Медвежий капкан для доктора-попаданки

Глава 15. Разговор не по душам

Глава 15. Разговор не по душам

Савва

Помещик всё же не взял с собой дочь. Но ничего, у меня есть запасной план, о котором я не стал говорить Татьяне, чтобы она не выдала себя ненароком.

Гостья побледнела, услышав ответ Трухина, и посмотрела на меня, ища взглядом поддержку. В этот момент вошла ключница.

— Барин, подать ещё чаю? — задала она вопрос, который должна была.

— Нет, Марья Никитична. Иннокентий Мокеевич не задержится, — ответил я фразой, означающей, что Егору нужно действовать, а нам немного потянуть время.

— Поняла, ваше степенство, — кивнула она и тут же покинула столовую.

Гнетущая тишина повисла в воздухе.

— Даже ничем не угостите, Савва Тимофеевич? — Трухин вальяжно сбросил шубу на пуф у стены, уверенно прошагал к столу и сел напротив супруги.

— Охотно угощу вас по-соседки, — ухмыльнулся я, заметив, как недоумённо смотрит на меня Татьяна. Конечно, об этой части запасного плана мы не говорили.

Я подошёл к буфету, достал графин и пару стопок. Хорошо Марья Никитична не успела убрать нарезанный сыр и колбасу. Поставив на стол угощение для гостя, я разлил содержимое графина по стопкам.

— Вот это совсем другое дело, — потёр ладони помещик, желая скорее опохмелиться. Я заметил, как подрагивали его пальцы. Кажется, купчиха спаивает любовника.

— Будьте здоровы, — он поднял стопку, чокнувшись со мной, и залпом опрокинул в себя горькую, закусив кусочком колбасы. Я сделал вид, что пригубил, и отставил стопку в сторону.

— Мой управляющий хвалит ваш лес. Говорит, хорошие избы будут, — нашёл я тему для нейтрального разговора, сказав истинную правду.

— А то, самый лучший в округе, — гость, нисколько не стесняясь, налил себе вторую порцию «лекарства». — Хороша беленькая. Сразу видно, из Москвы привезённая. За милых дам.

Помещик подмигнул Татьяне и опустошил стопку одним залпом. Закусив сыром, довольно выдохнул.

— Если надобно ещё леса, только скажите, Савва Тимофеевич, — расплылся он в довольной улыбке. Видно, полегчало ему, расслабился сразу.

— Иннокентий Мокеевич, зря вы дочь не привезли, — спокойно произнёс я, уже действуя по плану.

— Пущай дома сидит, — махнул рукой Трухин и посмотрел на супругу. — Хватит гостить, душа моя. Иди вещи собирай, да поживее.

— И не подумаю, — твёрдо заявила Татьяна, глядя в упор на помещика. — Я с вами никуда не поеду.

— Как это не поедешь?! — брови “мужа” поползли на лоб. — Тебе явно лучше, румяная да похорошевшая.

— Я подала на вас в суд за то, что вы чуть не убили меня в порыве ревности, — Татьяна даже не дрогнула под гневным взглядом Трухина.

— Что за бред ты несёшь? Какой ещё суд? Белены объелась, что ль? — глаза помещика стали ещё больше, а по шее пошли красные пятна. — Да я тебя пальцем не тронул. Не надо шастать ночью где попало.

— Эти сказки вы будете рассказывать судье, а я не намерена больше терпеть скотское отношение к себе, — продолжала она, чеканя каждое слово. — Хватит. Я требую развода и буду бороться за то, чтобы дочь осталась со мной.

— Татьяна, какая муха тебя укусила? — процедил сквозь зубы помещик, сжав кулаки, и покосился на меня. — Савва Тимофеевич, растолкуйте, что происходит?

— По-моему, всё ясно: Татьяна Ивановна не желает быть вашей супругой. Скоро вас письменно известят о том, когда начнутся первые слушания, — говорил я спокойно и уверенно, готовый дать отпор в любой момент. — Врач, которого я вызвал к полуживой Татьяне, зафиксировал побои, как свежие, так и давнишние. К тому же кузнец подтвердил, что лично отвёз барыню после посещения больного ребёнка и видел, как она перешагнула порог дома.

— Всё продумали, как я погляжу. Спелись, голубчики. Так и знал, что между вами что-то есть, — пробасил помещик, медленно поднимаясь из-за стола. — Не ожидал от вас, Савва Тимофеевич, подобного предательства. Соблазнили мою жену, да? Прикидывались добреньким, а сами решили меня семьи лишить!

— Какая семья? О чём вы? — не выдержала Татьяна, резко встав и чуть не уронив стул. Я тоже подскочил, оказавшись рядом. — У вас есть любовница, которая родила вам сына. Вы у неё сегодня ночевали. Ведь так?

— Раньше тебя это не волновало. Неужели ревнуешь, душа моя? — прищурился Трухин и шагнул к жене.

— Ни капли. Просто не желаю больше терпеть этого, — стиснула зубы Татьяна, отступая. — И дочку я заберу, чего бы мне этого ни стоило.

— Даже не мечтай, паршивка, — прошипел помещик, покачав головой. — Настя останется со мной. Негоже ребёнку жить с падшей матерью. Суд не отдаст тебе дочь.

Трухин едва держал себя в руках. Я заметил, как побелели костяшки его пальцев, сжатых в кулак. Если бы не моё присутствие, он бы уже начал учить жену послушанию с помощью силы.

— Не будьте таким самоуверенным, Иннокентий Мокеевич, — я видел, что помещик на грани и вот-вот потеряет контроль. — У меня есть деньги и связи. Вы проиграете суд.

— Я тоже не лыком шит, — он скривил гримасу. — Лучше не лезьте в нашу семью, господин Холодов. Возвращайтесь в Москву. Так уж и быть, я прощу супруге интрижку с вами, сам не святой. Бывает.