Моя чужая. (не)вернуть любовь

Глава 19

За неделю от Ястребовского я получила лишь пару смс. Думала, что он пороги начнет обивать, тем более Оболенский велел, но Демьян меня не трогает.

Надо сказать, испытываю благодарность.

Я тихонько привыкаю к мысли, что Артура нет. Это больно… И страшно. Не представляю, как буду справляться с фирмой, хотя пока все вроде бы работает.

В этом очень помогают многочисленные замы Артура.

Мне тоже стоило бы подключиться, но никак не могу заставить себя начать. Как мне руководить? Кем?

Конец моим метаниям происходит, когда Витко звонит с просьбой явиться в понедельник.

- Проверка должна приехать, Елена Николаевна, - оправдывается мужчина. – Без вашего присутствия никак.

Я отвечаю, что и сама готовилась выйти. А во рту каша. И от одной мысли, что придется самой общаться с проверкой, бросает в дрожь.

Но ведь должна! Артур не простил бы мне потери фирмы.

Витко обговаривает время завтрашней встречи и кладет трубку.

А я решаю выползти в парк – воздуха свежего глотнуть. Но рука тянется к мобильному – набрать Ульяну.

Торопливо себя одергиваю. Ни к чему. Она и так сделала для меня больше чем достаточно. А ведь беременная и с токсикозом. Но переносит свое положение очень легко…

«Я, когда дочку носила, до самых родов работала. Есть что-то надо, муженек бывший бока на диване отлеживал, свекровь плешь выедала… Ну я и старалась на глаза не попадаться. Живот на нос лезет, а я на рынке торгую-кручусь. Так за прилавком воды и отошли…»

Вздрагиваю, вспоминая рассказы Ульяны. Вроде бы она не жаловалась, шутила даже, а каждый раз до нутра пробирало.

Накидываю на плечи легкую кофточку и иду обуваться.

Улица встречает меня щебетом птиц и солнцем – очень замечательная погода. Плюхаюсь на ближайшую лавочку и запрокидываю лицо к небу. А вот бы прогуляться с Артуром по набережной…

На глаза наворачиваются слезы. Жмурюсь изо всех сил. Я очень тоскую по мужу. Но вот странно – никогда не вижу его во сне.

Думала, что и ночью маяться буду, но нет… Просто спокойная темнота или всякая всячина, не имеющая к реальности никакого отношения. Чаще всего мне снится берег речки и ольха, склонившаяся к самой воде.

Я любила лежать на ветках и смотреть на ленивое течение подо мной. Было так хорошо, спокойно и…

- Опять нос обгорит.

От неожиданности я шарахаюсь в сторону.

- Ястребовский! – шиплю, отчаянно желая протереть глаза в надежде, что мужчина исчезнет.

Но нет, Демьян все так же стоит рядом, засунув руки в карманы светлых джинсов. Обыкновенная серая футболка обрисовывает манящие рельефы, бицепсы как тугие мячики. Но меня больше не впечатлить такими глупостями. Пусть слюной исходят наивные дурочки, я свою прививку уже получила. На всю жизнь иммунитет.

- Знаю, что вы не рады меня видеть, Елена Николаевна, - хмыкает и без приглашения усаживается рядом.

Тихонько выдыхаю. Не рада, конечно, но говорить буду о другом.

- Хорошо, что мы встретились – отдам деньги за квартиру.

Демьян реагирует на мой выпад совершенно неожиданно:

- Как хочешь. Номер карточки я скину в смс.

Я озадачено поджимаю губы. Внутри все подзуживает выдать какую-нибудь гадость, но как это будет выглядеть? Детский сад на выгуле.

- Договорились, - усмехаюсь непослушными губами и отворачиваюсь. – У тебя, наверное, дела?

Ну право слово, я же ему не навязываюсь. Не бегаю хвостиком, как однажды, не названиваю, пользуясь любым предлогом… Тогда почему Демьяна стало подозрительно много в моей жизни?

Будто подслушав мои мысли, Ястребовский вздыхает:

- Я посижу немного и пойду.

- Что, совсем никуда не торопишься?

- Тороплюсь. Просто Оболенский вознамерился приехать лично. По его мнению, я недостаточно лезу тебе в глаза. Хочешь общаться с ним лично?..

От растерянности не нахожу, что сказать. Оболенский мне неприятен до крайности. Но какого черта Ястребовский вдруг вознамерился отрастить крылья и заделаться в ангелы-хранители?

Демьян поворачивается ко мне. И вид у него какой-то… опустошённый. Словно ему действительно все равно уйти или остаться.

- …Послушай, Ал… Елена. Я прекрасно знаю, как сильно ты хочешь, чтобы я сдох под ближайшим кустом.

- Я не…

Но меня прерывают небрежным взмахом руки.

- Хочешь. Просто воспитание не позволяет высказаться. А вот я могу и сто раз повторить, что действительно сожалею. Что должен был хорошо подумать, прежде чем давать повод. Но это ничего не исправит, верно?

Смотрит так, что меня в дрожь бросает. О, как бы я хотела, чтобы Ястребовский начал оправдываться! Но он не пытается. И от этого вдвойне тошно.

- По-моему, до недавнего времени тебе было плевать на прошлое.

Хоть в этом есть и моя вина, а именно – отсутствие самоуважения. Не должна девушка быть на все готовой. Особенно когда ее не раз отталкивали. Но тогда во мне говорили чувства, а не мозги.

А Демьян вздыхает, глубоко и шумно. Майка на груди натягивается, обрисовывая широкую грудную клетку.

- Люди меняются, Елена Николаевна. Давай пошли меня к черту и попробуй отделаться от Оболенского сама. Возможно, у тебя получится. Или он сорвет контракт бесконечными проверками…

- Так это он! Завтра проверка должна быть!

- Скорее всего. Видишь ли, он слишком принципиальный старый ублюдок.

Морщусь словно от зубной боли.

- Как же ты так о любимом тесте.

Но Ястребовский только фыркает:

- Как есть. Со временем, думаю, он отстанет. Только если поймет, что ты не прогнешься. Сумеешь надавить, подключить связи…

Сглатываю тяжелый комок. Нет у меня никаких связей. Не умею я бизнес-леди из себя корчить! Ястребовский понимающе кивает. Голубые глаза кажутся темными, почти синими - никак не разобрать, что в них прячется.

- Мое присутствие – это не гарант того, что Оболенский отступится. Но можно будет схитрить, пойти с ним на компромисс… Не знаю, еще не придумал. Но если ты согласишься, то решим это вместе.