Наедине с драконом. Попалась, истинная?

Глава 4

Проснулась с адской болью в голове и невозможной сухостью во рту. Нет, во всём теле. Будто из меня за ночь разом выкачали всю влагу, даже слюны не осталось. И вкус такой мерзкий на языке, запах…

Опустила руку на лоб, пытаясь справиться с резким приступом помутнения.

– Да что вообще происходит? Почему так плохо? – просипела, едва узнавая собственный голос.

И только минуту спустя до меня начало доходить…

Я нашла в погребе вино. Это было какое-то безумие. В жизни больше трёх глотков не пила. А тут… на меня что-то нашло, словно бес вселился. Отыскала головку сыра, нашла орехи, мёд, мандарины и понеслось…

Нет, не будь у чешуйчатого такого богатого запаса продовольствия…

Ладно. Кого я обманываю? Я ощущала себя настолько жалкой, брошенной и одинокой, что выпила бы в любом случае. Может, не так много. А ещё всё время злилась. Вспоминала самодовольную морду белобрысого дракона и злилась. Что было после того, как я повстречалась с вином, помнила плохо. Я ведь никогда не напивалась до такого состояния.

Кое-как соскребла себя с кровати и, пошатываясь, доползла до уборной. В жизни не было так плохо. Я бы точно померла. Однозначно. Но когда я умылась, прополоскала рот и вернулась в комнату, увидела на тумбе стакан и графин с водой. И только когда опустошила его наполовину, заметила записку.

«Доброго утра тебе не желаю, моя маленькая вредительница. Надеюсь, ты чувствуешь себя достаточно ужасно, потому что я себя чувствую отвратно. Из-за кое-кого мне пришлось полночи наводить уборку. Твои вещи у шкафа. Мыло и зубной порошок найдёшь на полке в купальне. Я хотел оставить тебя голодной, но был достаточно великодушен и сварил для тебя бульон и кашу. Буду вечером.

К вину лучше не прикасайся. Иначе спать будешь на улице. Я серьёзно…»

Невольно усмехнулась, прижав ладонь ко рту.

Очень похоже на то, словно мы с драконом уже много лет как женаты и такие инциденты в порядке вещей. Я вытворяю всякие безрассудства, а он терпеливо сносит все мои выходки, потому что любит…

– Он что, святой? – Положила клочок бумаги обратно на тумбу и поплелась к шкафу.

Нужно было превращаться обратно в человека. Вспомнить бы ещё, что конкретно вчера творила.

Схватилась за голову, пошатнувшись. Перед глазами замаячили размытые обрывки воспоминаний.

– А, нет. Лучше не вспоминать…

Не уверена, но, скорее всего, я оставила дракону знатный беспорядок. Даже удивительно, почему он меня не вышвырнул. Я ведь старалась. Всё зря, выходит.

Вздохнула и полезла в сумки…

С трудом помылась, надела любимую байковую пижаму, которую мне, судя по всему, положила мама. Больше некому. Расчесала мокрые волосы и спустилась в гостиную.

– Ой-ё… – протянула ошеломлённо, вмиг устыдившись.

Обои было не узнать. Все стены перепачканы углём и золой. Даже каминную полку умудрилась разрисовать. В остальном, всё было чисто. Пахло свежестью. Видимо, дракон справился со всем, кроме моего художества.

Горестно вздохнула и поплелась в кухню. Жаровня всё ещё источала тепло. Выходит, чешуйчатый не так давно умотал.

На столе стоял горшочек с рисовой кашей, а рядом такой же с бульоном. В корзинке под полотенцем лежали свежие булочки.

Стыд накатил по новой. Не стоило вести себя так безобразно. Да, я не хотела замуж, тем более за дракона, с которым потом и не развестись, если что. Была огорчена тем, что все мои планы были нарушены, тем, что я подведу людей, которые мне доверились, заказав у нас украшения, но всё же…

– Просто перетерплю этот месяц и вернусь домой, – решила для себя, со вздохом садясь за стол. Нужно было что-то поесть, чтобы организм заработал. Хотя вообще не хотелось.

К чайнику с чаем была прикреплена ещё одна записка.

«Отвар от похмелья. Надеюсь, ты отравишься, но всё же выпей…»

Изо рта вылетел смешок.

– Он меня проклинает или всё же заботится?

Налила полную чашку отвара и жадно выпила, сразу ощутив облегчение.

Стыдно стало в третий раз. Это уже ни в какие рамки не лезло, поэтому я решительно быстро похлебала бульон, помыла за собой тарелку и пошла за красками. Мама не могла их не положить.

Я приняла непростое решение исправить своё безобразие и отступать не намеревалась. За свои поступки нужно нести ответственность, вот и я понесу. Радость в унылую жизнь дракона…

Надев фартук, я заплела волосы в косу, повязала косынку и, вооружившись кистями и баночками с красками, спустилась в гостиную. Оценила масштаб бедствия, прикинула, как можно всё исправить, и приступила…

Отвар немного улучшил моё самочувствие, но всё равно немного мутило. Хотелось спать, но я боролась с собой. Исправляла то, что натворила. Несмотря на слабость, несмотря на то, что краски ложились плохо. Я рисовала.

Безобразные угольные мазки превращались в размытый образ дракона, парящего над вершинами отвесных скал. Под раскидистыми крыльями бушевало море.

Каминную полку расписала узорами. Сдержанными, витиеватыми, будто лиана ожила и распустилась белыми цветами.

Я отвлекалась только на походы в уборную и на то, чтобы утолить жажду. Один раз поела кашу и жутко начало клонить в сон, но остановиться не могла. Процесс поглотил полностью. И остановилась только тогда, когда поставила последний завершающий мазок на оконной раме.

Убрала со лба выбившуюся из косы прядь и вздохнула, ощущая себя полностью обессиленной. Обессиленной, но довольной.

… на улице царила непроглядная темень.

Убрала краски, помыла кисти в растворе, всё прибрала за собой, немного посидела на тахте у камина и пошла наверх. Раз дракон не спешит возвращаться в своё логово, нет смысла ждать его, словно преданная жена. Может, он вообще про меня забыл. Гад…

Зашла в комнату, вытащила с полки сорочку, чистое бельё, повернулась и невольно вздрогнула от неожиданности.

В проёме, прислонившись плечом к дверному косяку, стоял с печатью усталости на лице драконище. Ворот распахнут, волосы в беспорядке, но на губах играла странно-умиротворённая улыбка.