На Рассвете Бескрайнего Леса. Часть I

Глава одиннадцатая: Аква

1 декабря. Район «Алая Роза». В неизвестном здании. Чуть позднее десяти часов утра.

Натаниэль так и не попрощался с Дереком. Подозрительный человек по имени Эрнест Кларк сразу же вывел его из помещения и повел туда, где Фарро ранее не был. Он никогда не слышал о некоем Кларке, никогда не видел этого мужчину. Парень сразу понял, что этот заказчик не просто механик.

Все те люди из бара пришли в «Алую Розу» с ним.

Натаниэль не заметил ни оружия, ни ярко выраженных модификаций у незнакомца. Обычный человек, ничего особенного. Однако одна деталь вызвала у Фарро панику куда больше того количества людей в баре: модифицированные глаза. Не линзы, не простенькая модификация. Ободки в зрачке передвигались и меняли яркость, будто в процессе вычисления. Они имели синий цвет, которого не существует в природе и не дается от рождения. Следом Натаниэль обратил свой взор на едва заметные линии, тянущиеся по диагонали от мочек ушей к нижним векам. Но Кларк явно не был охотником Гильдии или наемником. И это точно не шрамы. Спрашивать Натаниэль не хотел, да и вряд ли он получил ответ.

Они перешли в другую многоэтажку по одному из мостов, соединявших высотки, а после небольшой развилки коридора – на очередной. Из-за туч показалось солнце. Здания, которые они пересекали, находились практически на границе рынка. Жилые комплексы и мелкие коттеджи остались с левой стороны. Глядя вдаль, Фарро видел лишь край леса и краешек моря. Кларк проследил за отставшим от него наемником и облокотился на перегородку, не позволявшую путникам свалиться вниз. Дул сильный ветер, эхом гудевший в барабанных перепонках.

– Впервые в этой части района? Мы на сорок пятом этаже, такое не увидишь вон с тех домов. Когда еще не существовал «Неоновый», «Алая Роза» граничила с третьим спальным районом. Вдоль леса был проезд к набережной и морскому порту. Сейчас же администрация запустила все дороги, и весь асфальт пошел трещинами, – Фарро не ответил ему. Кларк спрятал лицо от ярких лучей солнца. – Глухой лес, через который не покинуть Долиэстор. Эти коттеджи снизу в один момент станут очередными заброшками, либо город расширит границы, и вместо зелени появятся очередные безвкусные «человейники». Остались ли еще города на нашей планете, не утратившие шарм минимализма? Ты ведь не местный, так? Неклс поддерживает старые постройки, особенно в центре. Могу ли я поинтересоваться, что тебя привлекло в Долиэсторе? Тебе, кажется, нравится вид отсюда. Вид живой природы.

– Это давно норма, что молодежь уезжает в города покрупнее.

– А Брен? Он ведь теперь столица у вас.

– В городах Керрикна нет таких возможностей как в Сакроме.

– Ты не стал поступать куда-то, о каких возможностях тогда речь? А города здесь есть и получше. Хотя, чья бы корова мычала, мои родители тоже переехали сюда, когда мне еще и десяти не было. Я родом из Бевквуда. Мог бы вернуться с ними, однако, решил продолжить обустраиваться в Долиэсторе.

– К чему вообще весь этот разговор?

– Делюсь сокровенным, или, проще говоря, завоевываю твое доверие. Насколько я понял, ты из тех немногочисленных модифицированных, которым по душе не мрак Неоновых Кварталов, а красота «Дриады». Это хорошо.

Кларк предложил не задерживаться, вновь напоминая, что у наемника якобы запланированы на день дела. Натаниэль чувствовал, как его нервы начинали сдавать. Он крайне редко испытывал подобное чувство, поэтому его волнение лишь нарастало. Фарро судорожно осматривался по сторонам: темные коридоры, тусклое освещение, и свет, исходящий от его модифицированных глаз, отражающийся на сверкающей поверхности темных, металлических дверей.

– Твои глаза всегда так светятся? – чуть повернув голову, Эрнест пересекся взглядом с наемником.

– Наверное.

– Наверное?

– Я не отвечаю на вопросы, связанные с моими модификациями.

– Как механик скажу, что они слишком яркие, словно кристаллы. Завораживает, не правда ли? И твоя рука – если не брать в расчет ее темный как смола оттенок, то движения и гибкость практически равны живой. Очень тонкая работа.

– Вы не обычный механик, не так ли? Я не видел Вас в списках действующих охотников.

– Я и не состою к Гильдии, Натаниэль. Не вступал и не собираюсь, уже не маленький, – заметив, как погрубели черты лица Фарро, как сузились его веки, Кларк вздохнул и улыбнулся. – А-а, ну ты-то тоже уже не ребенок, чтобы сидеть в этой песочнице. «Список на вылет». Что же заставило такого парня, как ты, пойти по темной тропинке? Что подтолкнуло заняться чем-то, вроде наемных убийств? Ты сказал чуть ранее, что деньги тебя не особо волнуют. Значит, иные причины? Месть?

– Вас это не касается.

Натаниэль всем телом ощущал бешеные удары сердца о его механические внутренности. То, что он в черном списке Гильдии – не секрет ни для кого, но вот мотивы его попадания в этот самый список...

Наемниками в Долиэсторе становятся далеко не от хорошей жизни: желание наживы и богатства, хоть какие-то деньги, чтобы сводить концы с концами, или же просто удовольствие от того, как пуля проскакивает через голову очередного отморозка, от которого решили избавиться. Долиэстор большой, людей слишком много, как и заказов. Фарро никогда не брал такие, которые были обусловлены словами «просто хочу от него избавиться, надоел», «перешел мне дорогу, пусть получит по заслугам» или же «личная неприязнь – вот и решил убить». Натаниэль соглашался лишь тогда, когда человек провинился и был пойман на чем-то действительно отвратительном, противоречащим всякой морали. В какой-то степени он делал одолжение и А-271: Эл предложил ему сотрудничать, объяснившись тем, что С-291 и Нильсен, некий человек из центрального штаба, не всегда дают добро на запросы и миссии, да и сам Сайлас не видит ничего плохого в решении проблем подобным способом. Дело его, конечно, оплата также присутствует, но что-то все равно в их отношениях не наладилось. Натаниэль часто спускал курок даже тогда, когда просили привести преступника живым. И в чем загвоздка? Зачем ловить и содержать где-то тех, кому нет прощения? Разве не этим занимаются палачи из «Аквамарина»? Первой начала мотать нервы его жена, Аделин, а после и сам Эл последовал ее примеру. Вторым камнем преткновения стал излишний интерес этой семейки жизнью Фарро: биографией, обычной повседневной рутиной, сторонней работой, хобби, знакомствами и прочее. Модифицированный, как и сказал Кларк, уже не был маленьким, да и вторые родители ему и даром не сдались. Вероятно, будь парень одиноким или выросшим в отвратительных условиях – его ледяное сердце бы дрогнуло, приняв всю эту заботу о нем.