Моя любовь навсегда

Глава 16. Убийца

Елисей подбросил вверх помидор, ловко вырвал из рук сестры нож и принялся за шинковку овоща, пока рядом с писком вертелся робот-уборщик. Круглый диск собирал мелкий мусор. Его небольшие ворсинки вместе с выделяемым паром дезинфицировали поверхность паркета, ловко стирали упавшие капли, когда режим втягивания грязи переключался на влажную уборку.

— Не наступи на Поппи, — ткнула в брата вилкой Настя.

— Ты назвала робота Поппи? — вскинул брови Елисей.

У ног крутились два хаски: серебристый Шницель неохотно перебирал лапами, а шустрая черно-белая Стася подпрыгивала в надежде стащить сочный кусок ветчины. Спустя несколько бесплотных попыток она уселась на пол и жалобно завыла.

Протяжно, отчего Елисей скривился.

— Господи, как вы с ними живете.

Ярко-голубые глаза собаки расшатали бы уверенность самого бесчувственного человека. А когда к Стасе присоединился и Шницель, он не выдержал. Бросил два куска, чем заслужил их безграничную любовь. Минут на пять, пока на кухне не появился хозяин.

— Не корми собак, — Марк с шиканьем отогнал хаски от выдвижного стола. — У Стаси без колбасы ожирение.

— Да она после зимы похудеть не успела, — обиделась за любимицу Настя.

— Тебя тоже касается, — Марк буквально выдрал из рук жены вазочку с мятными пастилками. — Нельзя.

— В них нет сахара!

— Фруктоза — тот же сахар, — ехидно отозвался Марк и убрал подальше злополучные фантики. Повыше, чтобы жена не вздумала забраться в шкаф.

— Он тиран, — Настя посмотрела на хмыкнувшего брата. — Видишь, с кем я живу? Хотела на Сахалин от него подальше, и туда не пустил!

— Глазки видели, ручки щупали, — развел руками Елисей. — Сама выбирала, в ЗАГС повела.

Марк аккуратно пристроился позади жены, ладони незаметно скользнули на округлившийся живот. Не то чтобы где-то внутри у него зародился восторг от скорого появления третьего члена семьи (или пятого, если считать собак). Но, в общем, он смирился с участью будущего отца, нашел плюсы в неожиданной корректировке планов на жизнь.

Ссоры случались реже, гормональные перескоки настроения подавлялись опасениями Насти потерять ребенка. Она стала спокойнее, вела себя разумнее. Глупая затея с поездкой разрешилась маленьким скандалом, затем жена приняла точку зрения Марка и прекратила бунт.

Хорошо же. Его все устраивало. Нет, дети, конечно, гадость редкостная и риск для Настиного здоровья, но с ними вполне легко ужиться. Когда они станут разумными, естественно. Период слюней с подгузниками он решил стойко перетерпеть. Как герой.

Любишь женщину — люби и ее загоны.

— Это я ее выбрал, — бросил Марк с удовольствием, зарываясь носом в темных волосах супруги. — Там без шансов, никуда бы не делась.

— Знаешь, твое поведение нынче расценивают как абьюз, — сказала Настя, однако попыток вырваться не предприняла. Наоборот, чуть повернула голову, едва жалящий поцелуй обжег плечо.

— Заявила девушка, которая на меня надела наручники перед церемонией бракосочетания, — промурлыкал Марк, прочертив кончиком носа линию шеи.

— Ой, а ты прямо сильно сопротивлялся.

— Я ждал романтического жеста, падания ниц и кольца с бриллиантом в двадцать два карата, — притворная обида в голосе вызвала хохот у остальных членов семьи.

— Ну вы и чокнутые, — покачал головой Елисей.

— Поехавшие, — в один голос ответила пара.

Идиллию прервала система «Умный дом», сообщив о прибытии сотрудников органов внутренних дел. Удивленно переглянувшись с остальными, Марк отпустил Настю и вышел в коридор, когда на панели появилось изображения двух мужчин.

Компьютер быстро считал данные с представленных чипов, после чего прозвучал электронный голос:

— Личность подтверждена.

— Что случилось?

Настя поддалась вперед, но Марк остановил ее на полпути. Елисей ловко перехватил руку сестры, чтобы та не бросилась следом и помешала разговору. Когда спустя несколько бесконечно долгих минут ожидания гости появились у двери, Настя все-таки вырвала ладонь и услышала шипение брата за спиной:

— Настя! Вернись!

— Следователь по особо важным делам Прокопенко Игнат Максимович и мой помощник — Давыдов Валентин Николаевич. Ваша супруга дома?

Глубокий баритон мужчины, который представил себя и напарника, Насте совсем не понравился. От хриплых ноток по телу пробежал холодок. Чем больше говорили работники следственного комитета, тем сильнее сковывал движения давящий ужас. Он пробирался все выше, сжал цепко горло и сдавил так, что дышать стало почти невозможно.

— В чем дело? На каком основании вы требуете встречи с моей женой? — раздражение Марка плавно перешло в шипение змеи.

— У нас постановление, — пискнул, видимо, Валентин. — Возбуждено дело. Вот, ознакомьтесь, пожалуйста.

Услышав шаги, Елисея за спиной, Настя проглотила ком и, крепко сжав пальцы в кулак, шагнула навстречу следователям. Едва взгляд поросячьих глаз того самого Прокопенко остановился на ней, она поняла, зачем они пришли в их дом. И почему Марк, глядя на экран ультрапланшета в руках Давыдова, буквально побледнел на глазах.