Любить, спасти и выжить! Сказки для....

4 глава

4.

Мне приснился очень необыкновенный сон. Как будто я стою в одном шаге от края крыши многоэтажного дома моего старого мира. Вокруг меня клубиться серый туман. Он не страшный, наоборот, какой-то нудный и обыденный. Я делаю шаг вперед и оказываюсь на самом краю крыши, подо мной, далеко внизу, земля, деревья, машины, люди. Надо мной сумеречное небо. Сзади  меня зовет к себе привычная, рутинная и даже по своему уютная серая мгла, но я делаю шаг вперед и …. взлетаю! Раскинув руки я взмываю вверх и опускаюсь к верхушкам деревьев, я пролетаю выше электролиний. В душе бурлит и искриться восторг от свободы парения в воздухе, я ощущаю каждую клеточку своего тела. Немного напрягаюсь и устремляюсь со скоростью вперед, чувствительно прикладываюсь обо что-то головой и ….. просыпаюсь. Тут же  падаю на пол плашмя, поскольку я просыпаюсь зависшей в воздухе, упершись головой  в стену над дверью. Несколько минут я не могла вдохнуть, как я только кости себе не переломала?  Это надо же, я действительно взлетела! Значит, я умею летать? Как, эти самые, драколиты? Посидев пару минут на полу, я посмотрела в окно, на улице было темно. Перебравшись на кровать, я опять заснула и беспробудно проспала до утра.

Утром я вспоминала ночной сон и то ощущение восторга, которое я испытала. Дотронувшись рукой до головы, с удивлением обнаружила у себя приличную шишку, которая болела. Тут же вскочила с кровати и внимательно осмотрела угол, который образовывали потолок и стена над дверью. Побелка на потолке была смазана! Это был не сон! Ну, точнее, не совсем сон. Значит, я умею летать? Мне захотелось завизжать от восторга. Так- так- так, это как там было во сне? Я встала посредине комнаты, закрыла глаза и попыталась вернуть себе те ощущения, что мне приснились. В душе как будто раскрылся цветок, я почувствовала ощущение невесомости и внутренне потянулась вверх. Открыв глаза, я увидела, что зависла в воздухе посередине комнаты. Плавно опустилась на пол, потом опять поднялась и сделала по комнате небольшой круг. Карлуша ошарашено смотрел на меня, передавая мне эмоциональную волну крайнего удивления. Наконец, я успокоилась и опустилась на пол. Быстренько одевшись, я сбегала в ванную, привела себя в порядок и, выйдя в коридор, решила поэкспериментировать в  телепортации. В лесу, у нимф, у меня получалось телепортировать себя где-то на пять, семь метров, но для этого, объясняли мне старейшины, необходимо представлять себе очень точно место, куда надо переместиться. Я внимательно посмотрела в конец коридора и  переместилась туда. Ура-а-а-а! Все получается! У меня все получается, я могу летать, я могу перемещаться. Жизнь прекрасна, удивительна, я всех люблю!

Окрыленная своими способностями и успехами, я прибежала на кухню с Карлушей на плече. Иванна выдала мне такое же как у Калины платье и передник. Карлуша облюбовал себе место под потолком на самой широкой балке, куда утаскивал то рыбью голову, то куриную голень, которыми его подкармливали хозяйки трактира. Втроем мы быстро приготовили несколько дежурных блюд и Иванна отправила нас с Калиной на рынок за продуктами.

Рынок в Вельвольске был большой и очень шумный. Мы довольно скоро закупили все, что было нужно, причем это были самые простые и необходимые продукты, типа  молока, яиц, муки и так далее. Никаких приправ, так как они относительно дорогие и тем более каких-то экзотических овощей, трав и фруктов. Даже сахар и тот был взят в очень скромном количестве. Но все равно, обратно мы потащили две очень тяжеленные корзины.  Пройдя несколько улиц, я поняла, что руки у меня сейчас оттянуться до земли и мне пришла занимательная мысль, если я могу левитировать сама себя, то смогу ли я левитировать корзину? Если честно, то принцип левитации я абсолютно не понимала, но вспомнила свои ощущения и постаралась их воспроизвести, но только в отношении своей ноши. Сначала я почувствовала, что начинаю подниматься сама, совсем немного, всего на несколько сантиметров. Тут же пришлось срочно прекратить эксперимент, чтобы не привлекать ничьего внимания. Потом у меня чуть-чуть корзина не улетела вверх. Калина смотрела на меня весьма подозрительно, наблюдая, как я размахиваю тяжеленной корзиной вверх и вниз, наконец, раза с четвертого я вполне сносно облегчила вес корзины и  мы дошли до трактира.

 В этот день в трактире было больше постояльцев и мы с Калиной носились как заведенные из зала в кухню и обратно, даже Иванна вышла из своего заторможенного состояния на какое-то время. Уже довольно поздним вечером в трактир зашел мужчина средних лет, приземистый и полный. Неприятное лицо его тонуло в лоснящихся складках толстых щек, мелкие, бегающие глаза хищно выглядывали из-под жидких белесых бровок. Такого же цвета  прямые сальные волосы обрамляли весьма внушительную лысину.

- Добрый вечер, Иванна, - нараспев произнес он, мелкими шажками подойдя к стойке.

- И тебе того же, Оргыз, - поджав, губы неприветливо ответила Иванна.

- Я смотрю, твои дела в гору пошли, служанку в помощь наняла? – пожевав губами, чуть визгливо, произнес пришедший.

- Наняла, - все также немногословно и неприветливо ответила Иванна.

- Ну-ну, не забудь, что сроку у тебя две десятины, - продолжал Оргыз, - а мое предложение все еще в силе, так ты подумай.

Выпив бокал дешевого вина, он ушел, а Иванна опять стала какой-то заторможенной. Калина то и дело оглядывалась на нее, в ее взгляде были боль и сострадание.

Следующая десятина пролетела очень быстро, дела в трактире стали поправляться, вдвоем с Калиной мы быстрее управлялись и в зале и на кухне. Я тоже стала принимать непосредственное участие в готовке. Готовить я любила и умела, а здесь было где вспомнить и применить свои навыки, правда не было некоторых привычных продуктов, но и  им можно было найти вполне сносную замену. В трактире, да и вообще там где мне пришлось побывать в этом мире, не готовили салатов и когда я приготовила довольно примитивный салат из отварных бобов, курицы, соленых огурцов и лука, заправленный сметаной, он сначала был встречен с недоверием, зато потом пошел просто на «ура». После того как я предложила еще три-четыре новых блюда, наши дела и вовсе поправились, стражники стали приходить в трактир ужинать каждый вечер и оставляли здесь вполне достаточно, а вскоре к нам потянулись и другие постоянные клиенты.