Любить, спасти и выжить! Сказки для....

15 глава

15.

В этот день мы очень долго сидели за столом и говорили, говорили. Сначала я рассказывала о своем побеге из Руздали, потом мы вместе с Ясенем рассказывали о своей жизни в лесу, потом у эльфов, потом про дорогу в Вельвольск, потом про жизнь в городе, про все наши приключения. Затем Любея рассказала нам, что в прошлом году сюда приехал целый отряд храмовников, они жили у Мстиславия. Сначала отряд собирался идти в Северный лес, а потом резко переменил направление и отправился в Железные горы. А еще, прошлой осенью, через Истровель в сторону Северного леса проскакал отряд из пяти каких-то очень неприятных личностей, скорее всего магов, потому что веяло от них такой магической силой, что не почувствовать ее было невозможно. А вот обратно вернулся только один из них, он гнал назад лошадей, но они были без поклажи, значит, остальные куда-то телепортировались прямо из леса. Это сообщение насторожило меня, мы с Ясенем переглянулись и видимо мысли у нас сошлись. Не эти ли люди пытались убить эльфа, привязав к статуе бога Хора?

Лето только-только начиналось. В первую же ночь, проведенную у Любеи мне приснился очень странный сон. Вообще, те яркие сны, которые мне снились и запоминались, всегда имели какое-то значение для меня, о чем-то предупреждали или раскрывали что-то необычное, но этот сон я никак не могла понять. Мне приснилось, что я нахожусь в каком-то гроте, я знаю, что он находится под землей. Природа создала этот грот, вымыв его водой в скале серо-розового цвета. Я неподвижно стою на узкой полоске песчаного пляжа, шириной в два шага, совсем рядом у моих ног плещется черная вода, справа и слева от меня виднеются два темных похода, по одному из них я пришла сюда. На мне надето длинное, темно-красное платье и плащ, мои волосы необыкновенно густые, они падают красивой каштановой волной на спину и опускаются ниже пояса. Я тревожно прислушиваюсь к звукам, но слышу только шуршание воды. Я жду ЕГО. Жду уже очень давно, мне тоскливо и одиноко, но я знаю, что он обязательно придет, я так соскучилась по нему, так хочу его увидеть, услышать, прикоснуться. Вдруг, я начинаю различать звук шагов. Это ОН! Радостное волнение дрожью пробежало по мне. Наконец-то! Шаги раздаются все отчетливее, все ближе, ближе… мне хочется сделать шаг навстречу ему, но ноги окаменели, хочется крикнуть, что я здесь, но голос пропал. А шаги все ближе и ближе – сейчас я увижу его, вот прямо сейчас… Но вдруг шаги, вместо того чтобы приблизиться еще ближе, начинают отдаляться, как будто тот, кто шел сюда, ко мне, свернул в другой проход. НЕ-Е-ЕТ!!! Вернись, пожалуйста, вернись! Рыдание сдавило горло и слезы хлынули из глаз. Я проснулась в слезах, но понять свой сон не смогла.

 Мы прожили у Любеи три дня, а потом собрались и пошли в лес, к озеру Бии. Карлуша с начала дороги была радостно возбуждена, передавая мне волны чувства приятного ожидания, но чем ближе мы подходили к лесному ручью, за которым была большая ель с амулетом, тем тревожнее были ее ощущения. Да и мне как-то становилось не по себе. Казалось, что лес на нас смотрит настороженно и враждебно.

- Тебе не кажется, что с лесом что-то не так? – вдруг неожиданно, на ходу спросил меня Ясень, тревожно оглядываясь по сторонам. В лесу не было тишины. То там, то тут вскрикивали птицы и тревожно жужжали насекомые, но птицы не пели, а именно вскрикивали, испуганно и обиженно, а насекомые издавали такие звуки, что казалось они предупреждали об опасности.

- Да, действительно, - согласилась я с эльфом, мы как раз подошли к ручью, в том месте, где росла та самая старая ель. Переправы опять не было, видимо весенним паводком мое дерево смыло, но вдвоем с Ясенем мы быстро принесли и перекинули парочку новых сломанных ветром деревцев и перебрались на другой берег. Отыскав на ели знакомую пластину, я приложила к ней руку. Как и в прошлый раз, впереди, среди ветвей загорелся путеводный огонек, мы прошли его и еще несколько таких же огней и вдруг они перестали загораться. Мы стояли посредине леса, оглядываясь по сторонам. Ни впереди, ни сзади никаких путеводных огней не было. Совсем смолкли птицы, стояла настороженная тишина, лес как будто куда-то нырнул и надолго задержал дыхание, не было слышно даже шороха листьев. Лес еще не умер, но уже не жил. Мне стала страшно, что случилось?

- Мне кажется надо отправить сокора вперед, - высказал свое мнение Ясень, он весь подобрался, теперь он напоминал большого зверя перед охотой, я видела, что он почувствовал опасность гораздо острее меня, в руке у него блеснул нож.

- Карлуша, попробуй найти дорогу к избушке, - я обратилась к птице, сокориха сидела у меня на плече испуганная и нахохлившаяся, - ты же у меня такая умница и такая храбрая. Нам очень нужна твоя помощь, - уговаривала я ее.

Наконец Карлуша собралась с духом и взлетела, а мы уселись на поваленное бревно, которое оказалось рядом. Ждали мы недолго, сокориха вернулась где-то через полчаса. Она взволнованно передала нам тревожные, расплывчатые образы туманного озера и заросшей поляны. Именно нам, так как она уже достаточно давно научилась вступать в мысленный контакт с Ясенем. Мы с эльфом припустились бегом за летевшей впереди нас птицей и довольно скоро выбежали на нашу поляну.

Выскочив на открытое место, мы с Ясенем одновременно остановились, как будто споткнулись. И было от чего. В прошлом году это была идеально круглая поляна, с невысокой мягкой травкой. Посередине стояла небольшая крепкая избушка, около которой был разбит симпатичный уличный очаг, его окружали гладкие валуны, которые выполняли роль стульев и стола. Теперь поляна вся заросла сорняками и крапивой из-за которых было видно только крышу избушки. Мы с трудом продрались через живые заросли к двери. Сама избушка осталась в довольно приличном состоянии, только дверь ее была открыта настежь, а внутри дома все было перевернуто буквально вверх дном. Валуны обросли мхом, да так густо, как будто тут лет двадцать никого не было, а тренога над очагом покрылась ржавчиной.