Мажор. Ты не узнаешь о сыне

Глава 1

Эмма Емельянова

Я смотрю на фотографию в своём телефоне. Каждый день открываю галерею, чтобы взглянуть на того, кто разбил мне сердце, и напомнить себе, что прошлое пора позабыть. Надо двигаться дальше. Но как же сложно сделать этот шаг, когда ежедневно видишь его маленькую копию.

– Мама! – тянет ко мне ручки двухлетний сынуля.

Откладываю мобильный в сторону и подхватываю своё чудо.

– Деда казаль, ти опасдиваесь! – ладошками обхватывает мои щёки.

– Уже бегу! – крепко прижимаю к себе Ромку.

Вместе с ним иду на кухню.

– Дедуль, я одела его и накормила, – улыбаюсь.

– Сам бы справился. Теперь ты опаздываешь на лекцию, – хмурится.

Когда сообщила маме о своей беременности, она сказала, что своё отнянчила, и бабушкой ей становится рано. Папа с ней согласился. Мне дали понять, что помогать не намерены. Руку помощи протянул дедушка. Только пришлось переехать в другой город и перевестись в новый университет.

Он помогал во всём и ночами, и днями. На нервной почве у меня пропало грудное молоко, и с первых дней малыш был на искусственном питании.

Дедуля вставал, разводил смесь правнуку, чтобы могла выспаться после смены. Кормил сам. Не бросила учёбу только благодаря ему и его поддержке. Уходя в универ не боялась, что малыш будет скучать. Он гулял с ним, а как Ромка заговорил, дедушка стал заниматься с ним.

И теперь в два года малыш говорит так, как многие и в четыре не говорят. Горшок не нужен, бегает в туалет, стульчик к унитазу приставляет, чтобы сесть. Развит не по годам.

Если бы не помощь отца матери, чтобы я дала сыну в одиночку? Сейчас работаю и обеспечиваю нас троих. Дедушка пенсию тратит на любимого внука. Как бы тяжело не было, мы есть друг у друга.

– Отдай мне его! Время! – кивает на часы.

Осталось этот год доучиться. И, наконец, окончу университет. Смогу больше работать и дать своему ребёнку лучшее будущее. Я очень молода, но упорная, а значит, не сдамся.

Да, признаюсь, порой мне хочется быть слабой, чтобы кто-то заботился обо мне. Но это непозволительная роскошь.

– Мамочка!

– Всё-всё, бегу! – хватаю сумку со стула.

Целую сына и дедушку.

– Хорошего дня, внученька! – улыбается он. – Нам тоже пора в садик.

– Спасибо! – иногда хочется расплакаться от переполняющей меня благодарности.

– Иди уже! А то и мы из-за тебя опоздаем.

Киваю и вылетаю в коридор. Бросаю короткий взгляд на своё отражение в зеркале. Я очень изменилась за три года. Повзрослела. В глазах больше нет наивности. Их заменила усталость. А внешний вид больше не воздушный и яркий, а скромный и простой. Я забыла, что такое покупать что-то для себя. Изредка это делаю. Важнее для меня мой сынуля. У него должно быть всё необходимое.

Никаких дорогих духов. Маникюр и педикюр делаю сама, выбирая нюдовые цвета. Зато чисто и аккуратно. Простота теперь мой спутник. Хотя раньше была модницей. Но я чётко расставила приоритеты. Моя маленькая семья важнее, чем классные шмотки и дорогая косметика.

Я выбегаю из подъезда и спешу на остановку, как раз подъезжает мой автобус. Залетаю в него и устраиваюсь у окна. Ехать недолго.

У входа в универ меня встречает подруга. У Людки горят глаза. Кого-то высматривает.

– Ты чего? – автоматически повторяю за ней и осматриваю студентов.

– У нас новенький, – выдыхает она, – такой красавчик!

– У нас?

– Да, наш однокурсник. Приехал из-за границы. Сдал все экзамены на отлично.

– Странный, не мог за границей окончить учёбу?

– Он – мажор, но имеющий собственный бизнес. Не папенькин и маменькин сынок. И бизнес у него здесь. Сеть молодёжных кафе.

– То-то твои глазки так блестят! – качаю головой.

– Увидишь его и сама поймёшь.

– Мне без разницы, да хоть принц.

– Тебе бы не помешало завести парня, ледышка моя! Сколько собираешься быть одна?

– В планах умереть старой девой, – хмыкаю.

– Эмма, ща стукну тебя!

Людке не понять. У неё любящие родители, которые в ней души не чаят. Никогда ни в чём не нуждалась. Не знает, что такое работа.

Звенит звонок.

– Бежим! – она хватает меня за руку.

Взлетаем по ступенькам. Прибегаем вовремя, лектора ещё нет. Улыбаемся, тяжело дыша. Довольны, что опередили его.

Но моя улыбка сходит с лица, а сердце каменеет, тяжелея в груди. Звуки стихают. Время будто останавливается. Люда что-то говорит, но я не слышу. Лишь смотрю на него, на того, от кого родила сына.

Эти серые глаза не забыть!

Боль пронзает всё тело. А он не сводит с меня своего проникновенного взгляда.

Так и стою. Не могу пошевелиться.

Тим возмужал. Годы сделали его ещё привлекательнее. Явно занимался собой. Усовершенствовал тело. Черты лица, которые запомнила, сейчас выглядят иначе. Передо мной не парень, а молодой мужчина. Узнаваем, но совсем другой.

– Эмма! – голос преподавателя приводит в чувство.

– Извините! – спешу на своё место.

Макаров тоже собирается сесть, проходит всего в нескольких сантиметрах от меня. Чувствую движение воздуха на своём лице. Сердце делает выпад, срывается и мчится настолько быстро, что дышать не могу.

Нос атакует знакомый аромат. Незабываемый и по-прежнему такой же манящий. Задерживаю дыхание, чтобы больше не чувствовать его. Только это не помогает, потому что моё обоняние сохранило запах в памяти.

Мы были друзьями. Я его сильно любила, а он любил другую. На большее и не надеялась до той ночи, которую провели вдвоём. Она изменила всё. Моя жизнь перевернулась с ног на голову, а он перестал со мной общаться. Потом и вовсе уехал. Я же не успела сообщить о беременности.

В своих мыслях не замечаю, как пролетает лекция. Беру рюкзак, собираясь выйти из аудитории, но горячие пальцы обхватывают моё запястье и резко останавливают.

– Будем делать вид, что незнакомы? – его голос отдаётся мурашками по всему телу.