Маги и оборотни. Меж двух миров

Глава 46

Когда долго думаешь, что умираешь, и вдруг тебе говорят, что на самом деле нет, все хорошо и ты здоров, то это звучит как издевка. Самая натуральная издевка.

Все чувства схлынули, даже злости не осталось. Одна лишь пустая оболочка из кожи, заполненная вакуумом. Усталость и постоянное ожидание смерти вымотали до предела, и Лана поняла, что вот она та самая грань, после которой уже все равно.

Она прикрыла глаза и без сил уткнулась носом Видару в ключицу. Судя по тому, как тихо и спокойно он вдыхал запах ее волос, Мариссе он так же не поверил. Она подробно объяснила ему еще в первый день действие янтарной звезды и надежд он не питал, что бы ни произнесла их гостья.

Лана вдыхала успокаивающий запах дубовой коры и орехов. Постепенно она расслабилась и выкинула из головы слова об их выздоровлении, брошенные Мариссой так небрежно. И ее она тоже из головы выбросила, оставив лишь родной запах оборотня.

Все это не правда, не может быть правдой. От звезды нет спасения и лекарств.

Умиротворенное состояние смирения нарушилось внезапной болью в подбородке. Было чувство словно его сжали раскаленными тисками. Они повернули ее голову, и распахнув от боли глаза, Лана уставилась в голубую радужку прямо перед собой. Лицо Мариссы было так близко, что она могла четко разглядеть каждую ресницу и синюю каемку вокруг зрачка.

Видар тоже распахнул глаза и, увидев Мариссу так близко, угрожающе зарычал, но она быстро, словно хищная птица, сомкнула руку на плече оборотня, впиваясь в него ногтями, и рычание оборвалось. Лана перевела взгляд вниз и увидела множество браслетов. Тиски, до слез сжимающие ее подбородок, были пальцами Мариссы.

Она прикоснулась к ним. Голой кожей.

Лана в панике распахнула глаза еще шире, но вырваться, как ни странно, не пыталась, все тело словно парализовало. У Видара судя по напряженной позе была та же проблема. Видимо, опять какие-то фокусы из арсенала сестер-триалов, потому что она ни разу не слышала, чтобы можно было парализовать человека одним прикосновением.

‒ У вас нет причин не верить мне. ‒ Марисса перевела взгляд на Видара. ‒ Я говорю правду.

Она выпрямилась и, отпустив их, сделала шаг назад, а к ним вернулась подвижность. Видар потер свободной рукой плечо, а Лана ‒ ноющий подбородок. Чужое прикосновение чувствовалось непривычно и странно.

‒ Простите, но я точно знаю, что лекарств и спасения от янтарной звезды нет. Как вы можете утверждать, что мы здоровы? ‒ прикрыв глаза, Лана покачала головой. ‒ Еще и дотронулись до нас.

‒ Дотронулась, ‒ по-детски передразнила ее Марисса, скривив рожицу. ‒ Да, ты права, лекарства от янтарной звезды нет ни у кого. ‒ Пожевав губу и выдержав драматическую паузу, Марисса небрежно бросила: ‒ Ну кроме тебя, Мелания.

Глаза у Ланы уже просто физически не могли раскрыться еще шире, но она справилась. Осмотрев свою грудь, руки, колени, укрытые юбкой, попыталась найти, где же она запрятала это чудо-лекарство, но что-то не получалось.

Поиски удачей не увенчались и она, подняв круглые глаза на Мариссу, спросила:

‒ И что же это за лекарство?

Марисса не стала тянуть время и произнесла нараспев всего одно слово:

‒ Ламмаан.

Круглые глаза Ланы по-совиному хлопнули ресницами пару раз, опуская взгляд на колени. Она настолько привыкла к этому шесту, сейчас потухшему, что даже когда осматривала себя, не обратила внимания, что он так и покоится на ее коленях.

‒ Та самая неслучайная случайность, нарушившая ровное течение моего плана, ‒ продолжила Марисса, разглядывая шест на коленях Ланы. ‒ Из-за него Видар не добежал до Восточной и благодаря ему же нашел тебя в крепости. Из-за него твой отец решился на янтарную звезду. И из-за него вы остались живы и здоровы.

Лана коснулась холодными пальцами древка и слегка погладила. Это же ламан, пусть и не простое оружие, но все же оружие. Как оно может кого-то вылечить? Тем более от такой страшной чумы как янтарная звезда.

‒ Я не понимаю, ‒ просипела она сквозь сжатое горло.

‒ Посыл, милая. Все дело в посыле, которое закладывает мастер при изготовлении ламмаана. ‒ Марисса произносила это слово на старый манер, певуче и немного в нос, словно именно так оно и звучало на мертвом языке. ‒ Какой посыл ты вложил в него, волчонок?

Видар даже не отреагировал на обидное прозвище. Нахмурив брови, он уставился в пол, усиленно вспоминая и бормоча себе под нос:

‒ О том, что боюсь потерять ее, хочу защитить… Чтобы она победила, чтобы была жива, невредима и… ‒ Он в шоке округлил глаза и выдохнул: ‒ …здорова. Я хотел, чтобы Лана была жива, невредима и здорова!

‒ Вот именно, волчонок. Вот именно. ‒ Марисса скрестила руки, явно довольная произведенным эффектом. ‒ Именно благодаря ему ты почувствовал, что Лана отдаляется от тебя, и отправился за ней, ты же не хотел ее терять. Да и в крепости ты ведь сначала нашел ламмаан, который вел тебя к себе, а уже потом к Мелании. И умереть от чумы как-то не очень сочетается с желанием быть живым и здоровым.

Лана почувствовала, как Видар повернул голову и смотрел на нее. Медленно переведя взгляд на своего оборотня, увидела на дне глаз надежду. Маленькую, хрупкую, словно трепещущий на ветру огонек свечи, но с каждой секундой все набирающую силу. Надежда, что теперь все будет хорошо.

‒ Не многие маги могут взять в руки и удержать чужой ламмаан. Тревис, как самый ближайший родственник, мог ненадолго взять твой и считать, что в него вложено. Поэтому и разыграл спектакль со звездой, зная, что у императора везде свои шпионы, и ему обязательно доложат о произошедшем. Хотя это было очень рискованно. Очень.

Марисса надолго замолчала, и по ее задумчивому и отрешенному взгляду казалось, что она по привычке рассчитывает ходы в случае неудачи ее затеи. Или точнее в случае их смерти.

Отмерев, она посмотрела на них отсутствующим взглядом. Моргнув пару раз, видимо вспомнила, где она и с кем, и продолжила:

‒ Если мне не верите, то поверьте времени. Вы тут уже больше трех недель сидите, уже четвертая пошла, и сами понимаете, после звезды вы бы столько не прожили.