На окраине великого леса

Глава 2: Видящий сон и видимый во сне.

Ди стоял посреди леса и с любопытством оглядывался вокруг. Будучи опытным сновидцем, которого трудно чем-либо удивить, он был спокоен, но непонятная пока тревога тупой занозой терзала его. Обычно, чтобы довести сон до состояния реальности, требовался серьёзный контроль внимания. Стоило лишь на мгновение отпустить концентрацию, задуматься, начать болтать с самим собой, как всё заканчивалось самым плачевным образом. «Реальность» сна начинала терять форму, расплывалась, мутнела и можно было легко проснуться или провалиться в обычный сон.

Поначалу, много лет назад, для обретения осознанности во сне даже на самый короткий срок, ему требовались неимоверные усилия, да и просто удача. Тогда Ди пользовался распространённым среди начинающих сновидцев приёмом нахождения своих рук во сне. Суть этой техники заключалась в том, чтобы зарядившись перед сном солидной дозой самовнушения и желания, заставить себя в сюжете сна взглянуть на свои руки.

Промучавшись несколько месяцев, с недоверием читая, как якобы легко подобное выходит у других, ему, наконец, удалось воплотить желаемое. Пережив шок от того, что явление просто имеет место быть, сновидец медленно, но уверенно, продолжил дальнейший путь. А дальше требовалось переводить взгляд с рук на объекты сна. Первое время это удавалось плохо, всё расплывалось, Ди постоянно терял концентрацию и проваливался в обычный сон. Иногда целыми неделями не удавалось вспомнить, что во сне надо делать что-то кроме, как видеть самые обычные сны.

Но как алкоголик привыкает к бутылке, так человек находит недоступное ранее в сновидении. И если приобщение к алкоголю обычно заканчивается плачевно, то осознанные сновидения круто изменили жизнь Ди к лучшему.

Уже через год удерживать сюжет сна находясь в ясном сознании для него не представляло проблемы. Через два он менял миры снов как перчатки. Через три, добился того, что реальность сна стала порой превосходить реальность повседневности.

Наверное он начал заниматься этой практикой в попытке убежать от скуки реального мира. Но бегство оказалось полётом вверх по спирали, и в итоге Ди пришёл к состоянию, которое не только изменило его сны, но и серьёзно повлияло на отношение к окружающему миру. Он понял, целиком и полностью, что реальность удивительнее и волшебнее любого сна, а поняв, бесконечно поразился почему не понимал столь простой вещи до этого. В прочем, почему понятно, ведь сновидцы, если хотят двигаться в своём удивительном увлечении, вынуждены серьёзно заняться некоторыми своими качествами в повседневности, а именно развитием воли и контролем внимания.

Конечно же, даже шагнув на новую ступень осознания, сновидение он не бросил. Пожалуй теперь Ди просто использовал время для сна слегка эффективнее других людей. Да и сон, даже самый яркий и удивительный, всегда остаётся сном. И любой сон должен закончиться пробуждением, но этот не заканчивался... Ему редко удавалось удержать осознанное сновидение дольше десяти минут и на это удержание всегда уходило ощутимое количество силы. Всегда, но не сейчас.

Лес вокруг шумел исполинскими деревьями, играл светом и красками, пульсировал миллионами живых существ, происходящее определённо не желало называться сном.

Сновидец, за исключением редких случаев так называемых ложных пробуждений, всегда мог отличить сон от реальности, да и ложные пробуждения обычно скоротечны. Но, чёрт побери, он стоит здесь уже уйму времени, вдыхает ароматный лесной воздух, ощущает мягкий влажный мох под ногами, чувствует движение ветра вокруг, и самое главное, некое шестое чувство настойчиво сообщает, что это не сон и всё тут!

Деревья смотрелись воистину фантастическими, отдельные исполины достигали более ста метров в высоту, другие были поменьше, а третьи самые обычные. Кроны некоторых имели вид непроницаемых для света зонтиков, отдельные деревья разрастались ветвистыми шарами, некоторые буквально вились к свету словно змеи. И все они создавали у земли переплетение корней столь плотное, что надумай сновидец сдвинуться с места, пришлось бы не идти, а карабкаться.

«Итак, из увиденного я могу смело сделать вывод, что, либо моя техника сновидения вышла на новый уровень, либо я вляпался в большое приключение», - подумал Ди и оглядел себя.

На нём был одет удобный лёгкий плащ тёмной ткани, подпоясанный красивым матерчатым поясом.

«Собственно то, в чём я предпочитаю себя представлять…»

Вытянув руку перед собой, Ди закрыл глаза и представил, что на его ладони лежит яблоко. Открыл глаза - ладонь оказалась пуста.

«Ну, это ещё ничего не значит, - рассудил он, - попробуем другое».

Сосредоточившись на своём теле, сновидец представил, как оно становится лёгким словно пух. Хотя «представил» звучит не совсем верно – скорее он заставил тело почувствовать себя непривычно лёгким, а после с «железным» намерением оттолкнулся от земли и прыгнул в сторону громадного корня метрах в пятнадцати от того места, где находился сейчас. Легко, словно кузнечик, он оторвался от поверхности и после короткого, но стремительного полёта, приземлился в намеченной цели.

«Ага, это работает».

Дальше – больше, закрыв глаза Ди представил, что находится в пустыне - горячий воздух обдувает тело, песок хрустит под ногами, солнце припекает голову. Выждав паузу, он открыл глаза, но вокруг шумел всё тот же исполинский лес. Сменить сон не удалось: либо сновидение слишком «плотное», либо...

Вдруг краем глаза Ди заметил движение. На сплетённый из корней бугор, метрах в тридцати от него, сноровисто вскарабкалось человекоподобное животное. Выглядел незваный гость пугающе - длинные руки и ноги, тело, покрытое серо-зелёным мехом, голова с громадными белыми глазами - блюдцами. Чудовище напоминало гориллу-переростка, вот только гориллы довольно мирные создания, а эта разинула пасть и завизжала пронзительным криком, обнажив крупные жёлтые клыки.