Любовь на грани боли

Глава 1. Птичка

Дыхание сбивалось, превращаясь в надсадные, рваные хрипы. Громкие, царапающие горло всхлипы вылетали изо рта вместо нормальных выдохов, но я физически ничего не могла с этим поделать.

У меня не было возможности остановиться хотя бы на долю секунды. Прижаться лбом к стене, закрыть глаза и просто перевести дыхание. Воздух в этом проклятом месте казался густым и был словно наполнен стеклянной крошкой, которая при каждом вдохе безжалостно резала легкие изнутри.

— Куда она делась, Тич?! — от яростного крика, эхом прокатившегося в самом конце темного коридора, меня фантомно прострелило острой болью в бедре.

Малкольм Аёва. Хозяин этого кошмарного места. Человек, от одного голоса которого кровь стыла в жилах.

— Я ее в туалет отпустил и за дверью встал… — заикаясь, начал оправдываться второй голос. — Я че знал, что эта бешеная мне дверью зарядит и даст стрекача?! Я говорил тебе, давай ногу ей сломаем, и все! Нет, ты, блять, заладил со своими правилами... Ай да хватит меня бить!

Раздался оглушительный грохот выстрела, а следом у меня по спине пополз озноб от дикой паники от истошного воя Тича, который, похоже, вконец довел Малькольма.

— Она товар, ты урод представляешь сколько денежных мешков на эту убогую претендуют? Ты ей и так гематому на ноге поставил, она должна быть невредима! Если хоть царапинка у нее появится, следующая пуля будет в твою башку!

Я вжалась в ледяную стену, обеими руками зажав себе рот так сильно, что ногти впились в щеки. Лишь бы свистящее дыхание меня не выдало. По спине градом катился холодный пот, пропитывая тонкую ткань рубашки, а ледяной сквозняк темного коридора пробирал до самых костей.

Различить, от чего именно меня сейчас так неконтролируемо трясет было уже невозможно. Мне страшно и холодно.

Бежать прямо сейчас точно нельзя. Это место было спроектировано как лабиринт, и только чертов Малькольм знал все переплетения этих чёртовых коридоров. Если я рвану сейчас, то нет гарантии, что он меня не поймает. А если поймает... лучше умереть прямо здесь.

Я начала медленно отступать назад, осторожно ступая босыми ногами по грязному ковролину. Шаг. Еще шаг.

И вдруг моя спина наткнулась на что-то твердое. Не на стену. На что-то живое. Спазм прошелся по всему нутру, и я бы заорала, но мой рот тут же крепко зажали огромной, жесткой ладонью. Вторая рука легла на талию, сжимая меня с такой чудовищной силой, что ребра жалобно хрустнули. Весь остаток воздуха разом выбило из легких, но я даже вскрикнуть не смогла. Лишь жалко засипела в чужую ладонь в кожаной перчатке.

— Тссс, птичка. Молчи, и будешь цела, — прямо над моим ухом раздался хриплый, низкий шепот, который, казалось, разорвал мое сердце. Голос был абсолютно незнакомым, но его тембр буквально прополз адским пламенем по моим позвонкам, пробирая до самых костей. — Хочешь на свободу? Молчи. Кивни, если да.

Я закивала. Быстро, судорожно. Замерла в руках незнакомца, изо всех сил стараясь подавить крупную дрожь. Меня трясло так, словно я босыми ногами наступила на оголенный провод в луже воды.

— Хорошо. Я сейчас убираю руку, а ты не орешь. Ослушаешься — и я сверну тебе шею. Поняла? Кивни, если да.

В этот момент мне стало настолько жутко, что я закивала несколько раз подряд, просто для убедительности. Жить хотелось невыносимо сильно. А свобода за месяц в этом аду стала казаться какой-то далекой, абсолютно несбыточной фантазией.

— Как тебя зовут? — он медленно убрал ладонь с моего лица, но его пальцы властно скользнули вниз, ложась на мою шею. Я все еще была напряжена до предела, ожидая удара. Но тело мужчины за моей спиной пыхало жаром, как огромная печь, и, как ни странно, в его захвате меня начало трясти чуточку меньше.

— Амора, — едва слышно, одними губами выдохнула свое имя и тут же почувствовала, как огромная фигура за моей спиной едва заметно вздрогнула.

Спросить или сказать что-то еще я не успела. Как оказалось, в этом мраке мы были не одни.

— Деймос, здание взяли в кольцо, нам пора. Бросай девку, после за ней вернемся, — раздался резкий голос из темноты совсем рядом.

Мужчина за моей спиной мгновенно разжал руки. Без его тяжелой хватки мне сразу стало холодно.

— Будь в этой комнате. Я за тобой вернусь. Поняла? — он грубо, но без желания покалечить, затолкнул меня в узкую подсобку.

Когда я, спотыкаясь, обернулась, то успела заметить лишь его огромную, широкую спину, обтянутую черной тканью. Я не ошиблась, он и правда был огромным, пугающим, словно и не человек вовсе, а какой-то мифический монстр.

— Да… поняла, — мой голос больше походил на жалкий мышиный писк.

Я сама закрыла за ним хлипкую дверь и обессиленно сползла по ней спиной вниз. Он сказал ждать его. Вот только… я рисковала своей жизнью и сходила с ума от страха не для того, чтобы послушно перейти из рук одних чудовищ в руки другого.

Стоило мне только услышать, как тяжелые шаги стихли вдали, я тут же подскочила на ноги. Начала лихорадочно ощупывать стены тесной кладовки в поисках хоть чего-то полезного. Мои пальцы наткнулись на свисающую с потолка нитку с пластиковым наконечником.

Я резко дернула за нее. Тусклая желтая лампочка мигнула, осветив помещение, и в этот же миг прямо перед собой я увидела его лицо. Темные, почти черные глаза с отблесками хищного, дьявольского огня.

— Тебе не сбежать от меня, омега...

С истошным криком я подскочила на кровати, судорожно хватаясь за насквозь промокшую от холодного пота футболку на груди. Воздух со свистом врывался в легкие.

Боже! Боже мой, это всего лишь сон! Очередной чертов кошмар… Я ведь смогла сбежать. Я дома. Я в безопасности.

Повторяя эти слова про себя как молитву, я часто заморгала, пытаясь сфокусировать зрение в темноте своей спальни. Взглянув на электронные часы, застонала от досады. Три часа ночи, опять это чертово время.

Моя мама всегда говорила, что три часа ночи, время, когда демоны выползают из потустороннего мира, забираются в людские сны и питаются страхами, пытаясь уничтожить души.