Милый дом и все, кто в нём

Глава 29

Все члены семьи с любопытством уставились на Агату. Она сидела, словно непоколебимая статуя, с гордо поднятой головой, почти заканчивая свою тонкую, изящную сигарету. В тусклом свете лампы её лицо освещалось мягким золотистым светом, подчеркивая выразительные черты и загадочную улыбку. Вокруг неё витал легкий аромат табака, создавая антураж таинственности и напряжения.

– Это не так! У вас нет доказательств! Только предположения!

– Я спешу вас расстроить, но это не так и сейчас я вам дальше все расскажу.

– Я так и знала, что это ты! С самого первого дня ты принесла горе в нашу семью! Как ты посмела?! – кричала во все горло на нее Екатерина, стиснув зубы.

– Я думала, что это нездоровые предрассудки мамы, но теперь понимаю, что она оказалась права! Как ты посмела убить моего любимого дядю? – Изабель встала с дивана и агрессивно направилась в сторону Агаты.

– Не трогай её, Белла, она себе уже подписала смертный приговор, – защитил Изабель Норман и впервые обнял сестру за долгое время.

– Норман, как она могла? Объясни… – плакала Изабель на его груди.

– Я бы задушил ее собственными руками за дядю, но ее накажет суд. Прости меня, Бель, за мое поведение. Мы должны были держаться вместе, – произнес Норман и Изабель заплакала еще сильнее.

– А ты меня. Мы должны оставаться братом и сестрой.

Адель дождалась, когда напряженная атмосфера в комнате достигнет своего предела, и семья Д’Марсо, охваченная тревожными мыслями, осознает присутствие коварного предателя среди них. Она с легким трепетом в голосе продолжила свой рассказ, наполняя его яркими деталями и эмоциональными оттенками, чтобы каждый из них почувствовал тяжесть раскрываемой тайны. Словно тень, она обрисовала мрачные события, которые привели к этому моменту, заставляя сердца слушателей биться быстрее от страха и волнения.

– Они придумали систему заработка: Агата познакомилась со Стефаном в очень приличном кабаре для элитной прослойки общества. Втиралась в доверия на протяжении целых десяти лет. Подружившись с Ковальски, она решила его нагло использовать, привела в дом и он стал вашим семейным доктором. Это ли не идеальный способ получать необходимые лекарства? Именно она крала Нефидипин у Екатерины, она постоянно уходила из дома, чтобы встречаться с Мироном. На одном из допросов Агата сказала, что не помнит, какое лекарство она давала Стефану, но поила покойного в основном только она и не могла не запомнить название.

– Но как же я не могла не заметить, как она крадет таблетки? – с живым любопытством поинтересовалась Екатерина.

– Как я уже сказала ранее, вы не очень ответственный пациент, – Адель улыбнулась в пол силы и продолжила, – Я нашла в комнате у нее любовную записку, чей почерк совпадал с записками с угрозой, и буквы были завиты, как в том послании, которое я получила. И я поняла, что она связана с убийством больше, чем просто предположение. И чтобы отвести от себя подозрения, Мирон и ей написал угрожающую записку, которую она охотно мне принесла.

– А как вы поняли, что они были любовниками все это время? – поинтересовался Мартин. Все, кажется, уже забыли о его присутствии.

– Как‑то раз я слышала их диалог в гостиной и Агата сказала, что сразу понимает, что мужчинам нужно положение в обществе и будущая красивая жена. Давайте порассуждаем.

– С удовольствием, – оживился Мартин.

– Она не сказала просто «жена», она сделала акцент на «будущая жена», имея ввиду себя, конечно же. А женой себя считает женщина только тогда, когда она находится в любовных отношениях уже достаточно давно. Думаю, что вывод здесь довольно простой.

– Гениально! – ахнула Изабель.

– А теперь вернемся к смерти Эмилии: в комнате у агаты стояли ботинки точно такие же как у Альберта. Именно Агату и Мирона подслушала Эмилия, именно Мирон побежал за ней, она ударила его вазой, а Агата в это время налила на лестницу и под дверь Альберта масло, ведь, когда мы все нашли тело Эмилии, она единственная, кто бежала с левого бока лестницы, боясь упасть. А потом сразу сказала, что не может поверить, что старушка умерла. Но ведь на тот момент я еще не сказала, что она мертва. Из этого мы делаем вывод, что она знала о ее смерти заранее.

– Но ведь у Альберта на лице была ссадина. Не слишком ли это просто совпадение? – поинтересовалась Екатерина.

– Это именно тот случай, когда это действительно просто совпадение. Альберт сказал, что он неудачно побрился и это правда. Вы помните, какая борода у него была? А в тот день бороды уже на его лице не было.

– Да, пожалуй, вы правы, – согласилась Екатерина.

– Мирон намеренно надел эти самые ботинки, чтобы подставить Альберта. Потому что опечаток следа мы нашли только один неподалеку от лестницы, а ботинки Альберта были оба грязными и, в противном случае, следов было бы куда больше.

– Но ведь отпечаток также нашли у комнаты Агаты, – усомнилась Изабель.

–Кстати, да! Спасибо, что напомнили. Тот след, что вел в комнату Адель только подтверждает, что Мирон зашел в комнату Агаты после преступления и там уже снял ботинки. Это может говорить только об одном – отпечатки были сделаны намеренно. И по не осторожности или глупости Мирон оставил на видном месте в комнате Агаты. А когда она его привела в дом, она сказала, что нашла его по объявлению в газете, но я проверила и никакого объявления не было напечатано. Как только я узнала через полицию, что он преступник и ему не место в доме, я сообщила об этом Агате. Они разыграли сцену, что он якобы ударил Агату и скрылся, но на следующий день никакого следа от удара не осталось на лице Агаты, так как это была всего лишь ее красная помада, которой она всегда пользовалась.

Агата молча слушала с презренными глазами и надменной улыбкой.

– Как только я спросила Агату, куда подевался ее след, она, видимо, забыла нарисовать его и провела рукой по губе, а потом на нее посмотрела и увидела, что отпечатка помады то нет. Запаниковав, она сказала, что удар оказался не такой сильный и все уже прошло. Но, когда разбивают губу, или синяк, или рана точно останется на следующий день.