Моя чужая. (не)вернуть любовь

Глава 17

День похорон смазывается в одно безликое серое пятно. Я вижу себя будто со стороны. Вокруг какие-то люди, они что-то говорят, то исчезают, то появляются снова… Много знакомых, коллег, сочувствия и неискренних слез.

А у меня до сих пор глаза сухие.

Стою у свежей могилы и отрешенно смотрю на огромный холм их венков.

Заботу об организации погребения взял на себя Витко, за что я ему искренне благодарна. Сама бы я ни за что не справилась.

- Елена Николаевна? – раздается за спиной незнакомый голос с чуть заметным акцентом. – Примите мои соболезнования.

Буквально заставляю себя развернуться и взглянуть на говорившего.

Первое, что бросается в глаза – эффектная внешность. Мужчине около сорока, может, немного меньше. Чем-то похож на Кристиана Бэйла, когда он в «Эквилибриуме» снимался, только черты лица грубее и резче. Наверняка за таким тянется шлейф разбитых женских сердец, но мое и так все переломано – ничего не дрогнет.

- Спасибо, - произношу сухо.

Мне неинтересно, кто этот красивый незнакомец. Ужасно хочется остаться одной, но мужчина не торопится уходить.

- Я Владислав Агатов, давний друг вашего мужа.

Жму плечами.

- Никогда о вас не слышала.

Мужчина хмурит темные брови.

- Понимаю. В последние несколько лет мы с Артуром редко общались. По правде сказать, я виноват перед ним. Из-за аварии, - мужчина замолкает и смотрит внимательно.

Думает, что не знаю? Зря. Между нами не было тайн.

Киваю, чтобы показать свою осведомленность.

- Так вот, поддержка друга была очень нужна Артуру. Но в это время я и сам погряз в сердечных делах, - мужчина чуть заметно морщится. Очевидно, эта тема ему неприятна. – В общем, я совершил ошибку. Между нами состоялась неприятная беседа. Что толку теперь об этом вспоминать... Очень жаль, что я не успел поговорить с ним снова...

Да, мне тоже жаль… Только не Владислава, а своего упущенного шанса.

- ...Понимаю, сейчас вам не до этого, но, может, вы согласитесь на несколько встреч? Хочется узнать, как жил Артур все это время.

- Наверное, потом, - наконец, разлепляю губы.

Погода держится солнечная и теплая, но мне холодно. Внутри ледяная космическая пустота. А этот мужчина рядом вызывает только одно желание – уйти. Он мне не нравится. И вообще ничего не нравится – ни это чертово солнце, ни щебет птиц.

Хочется бежать отсюда. Закрыться в доме, упасть на кровать и разревется уже наконец. Но я не могу. Будто замерзла вся.

- Возьмите, - мужчина протягивает мне визитку. – Тут мой номер. Я занимаюсь тем же, чем и Артур при жизни. Строительная компания, только не в России...

Да плевать. Но визитку я беру.

- ...Вас подвезти? – делает еще одну попытку навязать свое общество, но я только головой мотаю.

Не надо меня никуда подвозить. Транспорт с водителем есть.

Мужчина кивает, словно прочитав мои мысли, и удаляется.

Еще некоторое время я смотрю на широкоплечую фигуру, а потом отворачиваюсь. Побуду еще пять минут. А потом и мне пора уходить. Как бы ни было паршиво – дела не станут ждать. Я обязана позаботиться не только о фирме, но и о будущем ребенке. Через семь месяцев Ульяна должна родить.

***

Демьян

- Ну и ну! сам Демьян Ястребовский. Какая честь!

Генрих Вольфович Шнайдер откровенно забавляется. Скалит лошадиные зубы, блестит очками, а взгляд – словно у питбуля, который взял след.

Сжимаю кулаки, только чтобы не ответить ругательством.

- Вижу я, не вовремя, - киваю на чашку дымящегося кофе. – Могу уйти.

Мужчина жмет плечами.

- Уходите. Я насильно никого не держу.

И ведь ему реально все равно. А я сейчас поставил себя в глупое положение.

- Вот и договорились. Только прежде вы мне кое-что поясните насчет Ал… Елены Николаевны.

Психолог откидывается на спинку кресла. Очень дорогое, кожаное, да и весь кабинет прямо-таки орет о благосостоянии владельца, хоть и оформлен в выдержанном неброском стиле.

- Зачем вам что-то пояснять? Вы сделали выводы при первой нашей встрече. В любовники к Елене Николаевне определили.

Сказать мне нечего. Но и смущаться не собираюсь. Если перед кем и виноват в своих грязных подозрениях, то только перед Аленой. Сам не понимаю, откуда эта чушь в голове взялась.

- Мне нужна ваша помощь, - перехожу к цели своего визита. – Совет насчет общения с… Еленой Николаевной.

Немец удивленно выгибает бровь.

- Полагаю, вариант оставить девушку в покое вы не рассматриваете?..

Нет, не рассматриваю. Я действительно хочу помочь. Алене сейчас плохо. От моего присутствия рядом – еще хуже. Но я должен отвадить Оболенского. Не ради успокоения совести. Просто должен.

Немец снимает очки с аккуратно кладет их на стол. Золотые дужки тускло поблескивают. Алена тоже теперь в очках. Наверное, после случившегося в больнице.

- ...Хорошо, я помогу вам, - произносит после недолгого молчания. – Но на определенных условиях.

- Каких?

- Для начала не стану работать свахой и тем более распространяться о прошлом девушки. Мои советы будут исключительно во благо Елены Николаевны и только для того, чтобы вы сделали еще хуже из-за своей неуклюжести.

Очень профессионально, черт возьми. Но Шнайдер, очевидно, тоже понимает, что я не отступлю – с его помощью или без.

- Еще что-нибудь? – интересуюсь сквозь зубы.

- Да, оплата.

- Сколько?

Цена меня не интересует. Могу хоть сейчас деньги на банковский счет отправить.

- Десять…

Я хмурюсь, не понимая, о чем сейчас идет речь. Десять чего? Тысяч, миллионов? Рублей или уважаемый доктор предпочитает валюту?

- …сеансов, - с ухмылкой заканчивает немец. – Вы – любопытный экземпляр, Демьян Викторович. И отлично дополните мою коллекцию...

От нахлынувшей ярости не нахожу что сказать. Какая, к чертям, коллекция?! Я ему что, подопытная крыса?!