На Рассвете Бескрайнего Леса. Часть I

Глава шестая: Потрошитель

14 ноября. Девять часов и тринадцать минут вечера.

– Могу ли я назвать тебя везучей, Иви?

Сайлас медленными шагами подошел к разбитому окну и осторожно глянул вниз. Ветер колыхал его короткие темные волосы, а глаза, кажется, слезились от холода. Покачав головой, мужчина развернулся к присутствующим лицам. Его губы искривились то ли от недовольства, то ли от растерянности. Аделин же возилась на кухне возле праха и остатков запчастей, не тронутых огнем. Тщательно все осмотрев, женщина собрала волосы в хвост и присела на стул возле холодильника. Откинувшись назад, она прикрыла бледные веки и устало выдохнула.

– Тяжело будет установить личность этого человека. Увы, это необходимо. Придется вызывать команду.

Натаниэль облокотился на спинку дивана позади Иви и угрюмо бегал глазами по полкам стеллажей. Спрятав «Корбо» от зорких глаз следователей, он лишь молча наблюдал.

– Что?

– Можно ли назвать тебя везучей? – Эл повторил свой вопрос. Его голос был сухим, грубым. – Сначала Вентиска, а после хозяин этой квартиры. Но большим везением стало то, что ты верно предположила, кого они пойдут искать. Точнее, искать то, что укрыл у себя этот «Потрошитель». В коридоре лежал рюкзак, но документов в нем нет. В комнатах также нет ни единого упоминания о том, кто хозяин квартиры. От большинства устройств только обломки. Все подчистили перед уходом.

– Он редко представляется полным именем.

– Николас Флоэн. Квартира оформлена на него, да и в списках жильцов его имя значится. Однако впервые слышу это имя. Не было таких преступников, о нем нет записей в участках, а значит, он ничем плохим не промышлял. На первый взгляд. Ни судимостей, ни единого нарушения закона. Чист как белый лист.

– Конечно на него не будет записей. Он не киборг и не модифицированный.

– Тц, увы. Даже мастера по запчастям не найти. Пусто, – хмыкнув себе под нос, Сайлас вернулся к столику. Он тут же нахмурился, смотря на успевшие высохнуть алые пятна. – Он был ранен?

– Скорее всего, – Фарро пожал плечами и уставился в глаза следователя. – Получается, он не с ними.

– Не с ними?

– На первом этаже валяется парень, семь модификаций. Он караулил, чтобы никто подозрительный не вошел в здание. Мы его вырубили. Правда...

– Труп. Он что-то раскусил. Что-то было у него во рту, – Гертруда вышла из кабинета владельца квартиры и присела на диван рядом с Иви. – То же, что и с мужчиной на кухне. Замели следы. Их явно было больше. Если так, тогда не удивительно, почему Николас не дал отпор.

– У него... проблемы с модификацией, – Иви приподняла голову, светлые пряди упали на ее щеки. – Одна и крайне проблематичная.

Аделин выглянула в зал и, скрестив руки, прислонилась к дверному проему. Она внимательно наблюдала за всеми действиями охотников Гильдии.

– Эта модификация управляет электричеством? – Бекслейн заметила на стеллаже рамку с фотографией и потянулась к ней. На ней были трое неизвестных. Двое парней и одна девушка: белые как снег, и лишь один с темными волосами. Но такой же бледный и тусклый как приведение.

– Да, но она, кажется, неисправна. Датчики в запястьях включаются по своему желанию. Изредка они слушаются. Но такое и правда редко происходило. Иногда даже перчатки не помогали, если напряжение огромное.

– А вытащить их он мог? – Аделин провела тонкими пальцами по спинке рамки и попыталась вскрыть ее. – Да и зачем он их вживил?

– У Никса амнезия. Мы познакомились в реабилитационном центре. Он не помнит: откуда они, как они работают, кто их разработал. Сегодня они, вероятно, вновь дали сбой в неподходящей ситуации, и его забрали. На краю стоял человек с длинными серебряными волосами. Сиреневые глаза. Это был Лорэнс.

– Жив, значит. Видимо, укрыть чертежи не удалось. Иви, – Сайлас обратил внимание, что его жена отвлеклась на рамку с фотографией. – Этот Николас намеренно убивал людей? Или...

– Когда как. Те парни в проулке – да, они их выследил и перехватил. Разговором не получилось ничего решить: они напали, а он защитился. Иногда все происходило случайно. Датчики срабатывали в неудобное время, и любой модифицированный, коснувшийся его руки, погибал. Но таких случаев, по его словам, было мало. Он не наемник. Что-то вроде сборщика информации. Иногда приходилось заметать следы как свои, так и тех, у кого он взял что-либо. Зачастую, как он говорил, узнав, кто он такой – торговцы или же сами заказчики старались устранить его. Это была самозащита. К чему оружие, если нападающие сами наткнутся на мину? Ток переходит к пальцам, а там всего-то – касание и пух, конец!

– Его не получится оправдать, Иви, – следователь все же вскрыла крышку и вытянула оттуда долгожданную находку.

– Если вообще придется, – Натаниэль развернулся и глянул сначала на стол, а после пробежал сверкавшими модифицированными глазами к выбитой стеклянной двери. – Раз кровь есть – его ранили. Им нужны были чертежи, а после поспешили замести следы. По описанию этого Флоэна, он вредный парень. Не в обиду, Иви. Наверняка не хотел говорить, и его пытали. Не могло столько крови накапать от обычного пореза об то же стекло с кухни. М-м, потерял сознание, а перед уходом ученому резко ударило в голову забрать редкую смертоносную модификацию себе. Если эти датчики независимы от владельца – его тогда, хм, – он не договорил, а лишь быстро провел большим пальцем горизонтально по шее. – А вот что с телом в этом случае, гадать не придется. Раз он в бегах, заработать и на таком можно.

– Значит, Флоэна вычислить нет ни единого шанса, – Сайлас расхаживал из стороны в сторону вдоль столика. – Жаль. Но куда прыгнули остальные? Слишком высоко. Сомневаюсь, что у них у всех есть экзоскелет. Да и он бы не выдержал приземления.

– Они просто исчезли, – Гертруда поднялась с места и потянулась. – Рассыпались, словно голограммы.

Глаза Фарро долго светились белым, зрачки соскальживали на парившую сбоку голографическую панель. В один момент Натаниэль подхватил с полки книгу и прошел к разбитому окну. Парень с минуту мялся, а после швырнул тонюсенький томик в пустоту. Неприятный скрежет и звук битого стекла. Поскольку Неоновый Квартал был освещен всеми возможными цветами и огнями, едва заметные осколки, посыпавшиеся прямо вниз, отражали их. На секунду в голове охотника проскочила надежда, что они не достигнут земли и гулявших вокруг дома жителей района.

– Хм, мост? – Фарро потянулся ногой вперед, ухватившись механической рукой за раму окна. Надавив сильнее, он почувствовал под стопой прозрачную поверхность, но и она тут же начала осыпаться.

– Молодец, Фарро, его теперь нет! – Аделин поморщила нос и губы, недовольно зыркнув на наемника.

– Да что Вы, Бекслейн. Все так бы и стояли чесали репу, гадая, как же они такие загадочные ушли отсюда? Сбежали по мосту, укрытому голограммами. Он бы и так осыпался дня через два. Пошел бы дождь, то еще раньше. Дураку ясно, что к соседнему зданию, а дальше кто куда.

– Похоже, больше никаких улик касательно Лекса и сопровождавших его людей здесь мы не найдем. Придется пригласить остальную группу для установления личности того мужчины, кто лежит на кухне. По ДНК выясним и про Флоэна. Сомневаюсь, что он не навещал врача, когда заболевал. У него должна быть медицинская карточка. Иви, если нам что-то нужно будет, показания или информация, мы свяжемся с вами. И еще раз: это я попросил тебя помочь с этим делом, а значит, что любую находку, любую зацепку вы должны передавать нам. В противном случае, мы можем расценить вас как соучастников. Затеет проверку центральный штаб или С-291, то все, на вас заведут дело. Вы это понимаете? – Эл глянул на Натаниэля, но тут же отвел глаза, встретившись с ледяным свечением. – Я просто предупреждаю. Если что-то еще нужно – подумайте.

– Здесь была кошка, Кая, – Иви поднялась на ноги и застегнула куртку. – Ее нет. Ни малейшего присутствия.

– Может умерла незадолго до нападения? – Герти накинула капюшон и направилась к выходу.

– Я слышала ее, когда говорила с ним по телефону на неделе. Но кошку-то зачем забирать...

– Понятия не имею. Нат, ты идешь?

– Да, – парень, обошел следователя, задев того своим плечом. – Пошли отсюда.

Все трое покинули территорию квартиры с скрылись на лестничном пролете. Сайлас потер правое плечо и недовольно цокнул языком. Аделин спрятала фотографию во внутреннем кармане своей куртки и достала телефон.

– Думаешь, Фарро в этом замешан? Ты так злобно на него посмотрел.

– Ничего, Лин.

– А что же ты так тогда?

– Предчувствие плохое. Лорэнс забрал человека с редкой модификацией. В его команде есть Вентиска. Лабораторная мышка, вырвавшаяся из-под контроля. Клаф и Лавант предупреждали о ней еще в прошлом году. Тот, кто сжег тело на кухне, явно, тоже необычен. У Лекса в окружении люди либо с редкими модификациями, либо сами являющиеся ходячим оружием. Фарро необычен не только по меркам охотников Гильдии, но и наемников. А вместе с этим крайне опасен. Его уже пытались подтягивать на свою сторону эти да всякие.

– Считаешь, Лекс попытается перетянуть парня в свою сумасшедшую компанию? Странноватое предчувствие. Фарро вряд ли сможет оказать ему какую-либо услугу, учитывая его принципы. Скорее кончит как этот Флоэн, если их пути неведомым образом пересекутся. Долиэстор огромен, нанять можно кого угодно помимо ледяного модифицированного с трудным характером.

– Я попрошу присмотреть за ним. Кого-нибудь, кого бы он не заметил.

– Волнуешься за него? Не похоже на тебя, Сайлас.

– Фарро смог нейтрализовать оружие Вентиски, а это пока никому не удавалось. Даже погибшим от ее рук палачам. Та отрава в чашах не прожгла его лед. Она расскажет от этом своим, и личностью нашего «ледяного принца» заинтересуются нехорошие люди. Понимаешь, к чему я?

– Не уверена, что получится наладить дружеские отношения и доверие с этим раздолбаем. Он нас на дух не переносит. Не лучше ли передать его под присмотр людей Клафа?

– Клаф не станет возиться с каким-то мальчишкой, что проводит большую часть времени в северных районах. У них и своей работы по горло в последнее время. А в штаб его не возьмут. Я посмотрю, что можно с этим сделать, – Сайлас глубоко вдохнул и помял шею. – Я вызову службу. Байер еще должен быть на рабочем месте. Можешь проверить того парня на первом этаже? Я тебя догоню.

– Ладно, но будь осторожен. Мы не знаем, что здесь осталось, и безопасно ли вообще находиться в этой квартире.




Мы неторопливо шли в станции метрополитена. Глубокая ночь, но даже так в Неоновом Квартале крайне оживленное движение. Жители тоже не сидят дома. Иногда создается такое впечатление, будто город и вовсе не спит. Он вечно живой, вечно бодрствующий. Не сказать, чтобы меня это волновало, но порой хотелось нажать на кнопочку выключения. Чтобы все погасло, чтобы хотя бы на минуту стало тихо. Стрелка шла к двум часам.

– Кажется, снег идет.

Гертруда протянула мычащий звук, выказывая свою раздраженность. Возможно, в ее жизни что-то произошло зимой, из-за чего она так резко реагировала на каждое упоминание о холодном и заснеженном времени. Ее ярко-синие глаза устремились к утянутому туманом небу.

– Каковы дальнейшие предложения? Все еще держимся за этот заказ?

– Мы напали на след. Лекс жив и промышляет чем-то незаконным. Теперь придется влезть и в дело «Потрошителя». Пока остаемся.

– Сомневаюсь, что оно приведет в чему-либо хорошему, – Герти поймала хрупкую снежинку и крепко сжала ладонь в кулак. – Но если никто не вмешается, то может стать хуже. Тут хотя бы какое-то развлечение.

– Развлечение?

– Ты знаешь, что я — исследователь. Мне нужно тестировать свои изобретения. «Андромеду» сегодня опробовала. Доработки, доработки и снова доработки. Уже рада, что эту штуку можно контролировать. Паренек остался бы жив... Если бы не эта капсула у него во рту.

– Вообще удивлен, что ради какого-то ученого он решил покончить с жизнью. Есть множество путей, чтобы избежать решетки. Да и кто бы стал давать ему пожизненный, если на его счету не оказалось бы тяжких преступлений? К тому же, он нас не атаковал чем-то опасным. Возможно, наняли, чтобы контролировал ситуацию. Типа телохранителя, судя по его габаритам.

– Раз раскусил капсулу, значит, был в чем-то виновен, – пришлось перебить Ната, иначе бы он так и продолжил мусолить эту тему и отстаивать то, что и так очевидно. – Это уже не наши проблемы. Нам нужно найти только одного сумасшедшего ученого и все.

– Ну, как скажешь, босс.

Фарро резко затормозил, когда светофор переключил свой цвет на красный. Почти вылетел на дорогу. Гертруда услышала протяжный гудок из кармана куртки и, торопясь, ухватила телефон своими длинными пальцами. Тишина.

– Я поеду домой. Соседи пишут, что из моей квартиры пахнет горелым. Видимо, розетка. Я оставила детали «Веги» на подзарядке. Похоже, что время вышло. Рада, что хоть район «Синего Пламени» находится неподалеку. Смогу добраться побыстрее. О, зеленый. Я побежала! Иви, Нат, удачи!

Махнув рукой, Гертруда направилась к воздушным рельсам. От Неонового Квартала до ближайшего, района «Синего Пламени», быстрее всего можно было добраться по воздуху. Метро, тянущееся вдоль домов над землей. Но жаль, что подобная вещь соединяет лишь близлежащие территории по траектории круга. Рельсы идут по прямой от станции до станции, без остановок и задержек. Удобно, с этим не поспоришь. А вот мне и Натаниэлю придется волочиться до подземной станции. Ему по прямой, а мне с пересадками.

– Печально. «Алая Роза» южнее Пламени, но из-за железнодорожных путей «рельсы» не пустили туда. Метро, метро, любимое метро! Но тебе далековато будет. Еще и ночь. Не хочешь переждать у меня? Угощу какао, или же кружечкой рафа. На удивление, у меня он хорошо получается.

– Спасибо за приглашение, но я очень устала. Лучше поеду домой, высплюсь. Как-нибудь в другой раз, хорошо?

Его лицо оставалось спокойным, неизменным, но глаза вновь заледенели. Я старалась не смотреть в них. Он лишь ответил: «Хорошо, в другой раз», а после на достаточно продолжительное время смолк. Необычное для него явление. Около станции Фарро поблагодарил, что из всей команды я позвала именно его, а после, манерно помахав мне рукой, скрылся в левом коридоре. Я не торопилась спускаться вниз и видела, как он коротко обернулся два раза прежде, чем запрыгнул на ступени эскалатора. Я свернула в правый коридор. Достав телефон, я быстро промотала список номеров и затормозила на том, что был почти в самом конце. Оправив сообщение, ответа не пришлось долго ждать. «Да, я сейчас дома».

– До «Крул» пять станций, плюс две пересадки.

Весь путь я думала лишь о том, что зря поехала ночью туда. «Крул» не зря считают самым отвратительным районом Долиэстора. Особенно тогда, когда город накрывает тьма ночного неба. Нужный мне дом, к счастью, находился в десяти минутах ходьбы от станции. Не так уж и плохо.

Ближе к четырем часам утра я поднялась на поверхность. Кажется, снег пока не затронул улицы этого района. Все так же серо, сыро и неуютно. Территория «Крул» очень напоминала лабиринты Неонового Квартала, только... здесь тихо. И тишина не такая, о которой мечтаю я. Она пугает. Здесь все замерло, будто кто-то скрылся за углом и в любой момент готов напасть на тебя. Шум ветра лишь сильнее нагонял тоску, а вместе с ней и тревогу. Такое не только вокруг станции. Район намного больше, чем может показаться на первый взгляд. И чем дальше вглубь ты уходишь, тем меньше шансов, что ты выйдешь целым оттуда. Лишь качественные модификации или же сообразительные мозги могут спасти там, внутри этих лабиринтов. Даже Эл как-то сболтнул, что он в любой участок поедет, но ни ногой в тот, что расположен на территории этого района. Сама я не хотела искать приключений в этих бесконечных коридорах улиц и проулков. Конкретная цель — конкретный дом. Такой же охотник, как и я. Только знает намного больше.

– Реллия. Дом номер 54. Я на месте.

Небольшая вывеска на заборе. Такое же небольшое пятиэтажное здание. Насколько я помню, дом поделен на несколько частей. К собственности семьи Реллия относится половина первого этажа, две комнаты на втором, и небольшая каморка на третьем. И часть заднего дворика, если не ошибаюсь. Но сколько раз я здесь ни бывала – ни разу не видела жильцов остальных квартир. Лишь чья-то собака во дворе. Угрюмый ретривер , грустно наблюдавший на проходящими из крайнего окна третьего этажа. Калитка была не заперта, и я осторожно проскользнула на территорию дома. Дверь слева. Почтовый ящик буквально разрывался от затолканных в него писем и газет. Похоже, что они лежат здесь неделями, месяцами.

– Света нет.

Сжав кулак, я стукнула в дверь три раза. Хозяин дома не заставил себя ждать – металлический звон и скрежет ключа, явно не попадавшего в замочную скважину. Спрятав ладони в карманах куртки, я мирно дожидалась приглашения. Мне было хорошо известно, что ему тяжело рассмотреть что-либо в темноте. Я бы с радостью помогла, но мое место пока было за пределами его скромной обители.

– Доброе утро, Иви. Рановато ты поднялась сегодня.

– Я и не ложилась. Да и ты, кажется, совсем бодрячком.

– Ха-хах, что-то вроде того, – мой собеседник не выглядывал из дома, разговаривал, укрывшись за дверью. – Ай, холодно как!

Не мешкая, я дернулась ко входу и быстро заскочила в помещение. Здесь было ощутимо теплее, чем за пределами этого уютного домика. Парень столь же долго возился с ключами, пока закрывал все замки. Наши глаза пересеклись сразу же. Только вот... его были бледными, тусклыми. В первые дни нашего знакомства я и вовсе думала, что они модифицированы, ведь в этих бледных глазницах, казалось, и вовсе отсутствует радужная оболочка. Но он всегда боялся менять что-то дальше дозволенного.

– Норт, может все же согласишься?

– Они еще сильнее побледнели? – парень натянуто улыбнулся и, бросив ключи на небольшой столик у входа, всплеснул руками. – Нет, обойдусь! И с ними хорошо живется.

Нортон Реллия обошел меня и потянул за собой в столовую. В дальнем углу первого этажа была крошечная комнатка. Она даже больше походила на балкон, но хозяин решил обустроить ее иначе. Да и вид непривычный для столовой: вокруг горшки с цветами и растениями, некоторые лозы которых давно протянулись от стен к потолку, а корни вывалились за края на темный паркет. Деревянный столик не помешало бы покрыть лаком, а лучше и вовсе обновить былой цвет, три стульчика точно такого же вида, и стеллаж в углу. За красивыми дверцами царил полный беспорядок: валялись книжки, на свободных островках стояли кружки да тарелки, где-то и вовсе непонятные мне вещи, вроде деталей для приборов и протезов. Сомневаюсь, что они в пригодном состоянии.

Закинув голову назад, я дождалась Нортона с небольшим подносом. Хотела помочь, но он как обычно – отвергал любую протянутую ему руку. Сессил и Натаниэль, вероятно, до сих пор считают его высокомерным мальчуганом. Норт начинал злиться, когда у него выдирали из рук дело и начинали «помогать». Едва различимо, но все же заметно, как он дергал головой и хмурился от недовольства. Реллия неторопливо поставил на столик чашки и небольшой чайничек.

– Нортон, я не надолго.

– Я все равно собирался завтракать, – веки парня были полузакрыты, и я не могла понять, куда он смотрит. Но тарелки чуть не вывалились из его рук.

– Ты точно хорошо себя чувствуешь? Знаешь, я слегка беспокоюсь, – в ответ он поджал губы и вновь мотнул головой так, что вся его темная челка сбилась на правую сторону. Непослушные прямые локоны выбились из-за уха. – Это нормально, что друг волнуется за тебя. Я не имею ввиду ничего плохого. Просто мне кажется, что ты выглядишь с каждым днем все... Будто ты увядаешь. Обращал внимание на глаза Натаниэля? Говорит, что даже видит лучше после операции.

– Я не хочу становится железякой, как он. Или как, – он запнулся и резко плюхнулся на место.

– Как я? Ты это хотел сказать? Ничего, меня это не задевает. Если бы не последняя операция, из-за которой я лишилась ключиц, некоторых ребер и части корпуса, я бы была мертва. Да, я тоже не люблю все это, но выхода иного нет. В моем случае, его и не было изначально.

– Да, прости. Возможно, еще не дорос. Не понять, видимо. Думаю, это страшно что-то потерять, когда всю жизнь это было идеально. Потерял запястье – побежал делать новое, чтобы не пропало чувство полноценности. Чтобы вернуть ощущение постоянства, будто ничего не произошло. Но я живу подобным образом очень давно, Ив. Я такой же, только с другой стороны монеты. Не хочу я в своей жизни обновлений. А вдруг передозировка или корявые руки врача? Не успеют вколоть лекарство? Вырежут не тот нерв? Ладно, проехали, – Норт сделал небольшой глоток и потянулся за нарезанным дольками яблоком. – Кто угодно, но только не я.

– Может поэтому ты мастер на все руки? – кажется, он слегка повеселел. Полагаю, поддержка ему все же не помешает.

– Да, собрать что-то не такое уж и большое дело. За качество я уверен, а вот как оно будет использоваться – не моя головная боль. Хм, вы часто с Фарро видитесь?

– Не то чтобы... На прошлой неделе звала Лиру, вчера его. Редко выпадает повод. С чего это тебе стало интересно?

– Не хочу ехать в центр или еще в какой-нибудь более поганый район. Хотел передать ему заказ. Валяется в мастерской уже больше недели и раздражает.

– Нат берет у тебя что-то на заказ?

Удивительно. Не подумала бы, что Фарро да и заговорил бы с проблемным парнишкой! Они очень разные личности, и каждый со своими тараканами. И точно ведь он описал: Натаниэль по сторону механизмов, а Нортон на стороне «живых». И если уж к моим словам о помощи он нашел, как можно придраться, то что уж говорить об общении с нашим товарищем.

– А что в этом такого?

– Не думала, что вы общаетесь. Сессил вон его на дух не переносит.

– Хах, вредный старикашка, – Нортон ухмыльнулся при упоминании Брокийета. – Фарро очень даже интересный в общении человек. С мозгами, по крайней мере. После того случая с рукой он больше не доверяет своему механику, вот и забирает у него лишь скелеты механизмов, а после отдает мне на модификацию.

– У того случая были еще какие-то тайные детали?

– Ручку до локтя Нату срезали не без участия его механика. Фарро первый заказал и выкупил «Корбо», а какие-то придурки захотели его перехватить. Механик сдал не только своего клиента, но и все его установки и протоколы, по которым работают протезы и механизмы в теле нашего товарища.

– Так почему тогда он и дальше с ним работает?

– Больше никто не делает настолько качественные вещички, заточенные под лед. Как много ты видела типов вроде Фарро? Ладно, может и зря я его привел в пример, но пока я не видел ни одного киборга так грамотно составившего и проработавшего все детали своего тела.

– Стой, хочешь сказать, что это он сам все разрабатывает?

– Идеи и чертежи – его, создание за механиком, а доработки теперь висят на мне. Но все эти штуки... Пугают? Порой не представляю, как он с ними живет двадцать четыре часа в сутки. Особенно эти святящиеся глаза. Без линз и вовсе жутко, когда эти два огромных светящихся серых огонька смотрят прямо на тебя! Я отдам его заказ, он небольшой, просто периодически выпускает холодный воздух. Если есть балкон в квартире – оставь там, а то замерзнешь. А-а, ты-то сама из-за чего вот так неожиданно решила меня навестить? Обычно приходишь, когда что-то ломается. Или решила ни с того, ни с сего сходить вглубь моего прекрасного жилого райончика? – тонкие пальцы медленно закинули черную прядку за правое ухо, а бледные глаза впились в меня.

– Я могу тебе довериться на все сто процентов? Я знаю, что могу, но тут слегка иная ситуация. Ты знаешь, что наше последнее дело – заказ следователей. Отдел А-271.

– Да, да. Эл и Бекслейн. Лорэнс Лекс, сумасшедший ученый, чудом избежавший смерти, а теперь собирающий детали неких опасных технологий. Естественно, лишь черт знает, зачем ему это.

– У Сайласа также висело дело «Потрошителя». Эти две проблемы пересеклись. В тот день, когда меня увезли в больницу, «Потрошитель» перехватил наемников и унес чертежи «Андромеды» и «Лазурита» с собой. Вчера мы с Натаниэлем столкнулись с Вентиской, работающей на Лекса. В итоге, все свелось к тому, что они пошли за человеком, что забрал чертежи. Николас Флоэн. Но у него дома мы застали только погром. Лорэнс забрал и данные с украденного чипа, и Николаса. Пока добирались туда – положили одного. В квартире лежал еще один труп. Отдел Эла возьмется за установление личностей дружков Лекса. Но главная цель сбежала.

– Зачем ученому не модифицированный человек? А-а, поди понравились датчики в запястьях. Забавно. Это и правда интересно: многие механические части у киборгов работают на электричестве, но это же электричество их и убивает.

– Слишком большое напряжение. Их просто сжигает заживо.

– Этот Николас наш друг? – Нортон задал этот вопрос и слегка мотнул головой. Увы, увидеть выражение лица мне помешало его темное каре. Локоны вновь выбились из-за уха.

– Уже без понятия.

– Ладно. Я поищу информацию, но не обещаю, что найду что-то. Если бы Лекс скрывался в "Крул", то местные шишки уже бы подняли район на уши. Но слухи есть слухи, а мне их часто приходится собирать.