Наследный принц злится или Травница и ее фиктивный брак

Глава 9. Хочешь жить - иди учиться!

- Я ей кашу даю, а ента* собака зыркает на меня и молчит!

- Фосья, она и должна молчать, собаки не говорят, - со вздохом сказала я, уже десять раз пожалев, что выпросила у родни служанку.

С одной стороны, ей оплачен месяц вперед и мне действительно нужна помощница. Но степень любопытства и говорливости у девушки достигала столь впечатляющих высот, что она в одиночку ухитрялась создать ощущение толпы. Причем толпы не идущей по улице мимо по своим делам, а рыночной, которая дергает за рукав, требует внимания, а иногда тычет в лицо рыбным хвостом.

В доме бабушки она побаивалась проявлять характер, зато у нас буквально расцвела, почему-то решив взять над всей семьей опекунство, прямо задушить заботой.

Доминика юная служанка накормила завтраком так, что тот уходил покачиваясь и засыпая на ходу. У Эли пыталась отнять платье и подшить, потому что оно «большое для ваших яблочек», чем вызвала бурное смущение сестры, и так стесняющейся своей хрупкой фигуры. В итоге Элеонора вырвалась и убежала в большой дом красная, хоть свечу поджигай.

Меня Фосья пытала кто именно приходил ночью и почему она не проснулась, хотя обычно «таракан не пробежит». Пришлось сообщать, что приходила мамина подруга.

А еще, что она дама с характером, причем скрытная, так как получила в бою жуткие шрамы, теперь их стесняется и поэтому занимается лечебными мазями. Магесса не желает, чтобы ее видели чужие, вот и навела сонный морок на служанку.

Про несуществующую покровительницу пришлось рассказывать, так как утром я посылала Фосью к соседке, отдать мазь. Кроме приличной суммы и довольной горничной к нам домой вернулась история про испуганные крики тетушки Тойалин, с которыми та слушала невесть откуда взявшиеся подвиги Фоси. Оказалось, та и не спала вовсе, а лишь притворялась, на самом деле «приоткрыв чуток глазок» и воочию наблюдая за «страшенной старухой, вокруг которой тьма да призраки».

Могучее воображение вкупе с непоседливостью девушки и забавляло, и настораживало одновременно. Тем более, что перед самым нашим выходом из дома под раздачу попал ничего не подозревающий Буст. Он обиделся на меня за то, что я не взяла его вчера с собой и демонстративно не реагировал на «чужачку», показывая, как мы будем беззащитны без его стараний и сторожевых усилий. Ходи кто угодно и бери что хочешь!

Игнорирование продолжалось до тех пор, пока утром Фося внезапно не обнаружила в доме еще одну заблудшую душу, требующую ее заботы. И начала эту душу «любить». Теребить за уши, таскать под брюхо, так что все четыре лапы молотили по воздуху, пытаясь найти точку опоры. А еще моя новая горничная считала, что у нее прекрасное чувство юмора. Поэтому она подносила кусок хлеба к носу Буста и с хохотом отдергивала еду, когда тот пытался ее схватить. Раз за разом. Я в это время рисовала линеечки в тетради, позаимствованной у Доминика, создавая из нее финансовую книгу, куда планировала заносить все доходы-расходы семьи. И, хотя слышала фыркающий, словно задыхающийся смех Фоси, не сразу поняла, чем она занимается.

Буста я спасла, служанку приструнила, но издевательств пес не простил. Смотрел тяжелым взглядом за передвижениями служанки и щелкал челюстями, когда она проходила мимо, изображая едва-едва не случившийся укус.

На мою просьбу охранять дом в наше отсутствие, Буст отвернулся и лег ко мне хвостом. Даже задними лапами по полу начал скрести, дескать, зарывает нашу дружбу и это разрывает ему сердце. Пришлось дать слово держать горничную под жестким контролем, а ему принести что-нибудь вкусное. После чего он перестал царапать доски, а Фосья неожиданно задумалась. Так и знала, что она немного наивная, но совсем не дурочка - слишком блестящие глаза и совсем не простые попытки прощупать, где у нашей семьи предел.

В здании городской администрации я подписала заявление на компенсацию, а Фося вдоволь насмотрелась на рисунки, изображающие еще не пойманных преступников. Их вешали на стену, рядом со входом для Сапогов – подразделения городских патрульных, дежурящих по улицам.

Зато чуть дальше по коридору размещалась доска объявлений, на которую любой горожанин мог повесить запрос или жалобу. Кто-то обвинял соседей в ночном шуме и обещал стражам с десяток медяков за возможность поспать в тишине. Автор другого листка приглашал свободных патрульных в свою таверну отужинать, а заодно выгнать пьяную компанию моряков, решившую там коротать все дни до отбытия своего судна. И с неприятной регулярностью разносившую зал в щепки.

Но больше всего было заявок на обновление защитных рун на домах. И вот это было очень интересно для заработка. Я вполне могла нанести знаки неплохого качества за совсем небольшую плату.

При служанке, которую знаю всего день, забирать одно из объявлений было опасно, но я небрежно упомянула, что спрошу мамину подругу сможет ли она помочь горожанам. Перчатки, чьей дополнительной задачей недавно стало восстановление магической защиты, явно не справлялись. Скоро ситуация начнет выходить из-под контроля и появится идея набирать в отделение студентов старшекурсников из магической академии.

Кстати.

Я как вкопанная остановилась перед зданием Столичной универсал-академии, мимо которой мы проходили.

__________

*- просторечье, мелькающее время от времени в речи Фосьи, конечно стилизованное. Если создавать «крестьянский сленг» специально для этой фэнтези-вселенной, возможно, слова служанки было бы сложно понимать. Поэтому я приняла решение заимствовать схожие элементы из нашего родного мира. Так же как использую понятия «метр», «минута» и т.д.