? Это обычные врачи? Не те, что расчленяют людей на органы?

— Это обычная больница? — задаю тупой вопрос.

— Да, вы в клинической больнице Московской области. Вас доставили на скорой помощи. Вы попали в сильное ДТП.

Машина проседает, тянется в правую сторону, закручивается как в центрифуге. Рев шин, звуки клаксонов. Нас подбрасывает, а затем следует сильный удар. И…

— Где Артур? — спрашиваю, начав трястись от страха.

— Это ваш спутник? Он тоже тут в реанимации, — мужчина указывает ладонью налево, и я поворачиваю туда голову. На соседней кушетке лежит мужчина. Мне требуется время, чтобы рассмотреть в нем Артура. — Он в коме. Его состояние гораздо тяжелее вашего. Но мы боремся за его жизнь.

Меня окутывает такой липкий ужас, что я даже перестаю ощущать боль во всем теле.

— В коме? — переспрашиваю не своим голосом.

— Да, ваш спутник находится в коме.

— Сколько мы тут уже?

Врач смотрит на часы на запястье.

— Не знаю точно. Часов шесть или восемь, наверное. И вас, и его долго оперировали. Нам сейчас нужны будут от вас все ваши данные. ФИО, даты рождения, паспортные данные. А то вы у нас пока проходите как пациенты без документов. Еще приходили из правоохранительных органов. Я позвоню следователю, скажу, что вы пришли в себя. Он хочет с вами побеседовать.

При слове «следователь» мне становится еще хуже. Перед тем, как мы попали в ДТП, Артур строго-настрого наказал мне ничего не говорить полиции. Я так и не поняла, почему. Какие-то преступники три недели удерживали нас в плену, заставляли сниматься в нелегальном порно, угрожали убить нас и продать на органы. И ведь они действительно это делают. Они похищают бездомных людей, убивают их и продают на органы.

Могут ли тот способ, с помощью которого мы выбрались из плена, использовать против нас? Могут ли правоохранительные органы обвинить нас в убийстве людей? Я убила двоих, Артур шестерых. А еще Артур устроил поджег.