Наставница для наследника престола

Глава 41

Неялин Лейн

— Леди.

От прикосновения прохладной руки я вздрагиваю и просыпаюсь.

Смотрю на Шерри с растерянностью. А затем оглядываю постель и комнату. Слегка измятые простыни, одинокая комната, утренний свет, ворох воспоминаний и сумятица в голове.

— Я принесла еду, — говорит Шерри. — Вы проспали вчера весь день… Мне велели вам сообщить, что расписание короля остается без изменений.

Я растерянно киваю.

Вспоминаю, как прикасалась к герцогу и как горячо отвечала на каждый его поцелуй. Да – в него сложно не влюбиться. В строгого, сильного и наделенного властью. В мужчину, от присутствия которого подгибаются колени. В того, для кого я – единственная.

— Господин Дериш уже ждет за дверью, — говорит Шерри, вынимая из гардероба мое платье.

Услышав это, я поспешно это платье надеваю, велю зашнуровать, а потом пригласить Нила, потому что он в некотором роде кладезь информации, и вчерашний день, который я проспала, обрисует хоть и не в красках, но доступно и просто.

Нил, первым делом, оглядывает меня. Да так, что я ощущаю себя идолом преклонения. Мужчина, проходя в комнату, слегка робеет, а потом докладывает, что Великий герцог приказал охранять меня, как зеницу ока. Теперь с меня положено сдувать пылинки.

— Случившее ударило по репутации короля и регента, — доверительно сообщает Нил, предварительно отослав Шерри. — Он велел сказать, что вам нельзя никому верить. Я стану вашей тенью. Без меня вам запрещено выходить из покоев.

Вздыхаю.

— Составите мне компанию, Нил? — сажусь за стол и без аппетита ем.

Здоровяк неловко устраивается напротив, и я улыбаюсь. Он – воин, матерый, хищный и грубый и в общении едва умеет подобрать слова. Ему трудно дается вся эта дворцовая возня.

— Кто подослал к Кайлу убийц? — спрашиваю я. — Королева?

— За ней следят и днем, и ночью, — отвечает Нил. — Нет. Она и шагу не ступит без разрешения Великого герцога. Он полностью ее контролирует.

— Но ведь это не значит, что она не при чем?

— Не значит, — смотрит он мне в глаза.

— Есть люди, которые ей верны. Кто-то среди членов совета и, возможно, наставников короля.

Нил скрещивает руки, откидывается на спинку стула и улыбается. Как-то понимающе и проницательно.

О да.

Леди не трещат без умолку с набитым ртом. Я виновато пожимаю плечами – чего уж. Нил, как никто лучше знает – я никакая не леди. Он видел меня в лазарете, следил за мной в госпитале, видел, как я ем и, возможно, сплю. На самом деле, этот человек почти влез мне под кожу.

Когда мы выходим в коридор, я застаю у двери лорда Адама Дерби, Джареда Уиндема, Лоуренса Квинси и Эндрю Грегори. Удивленно застываю, а Нил грозно встает за моим плечом.

— Святая мать, — шепчет Джаред, задирая голову, чтобы посмотреть в лицо Дериша. — Он так и будет тут стоять?

— Боишься? — усмехается Адам.

Один только Эндрю делает нечто похожее на поклон, и я тоже ему киваю.

— Посторонитесь, лорды, — говорю спокойно и протискиваюсь, но они как по команде обступают меня и идут рядом.

— Да скажите же ему, чтоб отстал, — говорит мне Джаред, указывая на Нила. — Эту беспородную псину стоит держать подальше от нормальных людей.

Я косо смотрю на Нила, а у него на лице не читается ни одной эмоции. Ему плевать. По моей команде он может кого-то убить, но вот разговаривать ему в тягость. А сердиться на богатеньких аристократов он, вообще, считает ребячеством.

— Он будет сопровождать меня везде.

— Он и так таскался за вами раньше, — отвечает Джаред. — Но не настолько близко. Это неприлично.

Мы идем в крыло, отведенное королю. Здесь особенно видны разрушения, хотя вовсю идет работа по восстановлению.

— Сейчас леди Неялин – самое ценное приобретение его величества, — вдруг флегматично говорит Эндрю. — Поэтому вам, лорд Уиндем, стоит привыкнуть к компании безродной псины. И на вашем месте, при нем я бы так его не называл.

— Ценное приобретение? — повторят Джаред. — Кто бы мог подумать. Жаль только, она бегала лечить солдат и не додумалась помочь королевскому советнику.

На меня будто обрушивается поток холодной воды. В ту ночь я совершенно не думала, кого спасать первым. Это правда.

— Он погиб? — уточняю, никак не показывая, что слова Джареда меня задели.

— Да. И теперь Николас станет главой рода.

Я теряюсь, но не замедляю шаги, и мы все входим в учебную комнату. Она залита утренним светом, но в ней нет ни души, кроме бледного, поникшего лорда Варлоса. Он сидит за столом, его сжатые кулаки лежат на столешнице. А когда он вскидывает взгляд, я вижу… совсем не того Нико, каким он был всего два дня назад. Губы саркастично изогнуты, но в этой усмешке нет ничего доброго. Она, скорее, безумна.

Плечи у него напряжены, а взгляд зловеще скользит по другим наставникам, и в нем вспыхивает и тотчас гаснет что-то дикое. А потом Николас отворачивается, и я замечаю, что он впервые не побрился. Он, вообще, выглядит страшно помятым.