Маги и оборотни. Меж двух миров

Глава 22

Великие боги, ну ничего себе.

Лане невольно вспомнилась старая травница с рынка в нижнем городе. Она одна из немногих, кто собирал и хранил все травы правильно, и единственная у кого их можно было бы купить за приемлемую цену. Поэтому за редкими травами, или когда не было времени собирать их самой Лана ходила к старой Берте. Чтобы не выделяться на бедном рынке она одалживала платья у служанок. Только Берта, едва бросив на нее один острый взгляд, сразу поинтересовалась, что это аристократке понадобилось в нижнем городе? Лана оправдываться не стала, только поинтересовалась, что ее выдало. Из-за смуглой кожи она, наоборот, больше вписывалась в общество трудяг, чем знати.

Стоя сейчас на продовольственном складе оборотней и глядя на такой исключительный образчик мужественности, Лана не могла не вспомнить ответ Берты: “Породу всегда видно”.

Да уж, Лана окинула мужчину взглядом с головы до ног, тут порода так порода. Мужчина был ростом почти с Расмуса, но не такой массивный. Хотя и его мышечная масса внушала уважение, просто была более рельефной. Идеальные пропорции тела, прямо как с картинки по анатомии, над которой вздыхала половина учениц. Черные волосы чуть ниже плеч были собраны лишь у висков и закреплены на затылке, открывая хищное, но прекрасное лицо с яркими зелеными глазами. Если бы самая красивая женщина в империи согрешила с темным богом, то именно такой результат у них бы и получился. Божественно красив.

Лана по достоинству оценила его, но страх перед ним портил все впечатление. Она готова восторгаться им, как и любым смертельно опасным хищником, но исключительно издалека, а не в такой непосредственной близости. Хорошо, что его не было на болоте, когда она попалась оборотням, тогда она бы ни за что не согласилась к ним идти. Да, она чувствовала себя некомфортно и напряженно, постоянно находясь среди недовольных взглядов на нее. Но страх она испытала только сейчас.

‒ Значит это из-за тебя столько разговоров в деревне, ‒ и вроде негромко сказал, но низкий с хрипотцой бас был такой силы, что отдавал вибрацией у нее в груди.

Лана тяжело сглотнула, надеясь, что голос уже вернулся и не опозорит ее хрипом. Только открыла рот, еще даже не зная, что скажет, как подавилась воздухом от прикосновения к спине.

‒ Ивар, ‒ прозвучало у нее над ухом.

От голоса Видара и осознания того, что она не одна стоит перед этим внебрачным сыном бога, Лана с облегчением выдохнула. Тело само предательски шагнуло назад, желая оказаться как можно дальше от опасности. Только ведь вспоминала наставника и его урок, но перед этим оборотнем все вылетело, словно и не было. Она прижалась спиной к Видару и тот вплотную обошел ее, закрывая своим плечом.

Лана испытала такой прилив благодарности к нему, что пообещала больше не ворчать на него за угрюмость и недовольство. Да по сравнению с этим Иваром он просто душка и лапушка. Не ценила она его, не ценила, а похоже стоило. Назначили бы за ней приглядывать вот этого, и ее бы никакие успокоительные отвары не спасли от постоянного стресса и трясущихся рук.

‒ Видар, ‒ пробасил ему в ответ Ивар, наконец переводя препарирующий взгляд от нее.

Оборотень обошел и, и Лана только сейчас заметила, что в каждой руке он держал за край пустые коробки. Поставив их на стеллажи, он отряхнул руки и повернулся снова к ним. Видар все это время стратегически, бочком-бочком, как краб, загораживал ее собой, за что она заранее простила ему все будущие грехи.

Лана только сейчас обратила внимание на искусную вышивку у Ивара вокруг ворота. Когда на тебя смотрит пантера и спрашивает, не ты ли тот самый нарушитель спокойствия в его размеренном мирке, то как-то не до рассматривания того, что есть за пределами хищного взгляда. Угловатый геометрический рисунок зеленого цвета очень красиво смотрелся на светлой льняной рубашке, которая похоже должна быть обязательно у любого уважающего себя оборотня.

‒ Нравится? ‒ с ухмылкой спросил Ивар. ‒ Сам вышивал.

Удержать предательские брови на месте Лана не сумела, и те довольно резво поползли вверх. И ведь судя по ухмылке не скажешь, издевается или действительно сам сделал. Она уже ничему не удивится.

‒ У тебя яблоки есть?

Вопрос Видар задал, полностью игнорируя фразу оборотня, даже не учитывая, что она не ему предназначалась. Вот в данный момент беспардонность оборотней ей очень и очень нравилась. Хорошо, что хоть кто-то из них двоих помнит, зачем они сюда пришли. Лично Лана уже готова не то что без яблок остаться, но даже еще и пару ценных артефактов отдать, лишь бы убраться отсюда.

Ивар медленно и глубоко сделал вдох через расширенные ноздри, явно напоказ, и улыбнулся настолько хищно, что Лане поплохело. Смотря на Видара, он приподнял одну бровь и издевательски сказал:

‒ Яблочек захотелось, значит.

Она почти прижималась к спине Видара и четко ощущала, что с каждой секундой он становится все напряженнее, хотя куда уж больше. Вот только драки тут еще не хватало. Если бы Лана знала, что яблоки тут такой ценный фрукт, из-за которого даже конфликты на пустом месте вырастают, то держала бы язык за зубами. И ведь не влезешь сейчас с фразой, что это она яблок захотела и из-за нее вся суматоха, вдруг хуже сделает.

‒ Осталась пара ящиков с осени, ‒ весьма мирно сказал Ивар, и все напряжение вокруг них как-то разом сдулось, будто и не было.

Ехидная улыбка и издевательский взгляд, направленный на Видара, никуда не делись, но хоть клыки спрятал и за это спасибо. Ивар ушел в крайний левый ряд, а они с Видаром стояли как памятники самим себе, боясь пошевелиться. Ну она так точно.

Ивар вышел с большим таким ящиком, в одной руке точно не удержишь, полным крупных яблок. Обычно у Ланы от такого зрелища заранее начинается обильное слюноотделение, но сейчас во рту было сухо как в пустыне. Убраться отсюда хотелось больше, чем вожделенный фрукт.

Ящик был торжественно отгружен на крепкий квадратный стол возле двери. Видар достал небольшой мешочек и высыпав содержимое на ладонь, начал перебирать его пальцами. Лане стало интересно и, тихонько выглянув из-за его плеча, она мысленно присвистнула. Выбрав один из изумрудов среди кучки прочих небольших разномастных камней, протянул его Ивару. Тот лишь мельком глянув на камень, бросил его… В банку.