Любить, спасти и выжить! Сказки для....

20 глава

20.

Вечером того же дня, во дворец повелителя Миеронии Олисия, одна за одной прибывали делегации - представители разных рас и высокопоставленные чины Вельвольска. Среди прибывших, был второй советник повелителя ийерхов Ладис со своей невестой  Илларис и с сопровождавшей ее компаньонкой, дальней родственницей со стороны матери Илларис, мадмуазель Дораль. Мадмуазель было около сорока лет, она была старой девой, и у нее не было никого из родни кроме Илларис и ее матери. Она была из тех женщин, которые с годами не умнеют, а наоборот, тормозят в своем развитии. Мадмуазель не оставляла надежды выйти замуж, старательно молодилась и безыскусно кокетничала, постоянно намекая, что она еще очень молода. По возрасту, она действительно была лишь на пятнадцать лет старше Илларис, что никоим образом не отразилось бы на ийерхах, но она была человеком, поэтому и выглядела на все свои сорок лет.

   Первый советник повелителя ийерхов Вэллас и министр торговли ийерхов Олаф то же должны были прибыть, но несколько задерживались. Ладис помог выйти из экипажа женщинам, и оглянулся вокруг, высматривая Вэлласа, тот не был сегодня на обряде посвящения в студенты в Академии Магии, но не увидел своего друга. Он предложил руку невесте, потом ее компаньонке, а затем они все вместе проследовали по широкой садовой аллее к дворцу повелителя Миеронии.

И аллея, и сам дворец были пышными и очень красочными. Миерония славилась своими скульпторами и резцами по дереву. А повелитель Миеронии Олисий, отличался склонностью к помпезности и пышной роскоши. Страна процветала, торговала с соседями и Олисий всегда старался показать достаток Миеронии, украшая собственные дворцы.

Аллея, по которой шли Ладис и Илларис, в сопровождении Дораль, была с двух сторон усажена цветущими кустарниками с необыкновенно красивыми цветами, величиной с ладонь, они были похожи на розы, но имели заостренные лепестки. Одни  цветы были белыми, другие - розовато-оранжевыми и источали удивительно приятный аромат. Он вызывал прилив сил и радостное  ощущение чего-то чудесного. «Эльфийские подарки» - подумал Ладис. Перед дворцом бил фонтан, это были две прекрасные статуи, которые  изображали фей в полный человеческий рост. Грациозные, утонченные фигуры были высечены из превосходного белого мрамора, который доставлялся в Миеронию ийерхами. Крылья фей были сделаны из тонкого хрусталя, а глаза из сапфиров  у одной и изумрудов у другой. Почему то сегодня взгляд Ладиса задержался на глазах этих мраморных фей, хотя он уже неоднократно видел этот фонтан, причем в разное время суток и года, но никогда еще эти феи так не привлекали внимание второго советника. Он обратил внимание, что глаза, каменных красавиц совсем как живые и, казалось, что они следят за всем, что происходит вокруг. А вот у Илларис  и ее компаньонки, ни чудесная аллея из прекрасных цветов, ни фонтан не вызвал никакого интереса хотя все это они видели впервые в жизни, они стремительно шагали во дворец, не обращая внимания более ни на что. Ладис в который раз подумал, что он, оказывается, совсем не знает свою невесту.

Он понимал, что сделал ей предложение, но так же понимал, что предложение вступить в брак было им сделано под влиянием обстоятельств, теперь же, после вмешательства мага, обстоятельства исчезли, а любовь так и не проснулась в душе ийерха. Более того, совместное путешествие в Вельвольск показало ему, насколько они с Илларис далеки друг от друга. Ну, во всяком случае показало это ему, сама Илларис была всем довольна и получала от поездки и общения с ним удовольствие. Похоже, что статус невесты Ладиса значил для нее очень много. Ладис узнал, что семья Илларис была очень стеснена в средствах. На ремонт замка, отец его невесты занял крупную сумму у его дяди, а дядя обещал после свадьбы простить долг новым родственникам. Всю дорогу Илларис обсуждала с Дораль то, что она будет делать после свадьбы, уже будучи женой второго советника повелителя, кого пригласит в гости, с кем, ей бы хотелось познакомиться. Причем живое обсуждение шло только между женщинами, Ладису отводилась роль немого слушателя. Ладису стало казаться, что она входит замуж вообще не за него, а за его статус при дворе и состояние, а состояние у него было не малым, и он был единственным наследником своего дяди, одного из самых богатых ийерхов в Игирмоне. Но в тоже время, ийерх понимал, что отказаться от свадьбы с Илларис у него не было причин, предложение он сделал официально и официально получил согласие невесты и ее родных. А ему хотелось, что бы любили его, таким, какой он есть, просто так, а ни за что-то. Ладис глубоко вздохнул и они вошли во дворец.

Дворец не просто поражал своей роскошью, он ею давил.  Обилие лепнины, позолоты, множество мраморных статуй, гобеленов и расшитых портьер, разноцветье пышных нарядов придворных дам  – все сливалось в пестрый калейдоскоп, от которого уставали глаза и кружилась голова. Но на Илларис и Дораль это произвело сильное впечатление. Они крутили головами во все стороны, Илларис победно улыбалась.

- Тебе здесь нравиться? – спросил молодой ийерх свою невесту.

- Здесь просто великолепно! Такая роскошь, я никогда ничего подобного не видела, - радостно прощебетала Илларис, - о, теперь я представляю, как должен выглядеть наш дом! Он ни в чем не будет уступать этому дворцу. И одеваться я стану так же как придворные дамы, а то у моей мамы совсем другое представление о красоте. Теперь-то я вижу, что я правильно представляла себе по-настоящему красивые платья.

Ладис загрустил еще больше, он представил себе, что ему придется постоянно жить в таком же месте, а также Илларис, одетую в аляпово - пышные платья. Он стал оглядываться по сторонам высматривая Вэлласа и Олафа, а так же причину, по которой он сможет под благовидным предлогом улизнуть от невесты и ее компаньонки. Наконец, в толпе, он увидел второго советника и министра торговли. Подхватив девушку под локоть, он увлек ее в  ту сторону. Увидев их Вэллас приветливо помахал им рукой, подойдя поближе, они поздоровались,