Надежда Тёмной академии. Дизайнер для ректора

Глава 18

Из потайного отделения на меня смотрела симпатичная девушка. Витые локоны, аккуратный маленький носик, милая улыбка. Разумеется, я тут же узнала её. Это была Коральдина, а раз её миниатюра находилась тут, значит, Лютрарион всё-таки любил её. Часы выпали из моих рук, и словно бы вместе с ними упало и моё сердце. Некоторое время мне потребовалось на осознание того, что правда оказалась для меня такой неприятной.

Я сидела на кровати и изучала её портрет.

- Она была очень красивой, - обречённо проговорила я.

- Я не удивлён, - произнёс Тропус, вглядываясь в представший передо мной образ. – Этот твой ректор – тот ещё фрукт.

- Это не мой ректор, - прошипела я.

- Уже не твой, - согласился Тропус.

Для своих насмешек мой фамильяр выбрал неудачное время. Я выплеснула часть гнева наружу в виде незримого потока энергии. Тропус взвыл, и по велению моего резкого движения ладони направился в шкаф.

- Ещё одно подобное слово, фамильяр, - процедила я, - и ты будешь есть заварной крем, чего бы это мне не стоило.

Слёзы собирались у меня в глазах, а голос стал подрагивать.

- Прости, - раздался приглушённый виноватый голос Тропуса. – Можно мне выйти?

- Нельзя, - сквозь слёзы проговорила я.

Но Тропус имел свои представления о моих запретах, а потому вскоре я услышала его участливый голос совсем рядом:

- Знаешь, что я думаю, Алиса?

- Что? – вытирая слёзы, спросила я.

- Эта Коральдина вовсе не такая уж и красивая, - заметил он. – Ты только посмотри на неё, и на себя.

Он мягко потянул меня к зеркалу.

- Ты только посмотри на себя! - предложил он. – Ты само совершенство, милая. И если Лютарион не понимает этого – значит, он полный осёл.

- Не правда! – возмутилась я, - Коральдина тоже красивая!

- Это не важно! – грозно проговорил фамильяр. - Сколько мне ещё повторять тебе, чтобы ты поверила? Ты у меня самая лучшая!

- Спасибо, Тропус, ты у меня тоже самый лучший! - я вытерла слёзы, и немного успокоилась. – Это приятно, правда. Но ведь ты говоришь так, потому что я - твоя хозяйка.

Мордочку фамильяра исказила сложная гамма эмоций.

- Я оскорблён, Алиса, очень оскорблён! - раздражённо ответил он. - Но раз уж дело деликатное, то на этот раз пропущу твои слова мимо своих чувствительных ушей. А говорю я так, потому что действительно так считаю! И ты знаешь, что у меня на всё есть своё мнение, над которым даже ты не властна.

- Это правда, - согласилась я. – Но что же мне тогда делать? Я не могу не помочь ей.

- Так помоги! – ответил Тропус. - Но ставить крест на чувствах пока что рано.

Так думал мой фамильяр, и в чём-то он был прав. Однако я была совсем другого мнения. Я просто не могла теперь позволить себе встать между двух сердец и оборвать их прочную, устоявшуюся связь. А значит, самое лучше, что я могла сделать в этой ситуации, это воссоединить их, и тихо уйти в сторону. Может быть, судьба приберегла для меня что-нибудь другое?

В сущности, я ведь даже толком и не дала шанс Ардманделу показать себя. Кто знает, может быть, я напрасно храню в себе образ ректора? Скорее всего, так.

Тропус же был непоколебим в своём мнении, уверяя меня, что этот портрет вовсе ничего не значил. А даже если и так, то всё это было до того, как ректор познакомился со мной.

- Вроде как попробовать первый раз изюм, - подбирал слова он, - а потом угоститься сладким виноградом. Я, конечно, терпеть не могу сладости, но думаю, что ты меня поняла.

- Конечно, поняла, - согласилась я, - но если бы я и была тем сладким виноградом, разве ректор не стал бы стремиться узнать меня?

- Разумеется, стал бы, - ответил фамильяр. – Только ты не забывай, Алиса, что он слишком занятой человек. А, кроме того - мужчина.

- Последнее никак не могу приписать к оправданию, - заметила я.

- Женщины для нас, мужчин, - гордо произнёс он, - словно загадочное пламя огня. Его хочется постичь, к нему хочется приблизиться, но стоит прикоснуться – обожжёшься.

- Так правильно! – подхватила я. – Нечего касаться, если не знаешь, как это делается.

- Знаешь что, Алиса, - буркнул Тропус. – Сам не пойму, для чего я тут выгораживаю ректора, пытаясь оправдать его. Вообще-то, мне он тоже не очень-то нравится, если быть откровенным. Но на его примере я лишь хочу подчеркнуть тебе то, что сдаваться некогда нельзя.

- Очень глубокая мысль, - невесело усмехнулась я. – Постараюсь запомнить.

Ночь подступала всё ближе, я посмотрела на кровать. Меня ожидали долгие и бессонные часы раздумий и, возможно, слёз.