Магисса в разводе

4.1

Пробраться в спальню мужа было проще простого. Он никогда не закрывал дверь на ключ, зная, что она не осмелится зайти в опочивальню в его отсутствие. Да и не принято это было.
Все разы, когда Агаты надлежало исполнить свой долг супруги и жены, муж посещал её опочивальню сам.
Но Агаты всё бывала в этой святая-святых, т.к. супруге надлежало ухаживать за хворающим мужем.
А хворал он изрядно часто. Беднягу Рональда донимали частые головные боли, особенно после разговоров с матушкой и тогда он становился особенно невыносим, капризен и требовал, чтобы она находилась с ним и делала ему массаж, или каждые пять минут меняла полотенце смоченное прохладной водой на его лбу.
Ведь сам он этого сделать был не в состоянии.
Всего пару минут Агате потребовалось, для того чтобы найти ключ и открыть сейф в стене за картиной.
И бесконечность, чтобы осознать тот факт, что Рональд спустил её приданное неизвестно куда.
Из всего многообразия украшений, что достались ей от матушки она нашла только три комплекта. Бирюза. Хрусталь. И жемчуг.
А где же родовые рубины? После смерти матери отец разделили их поровну между ней и сестрой. Ей как младшей – серьги и браслет, а сестра изящное тяжёлое колье, которое стоило баснословных денег. Последние годы рубины особенно ценились, после серии завалов в шахтах, где их добывали.
А ещё милая подвеска с александритом, бриллиантовые серьги, и целая шкатулка изделий попроще – лазурит, аметист, оникс и янтарь. Какой же был невероятный кулон из янтаря, с застывшей внутри тёплой коричневой смолы мушкой. Она так любила играть им в детстве.
И сейчас их нет на положенном месте. Агата перебрала все документы. Договора, расписки, чеки.
Но украшения, так и не появились. Зато её взгляд зацепился за договор займа, по которому Рональд заложил их общий дом. Тот дом, который завещал ей отец и она была его полноправной хозяйкой.
Этого не может быть. Мысли проносились в голове Агаты с невероятной скоростью. Она схватила все бумаги и свалила их на кровать. Вот тут копия завещания отца в котором он подробно указывал, что и кому отойдёт после его смерти.
Вот нотариальный документ о приобретении права собственности. И Закладная, по которой если Рональд не выплатит восемьсот тридцать тысяч таланов – дом перейдёт некоему герру Гриссли.
И судя по дате договора время для расчёта наступит через месяц.
О чём он только думал. Это баснословная сумма. Даже если продать всю недвижимость, которой они владеют не наберётся такой суммы. В лучшем случае половина.
Месячная зарплата горничной в хорошем доме была от пяти до десяти таланов. Да, что уж там говорить её лучшее платье, которое шили специально для королевского приёма обошлось в сто двенадцать таланов, а ведь вышивка там была золочёной нитью и лучшим жемчугом, который смогли найти в ювелирных лавках столицы.
Агата окончательно вышла из себя. Из-за чего просыпающийся дар вырвался из-под контроля и на кровать упали яркие искры. В этих местах появились неприятные подпалины. Но для огня их слава Богам было слишком мало.
И Агата смогла продолжить свои поиски. Чем дольше она изучала документы, тем сильнее её начинала бить нервная дрожь.
Здесь были копии документов в которых чёрным по-белому было указано, что она недееспособная. И не может нести ответственность за свою жизнь и здоровье. Справки, от мага-лекаря, мага-менталиста, мага-дознавателя и самое главное рецепт настоек, которые она принимала изо дня в день.
Точнее их два. Один с настоем шалфея, укрепляющим зельем и назначением принимать порошок из водорослей и скорлупы яйца, это то, что ей говорили слуги, когда приносили очередную порцию дважды в день – утром и вечером. А другой совсем не то, что она бы хотела увидеть – настойка болиголова, отвар белерианы и настойка пижмы, полыни и окопника.
Первое - медленно убивало её, второе делало тупой и покорной, Агата не смогла подобрать более мягкого слова. А третье вытравливало новую жизнь из её утробы, и даже если бы она каким-то чудом понесла, эта беременность просто не сохранилась бы.
Этот последний удар так глубоко потряс её, мечтавшую о детях с одиннадцатилетнего возраста. Что она не выдержала и горько разрыдалась не подумав о возможных последствиях. Разве человек может быть так жесток?
Ей выросшей в атмосфере любви и обожания, это казалось ужасным и невозможным. Ей отчаянно хотелось верить, что это неправда.
Но злой рок распорядился за неё.Дверь неспешно приоткрылась и Агата заметалась, в поисках укромного уголка, но так и застыла, как кролик перед удавом.
– Хозяйничаешь в моей комнате? – Рональд осознавая своё физическое превосходство перед слабой женщиной откровенно ухмылялся, – Давай. – он кивнул на разбросанные бумаги. – Недолго тебе осталось.