Наставница для наследника престола

Глава 15

Аарон герцог Элгарион

Герцог сидит в кресле с таким разгневанным лицом, будто весь мир тотчас должен испариться.

Его кресло развернули, и теперь он пялится в стену – очень увлекательное занятие. Но, что хуже, ему приходится выслушивать бредни его величества – Сайгар, чертов полудохлый монарх, умудряется мотать ему нервы, даже стоя одной ногой в могиле.

— Прикройте, пожалуйста, глаза, ваша светлость, — говорит главный королевский камердинер.

Аарон вздыхает, закрывает глаза ладонью – цепь на его руке громко звякает.

Два лакея сменяют портрет на мольберте и отходят.

— Милорд, вы можете ознакомиться, — голос камердинера тошнотворно вежлив, но в нем скрывается тревога.

Все действо происходит в королевской опочивальне, где стоит удушливых спертый запах. Окна открывают крайне редко – доктора опасаются, что Сайгар подхватит простуду.

Аарон убирает руку, глядя на очередной портрет.

— Ну как тебе эта? — раздается слабый, но язвительный голос короля.

Девица, что изображена на портрете, безупречно красива. Художник явно постарался. Но герцог Элгарион безразличен – красота его не привлекает так, как должна. Он все равно не сможет любоваться ею воочию, а значит в его глазах она ничего не стоит. Когда-то он мог наслаждаться красотой женского лица, глаз, улыбки. Теперь все в прошлом.

— Так же, как и предыдущие, — произносит он. — Мне плевать.

Король молчит, лишь делает знак камердинеру, чтобы унесли портрет.

— Герцог, ты обязан выбрать кого-нибудь, — говорит он. — Ты уже не так молод. Собираешься быть регентом, неси бремя супружества, или твои подданые так и будут считать тебя чудовищем.

Аарон вздергивает бровь.

Кто бы говорил о чудовище? Сайгар был трижды женат и каждую свою жену он сперва любил, а затем люто ненавидел.

— Список, — герцог протягивает руку, и камердинер спешно роется на столе, идет, прищелкивая каблуками, и с поклоном вкладывает документ в ладонь Аарона.

Герцог хмуро разворачивает список. Сплошные первые наследницы. Аарону нет нужды усиливать свой дар за счет родовой силы избранницы. Неужели собственная болезнь ничуть не отрезвила Сайгара? Он трижды брал в жены наследниц рода, поглощая их магию. Помимо жен, у него была еще уйма мьес, с которыми он развлекался. Все это привело к тому, что хрупкое человеческое тело короля не смогло вынести разрушительной силы дар.

Конечно, в том, чтобы обзавестись женой, был резон, но стоило об этом лишь подумать, Элгарион морщился, будто его заставляли жевать лимон. Он никогда не посмотрит в глаза собственной супруге, а после первой брачной ночи, отправит прочь. Ради ее безопасности он будет посещать ее только для того, чтобы зачать наследника. Или, вовсе не будет, ведь наследник ему не нужен. Это чертов суррогат вместо семьи.

Аарон трет переносицу.

Регенту положено быть женатым. Это немного сблизит его со знатью, ведь жена будет вхожа во многие дома. Кроме того, хорошая и умная жена сумеет расположить к герцогу даже тех, кто сейчас его боится, презирает и не понимает. Возможно, супруга станет тем мостиком, который свяжет его даже с молодым королем, ведь отношения у Аарона и Кайла так сложны, что без кого-то отстраненно-рационального в них просто невозможно разобраться.

Может, Элгариону все-таки стоит потерпеть в своей холостяцкой жизни женщину? Но только не из разряда слабых, нежных и ранимых. Желательно взять ту, которая даже из положения жены монстра сумеет извлечь выгоду. Которая будет в должной мере честолюбива и рациональная. Возможно, даже разумна.

… Впрочем, разве такие женщины существуют в природе?

Аарон морщится.

— Я сказал, что подумаю, — цедит он. — Почему среди кандидаток нет вторых или третьих дочерей?

Сайгар шипит.

— Исключено, — его голос наполняется прежней властностью. — У тебя выбор лишь из тех имен, которые ты видишь на бумаге. О, первородная, мне нужно тебя учить, герцог? В постели ты, надеюсь, знаешь, что делать?

Аарон криво скалится.

— Настолько, что мог бы и тебе преподать урок, если бы ты еще был на что-то способен, — хлестко отвечает он.

Воцаряется тишина.

Одно дело укорять двоюродного брата наедине, другое – сказать что-то настолько оскорбительное прилюдно. Впрочем, камергер, лакеи и прислуга делают вид, что они немы и глухи от рождения.

— Ты… — шипит король, — … безумец… — он задыхается, его начинает мучить кашель.

Личный королевский врачеватель тотчас приподнимает его повыше, прикладывает к горячему лбу смоченную в отваре тряпку и стирает испарину.

— Постарайся быть хоть немного нормальным… — говорит Сайгар.

Нормальным?

Аарон безразлично смотрит перед собой, продолжая ухмыляться. Кто бы счел его нормальным?

Герцог-Зло.

В нем нет ничего нормального.

— Возьмешь Мелиссу Эшфорт, — в приказном тоне заявляет король. — Она первая красавица Гнемара, блестящая леди и наследница рода. Ее дар уже пробудился, а помолвку с Блейком после истории с разводом ее отец так и не подтвердил.