Между тьмой и пламенем. Часть 1

Глава 14

Ассаэр, неподвижно стоя в беспощадно холодящих горячую кожу доспехах под яркими лучами осеннего солнца, поежился. Он жил здесь уже не первый год, но так и не привык к тому, что ближе к октябрю воздух на рассвете становится таким промозглым.

Демон был напряжен и с трудом скрывал это. Время на построении тянулось медленно, до ужаса хотелось стиснуть кулаки, схватить командора за грудки и с рычанием потребовать заканчивать этот цирк.

После ночного вызова миледи он ждал лишь одного вопроса. И наконец дождался.

- Кто из капитанов готов на сей раз взять на себя ответственность за несение караула в замке верховного князя?

Наконец-то…

Ассаэр без колебаний сделал шаг вперед, выходя из строя, затем опустился на одно колено (когда-то местные порядки претили тому, кому кланялись знатнейшие демоны Севера, но теперь почти не вызывали отчуждения), поприветстовал командора – и без проволочек получил столь желанное назначение.

Теперь он окажется в самом центре событий замка… какими бы они ни были.

И наконец уберется подальше от бесценных сородичей. Временный лагерь демонов был разбит слишком близко к четвертому форту, и Ассаэру было здесь до крайности некомфортно. Он был только рад возможности вернуться в столицу.

В полдень он уже, как ни в чем не бывало, вышел в караул в княжеском замке - вместе с четырьмя элитными воинами из четвертого форта.

***

Беды ничто не предвещало. Утреннее совещание прошло без сучка, без задоринки, отец ни одним словом, ни единым действием ни выразил неодобрения, задавал общие вопросы о ситуации в замке и реорганизации обороны, говорил ровно и сдержанно. Пусть и не похвалил – но зато и не ругался.
Поэтому вечерний вызов в его личный кабинет стал для леди-наследницы сюрпризом – и весьма неприятным.

- Инерис, как твой отец и господин я принял серьезное решение и надеюсь, что ты для разнообразия удержишься от проявления своего вздорного характера.

Это начало вышло настолько зловещим, что Инерис, охваченная до крайности плохим предчувствием, даже не нашлась, что ответить. Она молча ждала продолжения, глядя на отца.

- Я не желаю более подвергать тебя риску, - тоном, который исключал даже возможность возразить, заявил князь. – Речь идет о твоей последней выходке, собственно, и вынудившей меня принять это решение. Хорошо, что твое безрассудство увенчалось успехом. Но это южане! Тебя ведь могли убить! Ты понимаешь, как рисковала? Понимаешь, насколько тебе повезло? О чем ты вообще думала, выходя навстречу к великому лорду?!

Что? Отец все-таки сердится? Из-за того, что она решилась встретиться с Натором? Не то чтобы это было совсем уж непредсказуемо… Но почему он завел этот разговор здесь и сейчас? Раньше ему ничто не мешало распекать ее при советниках…

Даже это почему-то показалось ей дурным знаком. Что-то подсказывало: советники бы наверняка отступили от своих правил и вступились за нее… Но такого шанса им не представится.

- Я думала прежде всего о том, что демоны опасны для наших людей и с ними необходимо как можно быстрее договориться, отец мой и господин! Как и о том, что, если со мной что-то случится, у вас еще двое наследников. И о том, что при мне отравленный кинжал и браслет с парализующим эликсиром. Не говоря уже об эскорте из наших лучших воинов! Что я сделала не так, отец? Я же не могла проигнорировать этот вызов, вдруг демоны, обозлившись, отправились бы громить наши города и деревни?.. И вы сами перед отъездом сказали, что готовы выслушать их предложения… Я лишь взяла пример с вас!

Жалкое бормотание, которое, разумеется, не могло произвести впечатление на сурового правителя…

Князь с силой потер виски и снова нахмурился. А затем посмотрел на нее – тяжелым, жестким взглядом, в котором не было ни капли тепла.

- Снова перечишь! Тебе надлежало смиренно выслушать мои замечания и заверить меня в том, что больше мне не придется прибегать к подобным увещеваниям… - Взгляд серых глаз заледенел. - Мне надоели твое безрассудство и своеволие, - жестко произнес правитель. – До конца кризиса я желаю, чтобы ты оставалась в обители, построенной твоей матерью для почитающих Фотию. Смирение и монашеская жизнь пойдут тебе на пользу и, возможно, впредь ты будешь своевременно вспоминать о том, что даже у полномочий моей преемницы есть свои границы!

Инерис пошатнулась, оглушенная этой новостью, неверяще уставилась на отца, но тот был совершенно серьезен и мрачно взирал на нее.

- Благодатную?! Но это же… несколько дней пути… К скалам на границе с Йерихо! Там ведь тоже может быть опасно…

- Тебя сопроводят наши лучшие воины, - с сарказмом произнес князь, вернув ей ее собственные слова. – На сей раз я лично подобрал эскорт, чтобы не было никаких сюрпризов. А заодно они проследят, чтобы ты по дороге не ввязалась в очередную авантюру и не подвергла свою жизнь опасности. Я гляжу, запирать тебя в покоях уже бессмысленно… возможно, этот урок ты усвоишь лучше. Когда все устаканится, я пошлю за тобой.

Инерис похолодела. Отсылать ее… вот так…

- Но… чем я вызвала ваш гнев, отец?! Вы ведь тоже заключили соглашение с демонами! Вам не по нраву условия, которые я предложила делегату южан? Но лорд Натор Ад’Сехти дал мне все гарантии… я предоставила все документы лорду Рагору – или вам их не передали?

- Передали, - кивнул князь, и не собираясь смягчаться. - Но ты должна была не отправляться на эту встречу, чтобы договориться с демонами, а вежливым письмом объяснить великому лорду ситуацию и сразу послать ко мне гонца! Отправить послание через местного мага. Ментальное сообщение, в конце концов! Почему о твоем самоуправстве я узнал лишь по факту?! Пока еще я правитель Нариме, Инерис, а не ты, и я хочу, чтобы ты об этом наконец вспомнила - поразмыслив о своем поведении в тишине и одиночестве!

Его не получится переубедить или разжалобить, вдруг с ужасом поняла Инерис. Перед ней словно стоял совершенно чужой человек. Он действительно принял решение – и приложит все силы к его исполнению, не как отец, а как правитель… И не собирается к ней прислушиваться – да что там, к ней! Вряд ли он готов прислушаться к кому бы то ни было! Ее, наследницу, преемницу, чьи действия одобрили и военные, и советники, попросту выбрасывают вон, как глупую женщину, которая слишком много на себя взяла…