Мертвые роботы

Пятьдесят четвертая глава.

Путешественники отправились в путь едва рассвело. Измотанные бессонной ночью, они передвигались как привидения. Рим вызвался идти первым, постоянно поглядывая себе под ноги, чтобы не наступить на очередного хищного червяка, с одним из которых им пришлось неожиданно столкнуться прошедшей ночью, но ничего подобного в опасной близости не встретил, сделав вывод, что тварь выбирается из своей норы только по ночам.

Жани немного отстала от ведущего, ей тяжело было переставлять больную ногу и высоко поднимать ее, когда приходилось перешагивать через корни деревьев, встречавшихся на пути. Вскоре они набрели на довольно внушительную просеку, вероятно некогда вырубленную людьми, но сейчас заросшую редкими одинокими деревцами.

– Похоже, что много лет назад здесь была настоящая дорога, – предположила девушка, радуясь, что больше не придется брести по труднопроходимому лесу.

– Судя по навигатору она уходит немного в другую сторону нежели нужно нам, но мы вполне можем пройти часть пути по этой дороге. Думаю, тебе будет проще идти этим путем, нежели через чащу.

– Учти, что здесь мы видны местному зверью гораздо лучше, – предупредила его Жани, – нужно оставаться начеку.

До полудня они передвигались по этой старой дороге, если их предположения оказались верны, но вскоре и эта просека превратилась в довольно густой лес. Видимо, природа быстро брала свое, засевая семенами относительно открытые участки местности.

– А ты знаешь, что это за деревья? – Рим потрогал шершавый ствол.

– В Пустоши деревья редкость, – ответила девушка, – я видела пару сосен с иголками, несколько других деревьев с листьями, названий которых не знаю, но таких гигантов как здесь, не видела никогда в жизни.

– Странно, что в школах мегаполиса не слишком много внимания уделяют флоре и фауне мира, оставляя больше времени для изучения порядка и законов города.

– Никто особо и не хочет покидать мегаполис по своей воле, – высказала свои размышления Жани, – никогда не видела, чтобы из ворот города выходили пешие люди или научные экспедиции. Возможно, они изучают внешний мир с воздуха.

– Он слишком опасен для горожан, – напомнил ей Рим, – обычный житель мегаполиса не протянет здесь и пары дней.

– Слишком много вопросов, на которые нет ни одного внятного ответа, – проговорила Жани, радуясь, что во время этого разговора она немного отвлеклась от боли в раненой ноге.

Они сделали небольшой привал, где Рим сменил девушке повязку, отметив, что рана заживает и вскоре ей станет намного легче.

– У тебя сильный организм, – приободрил ее Рим, – он быстро справится и все обязательно заживет.

Он улыбнулся, и она улыбнулась ему в ответ.

– Знаешь, – продолжил разговор Рим, когда они снова тронулись в путь, – мне почему-то казалось, что за пределами Пустоши обитают жуткие чудовища, которые только и хотят, что полакомится человечиной, а на поверку оказалось, что мы просто гуляем по лесу, дышим свежим воздухом и в этом нет ничего страшного.

– Не буди лихо, – Жани оказалась суеверной, не разделяя мнение мужчины, считая, что пока что им просто повезло не столкнуться с действительно опасным противником.

Через пару часов они оказались на большом поле, буквально усеянном самой разнообразной военной техникой, которая совсем не встречалась на просторах Пустоши. Железные машины со стволами, устремленными в небо, нашли себе здесь последний приют. Они выглядели настолько старыми, что путникам не удалось даже примерно определить сколько лет они здесь находятся.

– Кажется когда-то здесь разыгралась нешуточная битва, – Рим наступил на что-то твёрдое, что мгновенно развалилось под его ногой. Он нагнулся, расчистил землю руками и извлек на свет человеческий череп, который тотчас выронил из рук, сильно испугавшись.

– Это человеческая голова! – Завопил он от ужаса.

– Это череп, – поправила его Жани, – и человеческих останков тут не счесть.

Только теперь они оба увидели, что повсюду из земли торчат человеческие кости. Одежда на телах давно истлела, мягкие ткани сожрали насекомые и звери, а кости остались лежать на этом поле как памятник смерти.

– Настоящее кладбище, – ахнул Рим, ужасаясь количеству погибших в этом месте.

– Вероятно, это случилось задолго до того, как воюющие стороны решили применять боевых роботов и дронов, – предположила Жани.

– Эти машины? Как думаешь, их еще можно починить?

– Они покоятся здесь не одно десятилетие, – сделала вывод Жани, – сомневаюсь, что они вообще когда-нибудь сдвинутся с места.

– Давай убираться отсюда, мне как-то не по себе среди такого количества скелетов, – Рима передёрнуло от страха.

– Не хочу расстраивать тебя раньше времени, но дальше могут встретиться картины и похуже.

– Странно, что никто не похоронил павших после окончания конфликта.

– Если таких мест слишком много, то это просто невозможно. Нужны огромные ресурсы.

Рим пошел дальше, стараясь не наступать на многочисленные человеческие останки, но это удавалось с трудом – поле оказалось буквально усеяно ими. Жани не была столь щепетильна и брела напролом, понимая, что это уже не святотатство. Они добрались до конца поля битва и снова углубились в лес, доверившись навигатору. Расстояние между ними и их целью неуклонно сокращалось, но чем дальше они шли, тем больше вопросов у них возникало.

Что же произошло много лет назад? Кто выступал стороной-агрессором? В чем вообще была истинная причина конфликта и почему власти мегаполиса скрывают правду от своих жителей?

Дальше на их пути встречалось все больше разбитой военной техники – танки, самолеты, гаубицы. Они даже наткнулись на огромный дирижабль, застрявший в вершине огромного дерева.

– Что бы не случилось в далеком прошлом, – подумала вслух Жани, – это навсегда изменило наш мир, может поэтому власти и не желают раскрывать всю правду.

– В любом случае я ее узнаю, – решительно заявил Рим.

Теперь высокие кусты преграждали дорогу и Риму пришлось воспользоваться тесаком, изъятым у одного из поверженных каннибалов, который вовсе не был таковым. Он прокладывал себе путь, разрубая ветви и так устал, что вынужден был делать частые перерывы, чувствуя, как быстро силы его покидают. Жани вызвалась помочь ему, но он отстранил ее в сторону, давая понять, что этим будет заниматься только он.