Мертвые роботы

Двадцать первая глава.

Бандиты особо не церемонились со своими пленниками и гнали их прямо по грязи, не давая обходить стороной труднопроходимые участки. Пленников окружали шестеро человек. Несмотря на их откровенно затрапезный вид, они держались уверенно и спокойно, совсем не боясь шакалов, многоножек или представителей других вооруженных группировок, обосновавшихся в Пустоши.

Бандиты сплошь скрывали свои лица под грязными платками, что показалось Алексу не слишком полезным относительно гигиены, но, казалось, что их это совсем не волнует. Каждый сжимал в своих руках оружие, аналогов которому Алекс даже не смог вспомнить. Вероятно, огнестрельное вооружение было собрано прямо здесь каким-то умельцем. Сначала он вообще сомневался, что оружие все еще пригодно для стрельбы, но вскоре сам убедился, что оно вполне функционально, когда один из бандитов пальнул в кого-то, отгоняя животное от отряда.

Учитель брел, склонив голову. Алексу отчаянно было жаль бедолагу, он уже достаточно стар для длительных переходов, а тут приходится постоянно топать то в одну, то в другую сторону.

Мусорные холмы продолжали вставать на их пути словно исполинские горы, но теперь мусор едва можно было различить. Ветер нанес земли и на холмах обосновались растения. Молодые ростки пробивались сквозь пепельно-серую пожухлую прошлогоднюю траву, чахлые деревца наливались силой, распуская первые листочки. Наверняка, даже Пустошь весной выглядела не так печально, какой предстала перед изгнанниками в первый день знакомства.

Многие вещи, которые Алекс встретил в Пустоши, оказались для него настоящей загадкой. Если говорить о целых горах разбитых унитазов или высившихся Эверестом пластиковых труб, то даже в современном мегаполисе этого добра хватало, но некоторые вещи он увидел впервые. К сожалению, сейчас ему не у кого было спросить об их назначении до отправки на свалку, поэтому он завороженно всматривался в невиданные машины и механизмы.

– Лучше под ноги смотри, – пробурчал один из охранников, когда Алекс зацепился за что-то ногой и чуть не упал лицом в грязь.

Ведь все эти ребята, наверняка, тоже когда-то жили за стенами мегаполиса и оказались по эту сторону не по своей воле, так что винить их в таком обращении как минимум глупо. Они также испуганно взирали на мусорные кучи, дрались за пищевые отходы и вступали в схватку с дикими животными из леса на границе Пустоши.

Когда пленникам стало казаться, что они уже никуда сегодня не придут, перед ними показалось довольно странное строение, похожее на настоящую стену, целый укрепленный форт. Высокие стены, сделанные из ржавого листового железа, достигали высотой до трех метров. Кое-где размещались вышки, сваренные из арматуры, а на этих вышках несли дозор люди с оружием в руках. Да, в такое место так просто не пробраться, не говоря уже о том, что выбраться из него будет куда сложнее.

– Свои! – Главарь их отряда помахал рукой и ворота стали медленно со скрипом расходится в разные стороны. Сквозь щель перед пленниками открылся настоящий маленький город с жителями, которые выбрали остаться здесь и больше не жить по правилам системы. Крохотные жилища за стенами ютились так близко словно трущобы, которых не мало навидался не только Алекс. Из каждой двери такого домика на пленников смотрели удивленные люди – женщины, старики, чумазые ребятишки. Мужчины были заняты другими делами, они охраняли периметр, работали в мастерских и несли дозор за стенами крепости.

– Это же настоящий город в Пустоши! – Алекс не понимал, чему так радуется старик, напомнив ему, что они до сих пор остаются в качестве рабов, а не полноценных граждан этого поселения.

– Вы только подумайте! Эти люди выжили за стенами мегаполиса всему вопреки! – Разглагольствовал учитель, взирая на нищенские строения словно это были роскошные башни из чистого золота, хотя здесь царила точно такая же разруха, как и в трущобах мегаполиса.

– Не пойму, что вас так вдохновило, – Алекс поморщился, когда за его спиной сомкнулись стены крепости, – Скорей всего нас заставят делать самую грязную и тяжелую работу.

– Я не боюсь работы, – отвечал старик, – по мне уж лучше работать, чем без толку таскаться по Свалке.

В этом утверждении было здравое зерно. Наверняка, даже рабов здесь вполне сносно кормили, иначе никто не смог бы выполнять самую мало-мальски неприятную работу.

Между тем их сопроводили к одной из лачуг в центре поселения и оставили ждать перед ее дверью, усадив прямо на землю. К счастью, ждать пришлось недолго. В дверях появился крепкий мужчина с лысым черепом, его мускулистые руки и сильный торс лишний раз доказывали пленникам, что даже в Пустоши можно вполне неплохо питаться. Сразу стало ясно, что именно этот мужчина за главного.

– Кто такие? – Без каких-либо предисловий начал допрос незнакомец.

– А ты сам-то кто такой? – Алекс остался сидеть на земле, вытянув ноги. Если бы за эту дерзость кто-нибудь посмел ударил его, то он, наверняка, ввязался бы в драку, хотя раньше ни за что бы не осмелился поднять руку на ближнего.

– Я главный в этом месте и тебе достаточно этой информации на данный момент, – мужчина не показал своим видом, что разгневан, – если я посчитаю, что вы двое для меня бесполезный хлам, то без зазрения совести пущу вас на консервы. Ну, а если вы хоть что-нибудь умеете, то сможете остаться в качестве рабов.

– Что-то меня не устраивает такой расклад, – ухмыльнулся Алекс, – рабами мы уже были, не очень хочется примерять на себя эту рубаху второй раз.

– Ты достаточно развит физически, тебя можно отправить на укрепление стен, – вслух размышлял мужчина, – а что умеет этот старик?

– Он учитель истории, – ответил за товарища Алекс, – и если ты решишь, что он бесполезен, то тебе придется отправить на консервы нас обоих, но прежде я сломаю руку кому-нибудь из твоих людей, прежде чем он меня пристрелит.

– Какой ты храбрый! – Мужчина задорно рассмеялся, смутив пленников. – Что касается учителя истории, то мне пригодится человек для обучения детей в поселении, хотя ему придется, так сказать, пройти профессиональную переподготовку, потому как наша история несколько отличается от общепринятой. Ну, а такого «делового» парня как ты, мы сумеем пристроить для полезного дела.