Мягкий металл

Глава 5

Красно – желтые гирлянды светились веселыми огоньками, аркой перекинувшись через улицу. Несмотря на поздний вечер, все было видно, как днем. Девушки и женщины, взявшись под руки своих мужчин, выгуливали свои лучшие наряды. Тематика праздника не позволяла надевать платья холодных и темных цветов, так привычные для повседневной жизни. Поэтому не обязательно запрокидывать голову, чтобы увидеть теплые цвета огней. Город заполнился прекрасными женщинами, в платьях цвета ночной лилии, от нежно – розового до красных, почти алых оттенков. Праздник Ночных Цветов или по – другому праздник Весны был ежегодным. Он давался по случаю сохранившихся видов растений, которые даже в условиях загрязненного воздуха и мертвой земли, продолжают цвести. Фестиваль завершится салютом.

Я с Йеном идем мимо роскошных женщин, у одной из них была милая желтая шляпка, у другой шляпа побольше, из которой торчало огромное розовое перо. Среди них – много изысканных красавиц, их платья струились в пол и казалось, растворяются в ночи. Они были надушены, а в руках их игристые напитки пузырились в бокалах. По случаю праздника сухой закон отменили после вечернего восьмого часа, и на улицах разрешили продавать не только еду, но и спиртное. Мужчины терялись в своих строгих смокингах среди многообразия расцветок своих дам. Порой их оттеняли лишь галстуки или бабочки, предусмотрительно сочетавшиеся с нарядом их спутницы.

Все улицы сходились к центральной площади, во главе которой бил фонтан. Обычно вода выключена в целях экономии, но сейчас он бил маленькими струйками довольно быстро. Однако время, казалось остановилось для меня. Я гляжу в муть зеленой воды и рябь на ней. Долго вглядываясь в тонкие ручейки фонтана, мне показалось, будто замедлился и едва сбрасывает прозрачные тяжелые капли.

– Кейси, идём, Кейси, – позвал Йен. Он легонько растормошил меня за плечо. Я очнулась и увидела, что он протягивает руку. Я протянула в ответ свою. Моё легкое нежно розовое платье, на котором вырисовывались приглушенно – красные розы, в сочетании с рубиновыми манжетами на белоснежной рубашке Йена приковывали взгляды прохожих. Йен смог достать мне чайное платье, под которой разрешалось не надевать корсет. Он понимал, что в отличие от городских дам из высшего общества, я не надевала и не носила кринолин, а с корсетом не смогу дышать. Хотя, похоже, в глазах прохожих я все равно казалось размытым пятном на фоне широкой спины Йена.

«Если в парах все смотрят на девушек, то, похоже, меня из – за Йена просто не замечают» – поймала я себя на мысли. На самом деле в глубине души, я счастлива, что на меня не обращают внимание. Я к нему не привыкла. Столько людей и все смотрели бы на меня. Но как же меня раздражает, что все смотрят на Йена!

«О чем я думаю?» – спрашиваю я саму себя и метаю взгляд на Йена. Он шел, глядя прямо, лишь изредка отвешивая фальшивую улыбку проходящим мимо. А потом его карие глаза смотрят на меня и награждают теплотой. У меня загорелись уши.

Киоски с жареным на палочках мясом сменяли яблоками в карамели, тоже на палочках. Неизменно это сопровождалось бокалами шампанского. Йен завернул к одному из обслуживающих, который только разлил по стеклянным флюте соломенный напиток. Он попытался заплатить ему, но выяснилось, что в честь праздника это бесплатное удовольствие. Йен угощает меня, обворожительно улыбнувшись. Я, машинально схватив тонкими пальцами за ножку, уткнула нос в бокал и хмельноватый запах ударил в нос. Выпив без удовольствия, я поставила бокал на место.

Мы с Йеном шли по течению толпы, прочь от центрального фонтана. И хотя его включают пару раз в году, все стремились выйти из улочек на булыжную мостовую. Река, через которую перекинулся мост, воняла цветущими водорослями и чем – то еще. Но запах никого не смущал. Ведь это самое лучшее место, откуда можно увидеть салют.

На свободной площадке готовились музыканты. Их было четверо, каждый выкладывал со своей стороны квадратную площадку из бумажных фонарей. Неожиданно ко мне подбегает мим и вручает цветок. У него был целый букет совершенно разных цветов, но из всех, точно по насмешке судьбы, он дает мне лилию. Я так и застываю с ней в руке, а мим убегает дальше одаривать прохожих. Вскоре у каждой дамы рядом со мной по цветку.

Я вздыхаю. Сначала цветок в руках напоминает мне о сестре. А потом я переношусь в воспоминания о том, как отмечала праздник Весны в прошлом году. В теплицах в Округе откуда я родом в это время тоже цветут растения. В Округе люди тоже выходят праздновать на улицу. Однако я с Маркусом всегда отмечали этот день в теплицах. Ведь именно там я чувствовала себя словно на другой планете. Зелень сочных листьев и нежные бутоны, у которых листки тонкие точно крылья бабочек. Благоухание роз, лилий порой дурманило голову. Но этот аромат был живым. Никаких надушенных дам, никаких спиртных выхлопов. Только жизнь.

Импровизированная сцена музыкантов тем временем готова, и квартет играет музыку.

– Ты здесь? –  Йен отвлекает меня от потока мыслей. Я киваю ему. – Ты всегда такая задумчивая?

Я смотрю на него из – под своих черных ресниц с такой тоской, что Йену становится не по себе. Ведь это он предложил сходить на праздник, пытаясь развеять грусть. Еще чуть – чуть и мне показалось, что я расплачусь – глаза стали сильно увлажненными.

–  Прости, думаю, у меня не получится веселится, пока я знаю, что моя сестра там, – я невпопад тыкаю пальцем, а проходившая мимо дама, случайно попавшая под этот выпад недовольно вскидывает бровями.

Йен приобнимает меня.

– Эй, эй, эй. Все будет хорошо, я обещаю. Я помогу тебе найти твою сестричку, и уже к концу недели ты будешь с ней у себя дома.

От упоминания о доме и предстоящем воссоединении у меня затеплилось в груди.