Милый дом и все, кто в нём

Глава 15

Адель вернулась в поместье поздно вечером. Она бродила по городу и пыталась сопоставить все имеющиеся факты между собой, регулярно ругая себя, что она все еще недостаточно собрала улик.

Девушка первым делом решает проверить комнату Альберта и Изабель на случай, если он вернулся. Поднявшись на второй этаж и пройдя по длинному коридору, она постучалась в дверь. К счастью, несколько секунд спустя показался Альберт. Адель решает не допрашивать его, где он был и какую тайну скрывает, иначе ход событий может еще больше запутать дело.

– Добрый вечер! Я искала вас сегодня утром, но так и не смогла найти. Изабель сказала, что вы были на работе.

– Приветствую вас. Да, а где же мне еще быть? – ответил Альберт с лёгкой усмешкой.

– Мы можем поговорить? – её голос звучал настойчиво, как призыв к действию.

– Конечно, проходите, – сказал он и жестом пригласил её в светлую комнату.

Адель вошла в комнату, полную света и свежего воздуха. На выкрашенных в темно‑коричневый цвет стенах висели различные вырезки из журналов и газет. Посреди стояла двуспальная кровать, заправленная шелковым зеленым постельным бельем. Поодаль от кровати расположился личный бар, гордо выставляющий свою впечатляющую коллекцию шотландского скотча и великолепных французских вин. Не каждая семья может похвастаться такой утончённой коллекцией.

– Я вас внимательно слушаю.

– Могу я узнать, почему Стефан решил сделать вас заместителем?

– В свое время, мадам, я проявил свои лучшие качества работоспособности. Он увидел во мне потенциал. Я из кожи вон лез заполучить достойную жизнь, – его глаза сверкнули, отражая гордость за свои достижения.

– А какая у вас была жизнь?

– Я вырос в бедной семье. Отец – рыбак, мать – швея. Мы едва сводили концы с концами. Еды и продовольствий недоставало и лет с семи я тоже пошел зарабатывать, – его голос стал задумчивым, – Выходил на улицу, шел в места скопления богачей и начищал им ботинки гуталином. Они давали мне мелочь, и я покупал себе различные дешевые сладости. Повзрослев, я отправился на стройку, таскал кирпичи, замешивал цемент… и как‑то раз мой друг предложил мне поработать у Стефана на производстве. Нужно было валить лес, очищать дерево от суков и грузить в машины. Это был адский труд. Я стирал руки до крови, но жалование было достаточно высоким. Мы, наконец, смогли позволить себе питаться птицей пару раз в неделю и иногда вкусным печеньем.

– Несладко вам пришлось, – с сочувствием произнесла Адель.

– Да, жизнь жестока, – согласился Альберт, его голос звучал мрачно.

– Вы доказали, что мы сами торцы своей судьбы.

– Но каким трудом… – он вздохнул, – Если бы я мог выбирать, я бы хотел родиться в положении Нормана. У него все было с детства. Ему не нужно было думать о том, как заработать на кусок хлеба и не сдохнуть от голода.

– Вы ему завидуете?

– Ни в коем случае, – ответил он с лёгкой иронией.

– Но почему упомянули именно его?

– Норман – дурак. Он до сих пор не понимает, какие у него возможности. Будь он чуточку умнее, он бы мог сколотить состояние еще больше, чем Стефан.

– Но тогда бы вы не оказались там, где сейчас.

– Верно.

– И что случилось дальше? Как Стефан заметил именно вас среди всех рабочих?

– Он часто делал обход цехов и леса и смотрел, как трудятся его подчиненные. Я был из тех, кого люди слушали. Спустя какое‑то время я стал своего рода неофициальным бригадиром. Он увидел, как я давал работягам наставления. Я создал систему, при котором за один рабочий день мы перевыполняли план очистки стволов. Стефану не могло это не понравиться, ведь мы выполняли больше работы за те же деньги, и он позвал меня в свой кабинет. Спросил, как у меня так получилось, а я сказал, что, подключив ум и правильно составив алгоритм работы, я разработал собственную программу. И она успешно работала.

– Как именно выглядела ваша программа?

– Я рассчитал правильный угол падения дерева, чтобы оно валилось в нужном направлении и поменял местами работу сруба сучков, – подробно объяснял он, – От прикорневых и постепенно выше. Так гораздо продуктивнее.

– Полагаю, что у вас врожденный математический склад ума.

– Наверное, – согласился он, его лицо стало лёгким и задумчивым.

– Вы как‑то упомянули о том, что вас не интересовало качество, вы хотели ориентироваться на больший заработок, а Стефан был против. У вас из‑за этого случались крупные конфликты?

– Крупных никогда.

– И Стефан по‑прежнему вам доверял?

– Вполне, – подтвердил он, скрестив руки на груди.

Альберт подошёл к бару и пристально начал изучать напитки, словно искал вдохновение среди бутылок.

– У вас отличная коллекция алкоголя, – похвалила Адель с искренним интересом.

– Спасибо, я долго её собирал, – ответил он с лёгкой гордостью.

– Судя по тому, какие напитки у вас представлены, то можно сказать, вы настоящий ценитель.

Альберт рассмеялся.

– На самом деле я не пью. Я просто коллекционирую редкие виды алкоголя., – признался он, – Лимитированные версии и все такое.

– Это ваше хобби?

– Можно и так сказать, – кивнул он, – Норман как‑то просил у меня пару бутылок, но я отказал. Он хоть и пьет дорогие напитки, но совсем не ценит всю вкусовую палитру и эстетику… А что насчет вас? Какой вы алкоголь предпочитаете?

– Я тоже не пью. Это способствует отмиранию клеток мозга, что в моей работе недопустимо, – пояснила Адель.

– И в моей тоже, – согласился Альберт, понимая глубину её слов.

Девушка, поблагодарив Альберта за беседу, вышла и отправилась в свою комнату. Достав из сумочки кусочек горького шоколада и уже остывший кофе, она села на кровать и обдумывала прошедший так быстро день. Достав свой дневник, она записала последние мысли и почувствовала, как ее глаза начали потихоньку закрываться. Адель укуталась в теплое одеяло и через минуту уже видела сны.