Маги и оборотни. Меж двух миров

Глава 39

Видар бежал по лесу, не ощущая земли под ногами. Почти летел. На душе было радостно и спокойно.

Время вместе с Миланой было чем-то незабываемым. Даже если бы она не была его наани, то он бы все равно влюбился в нее за эти дни до беспамятства.

Красивая, умная, как оказалось, веселая. Зажатая немного, но это поправимо. Период стеснения они преодолели, точнее он ей помог, и это тоже пройдет. Уж он-то приложит для этого усилия.

Правда оставалось что-то еще. Какая-то тайна или недомолвка, которая ее гложет. Видар не дурак и никогда им не был. На утро после их первой ночи она была расстроена. Но в том, что он как-то причинил ей боль или неудобства, не врала. Значит дело в другом.

Он не стал лезть к ней в душу и требовать подробностей. Сама расскажет, когда сочтет нужным. Вряд ли там уж такая страшная тайна.

Сейчас нужно подумать о другом. Добраться до родителей и собрать их. Погостят у них недельку или две. Жить они, наверное, будут у вожака. К нему они сами не согласятся подселиться, чтобы не мешать им с Ланой, и так даже лучше. Он все равно не успел за эту неделю насытиться ею. Надышаться.

Вдруг легкость внутри сменилась недовольством, грустью, тоской.

Видар замедлился и остановился. Что это такое? В чем причина? Почему вдруг такая странная смесь чувств внутри, когда снаружи ничего не происходит? Прикрыв глаза и медленно задышав, он стал прислушиваться к ощущениям. Негативные эмоции были как легкая дымка поверх его собственной радости и счастья.

Озарение пришло внезапно, и Видар, резко распахнув глаза, посмотрел в сторону Западной деревни. Это не его чувства. Но как он может ощущать эмоции Ланы? Он о таком раньше не слышал. Или это нормально, когда обретаешь наани? Но тогда бы он слышал о подобном хоть от кого-нибудь. Может все дело в том, что его наани ‒ маг?

Видар ощутил, как его захлестнуло волной шока, радости, затем сразу грусти и неверия, и внутри поднялась злость. Уже его собственная. Просил же Раса присматривать за Ланой, а сейчас она была чем-то расстроена. И что делать ему?

Походив из стороны в сторону, Видар немного успокоился. Опасности для жизни он не чувствует, а с тем, кто обидел его наани, он разберется, как прибудет вместе с родителями. Сейчас нужно забрать их из Восточной.

Душу терзали сомнения. Хотелось вернуться обратно и растерзать всех, кто посмел обидеть его Милану. Еще раз посмотрев в сторону Западной деревни, Видар развернулся и побежал к родителям, надеясь, что они уже собраны и не придется тратить на это время. Он хотел быстрее вернуться к себе.

По максимуму ускорившись, уже через полчаса он достиг дозорных Восточной. Встречали его старые друзья, которых он знал еще со времен, когда они голозадыми бегали по лесу и устраивали розыгрыши над старшими. За что конечно после все дружно получали по тому же голому заду.

“Ви, дружище, давненько не навещал!”

“Как твои дела? До нас слухи дошли, что ты наани нашел, да еще и не местную”.

“Поговаривают, что магичка, это правда?”

Вопросы посыпались на него без остановки. Вот только он их почти не слушал, углубившись в себя. Он не только чувствовал, что с Ланой не все в порядке, но и то, что с каждой минутой она словно отдаляется от него.

Не понимая, как такое может быть, Видар с силой почесал когтями грудь, пытаясь облегчить неприятное чувство. Словно тонкая нить между ними натягивалась и истончалась.

“Дружище, с тобой все хорошо?”

Видар помотал головой, не отрывая взгляда от тропы, с которой прибежал.

“Нет. Не хорошо. Что-то не так”.

Чувство тревоги поднималось все выше, грозясь накрыть его с головой.

“Передайте моим родителям, что встреча отменяется. Я вернусь к ним, когда пойму, в чем дело”.

И не глядя на своих друзей детства, он рванул обратно в Западную.

Бежал, не жалея сил и лап, которые ныли от такой скорости. Он торопился, изо всех сил торопился и понимал, что опаздывает. Если с Ланой что-то произойдет, он этого не переживет. Что бы ни случилось, он должен быть рядом. Успокоить свою наани, наказать обидчиков, разобраться с проблемами. Да хоть что-нибудь сделать, лишь бы Лана была довольна и здорова.

Главное, чтобы была жива, остальное он решит.

Скоро показались знакомые дома. Он ускорился еще насколько мог, не обращая внимания на горящие легкие и пересохшее горло.

Добежав до дома, увидел не закрытую до конца дверь и ворвался внутрь. Запах яблок и луговых трав витал в воздухе, но не настолько сильно, как если бы его обладательница находилась дома. В спальне был бардак, будто собирались в спешке, и тишина, нарушаемая лишь его хрипом.

Ее нет.

Его наани нет. Но она не могла бросить его! Она же решила остаться с ним и не покинула бы его вот так, даже не попрощавшись.

Выбежав на улицу, Видар обошел дом и почувствовал запах друга. Да как он мог?! Как посмел забрать его женщину?

Хриплое злое рычание вырвалось из груди, и он рванул вслед за запахом.

Сумерки уже опустились на землю, когда он достиг границы топи. Даже несмотря на удушающий запах торфа и болотных трав он смог без труда понять, в каком месте они вошли.

Не раздумывая и секунды, он ступил в болото. Торопясь их нагнать, временами сбивался с тропы, проваливаясь в жижу по грудь. Цепляясь когтями, выбирался и снова утопал.

Силы уходили быстро, но страха умереть не было. Хотелось нагнать Лану и никуда больше не отпускать. Он чувствовал, что она близко. Нить внутри уже не звенела натянутой струной, грозясь оборваться.

Вскоре вдалеке показалась поляна из четырех кривых сосенок и огромная черная спина оборотня, которого он считал другом.

И он был один.

Ярость красной пеленой застилала глаза, пока Видар спешно добирался до поляны.

Расмус продолжал сидеть, отвернувшись, и Видар не испытал ни капли стыда, нападая со спины. Сейчас ему хотелось разорвать его на составляющие и раскидать по болоту. Уже когда Видар был в прыжке, Расмус резко увернулся в сторону и, взмахнув лапами, прижал его к влажной земле.