Мандаринка для Милы

***

Я навострила ушки. «Девчонкой» тут была только я. Другие даже на время не появлялись. Так о какой инициации идет речь?

В свободное время, которого у меня было катастрофически мало, я иногда почитывала книжечки в жанре фэнтэзи. И там обычно эта самая инициация упоминалась в связи с ведьмами или магами. Или артефактами какими-нибудь. Последнее я отмела сразу. Живой человек не может быть артефактом. А вот ведьма или маг… В квартире Алевтины я уже насмотрелась на такое количество чертовщины, которую раньше видела в лишь в фильмах и про которую читала в книгах, что теперь уже почти и не сомневалась, что эта самая чертовщина – самая что ни наесть реальность. А не выдумка фантастов с богатым воображением. Но применимо ли это ко мне?

Подняв голову, я скользнула задумчивым взглядом по самому роскошному мужчине в моей жизни. Страха перед ним у меня почему-то не было. И это при том, что «Ван Дама» Мамону прямо-таки корчило от ужаса под его взглядом. Интересно, кто он такой? Чисто выбритое лицо в обрамлении длинных темных волос, белоснежная рубашка с широкими рукавами, на груди то ли кружевное жабо, то ли пышный шейный платок, удлиненный, таких уже давно никто не носит, жилет с серебристым шитьем. При взгляде на этого красавчика возникало стойкое ощущение, что он сбежал со съемочной площадки исторического фильма. Но каким-то даже не шестым, десятым чутьем я ощущала – он не актер. И Мамона боится его не зря…

Почувствовав мой взгляд, шикарный образчик мужской красоты повернул голову в мою сторону и спокойно поинтересовался:

— Что-то не так, Мила? Вы с чем-то не согласны?

Глаза у него оказались темно-серыми, опушенными на диво густыми и длинными ресницами и притягательными как омут. Заглянув в эти внимательные глаза, я вдруг с растерянностью осознала, что пока я размышляла, эти двое о чем-то «беседовали» далее, а я все пропустила…

— Мила?.. — Его взгляд, казалось, проникал в самую душу и разливался там теплом. — С вами все в порядке?

В голове все окончательно смешалось, и я неуверенно промямлила:

— Да-а-а… Я просто… задумалась…

Взгляд незнакомца вдруг потеплел, уголок красивых чувственных губ дрогнул в улыбке:

— О чем, если не секрет?

— Да-а-а… — Я мямлила и ненавидела себя за это. Но что сказать не знала. — О… О-о-о… — Улыбочка незнакомца стала чуть шире, чуть более понимающей, мужской такой. И я разозлилась. И ляпнула первое, что в голову пришло: — Мандаринку хотите?

Серые глаза распахнулись в недоумении. А я застонала про себя: вот дура! Не могу даже нормально поговорить с понравившимся мужиком! Но правда была в том, что мне с детства внушали: приличная девушка должна быть скромной! Приличная девушка никогда не признается мужчине первой в своих чувствах! И я выросла скромной и приличной. И хотя уже давно не девушка в техническом смысле этого слова, но слова мамы и бабушки прочно засели в подкорке, не позволяя даже теперь сказать совершенно чужому мужику, что он мне нравится и я им любуюсь, как картиной.

— Мандаринку? — как-то ошеломленно переспросил незнакомец. — Это вы хотите за нее выкупить жизнь Мамоны?

Я отрицательно мотнула головой и вытащила плод из кармана:

— Нет, просто хочу угостить. Новый год все-таки… — Отбросив куртку на кровать, я принялась проворно чистить ароматный фрукт. — А по поводу Мамоны… Да простите вы его разок. В честь праздника. Ничего же ужасного не произошло. А чувство признательности и благодарности под час держит гораздо крепче цепей! — Очистив мандарин полностью, я протянула его сероглазке на раскрытой ладони: — Вот! С Новым годом вас! С новым счастьем!

Незнакомец замер. Как-то растерянно посмотрел на лежащий на моей ладони фрукт. Потом покосился на Мамону. Потом внимательно посмотрел на меня. И, словно решившись, протянул руку и коснулся кончиком пальца мандаринки на моей ладони:

— Да будет так! — Эти простые слова прозвучали слишком тождественно и веско. Будто незнакомец давал какую-то клятву. И от зеркала в том месте, где сквозь него проникал в наш мир, в спальню Алевтины его палец, будто круги во все стороны расходились. — Я принимаю твой Дар, Людмила! Мамона, за все, что натворил, должен выполнить одно твое желание. Это его кара. До тех пор, пока он не отдаст тебе долг за свою жизнь, он к тебе привязан. Нечистика Павсикакия можешь забирать с собой, я дозволяю ему перейти на вашу сторону и жить среди людей до тех пор, пока он полностью признает над собой твою власть!

Мандарин на моей ладони вдруг почернел и превратился в хлопья жирного пепла на моей дрожащей ладони. А потом и пепел истаял без следа. И только ароматные корки, которые я отложила на туалетку, напоминали о том, что только что было у меня на руке.

Совершенно ошеломленная, я подняла голову и встретилась взглядом с серыми, лучащимися смехом, глазами. В голове вертелся миллион и еще один важный вопрос. Но спросила я очевидную глупость:

— А вы кто?

Теперь смеялись не только серые глаза. Его губы тоже дрогнули в улыбке:

— Не знаешь? Это хорошо! Мы еще с тобой встретимся, и начнем наше знакомство сначала. Кстати, мальчишку забери! Он нарушает Равновесие. Советую юному ведьмаку начистить мягкое место так, чтоб пару дней сидеть нормально не смог, раз по-другому не понимает…

С этими словами сероглазка пропал. Просто растаял в клубящемся мареве словно кусочек сахара в горячем чае. А я ошеломленно плюхнулась на кровать и провела рукой по лбу, словно стирая все, что только что довелось пережить:

— Ну и дела-а-а-а… И куда это только что я вляпалась?