Наставница для наследника престола

Глава 52.2

— Здесь будет достаточно перевязки…

— Вылечи его, тебе ничего не стоит, — шипит над моим ухом Блейк.

Его обжигающий морозный дар стрекочет вокруг и жалит кожу. Я стискиваю зубы и склоняюсь над раненным человеком, растрачивая себя на того, кто и так почти здоров.

Голова раскалывается от боли, я с трудом поднимаюсь и иду к следующему «пациенту».

— Не нужно давить на жалость. Ты лечила и больше, — чеканит Блейк, двигаясь за мной следом.

Да, лечила.

Но сейчас я едва нахожу в себе силы воззвать к собственному дару.

— Смотрю, ты небезразлична Варлосу, — говорит он. — Не рассчитывай на его помощь. Королева не хочет, чтобы ты принадлежала кому-то из Совета.

Хитрая змеюка понимает, что в любой момент Совет может восстать против нее. Мне нужно ее переиграть.

Я делаю свою часть сделки безукоризненно – исцеляю всех подряд.

— Достаточно на сегодня, — говорю Блейку.

— Я сам решу, когда достаточно.

Приходится вылечить еще пятерых прежде, чем я начинаю пошатываться от усталости.

— Вот теперь хватит, — останавливает меня бывший муж.

Меня провожают в покои под конвоем. Блейк перед дверью хватает прохладными пальцами мой подбородок и смотрит мне в глаза:

— А теперь ты вылечишь меня.

После заточения выглядит он и правда неважно, но меня буквально передергивает.

Блейк велит страже ждать за дверью, вталкивает меня в покои и входит сам. И, к несчастью, не останавливается.

— Давай! — рычит он.

Мы стоим друг перед другом в полной темноте. Я с неменьшей яростью накладываю руки на его грудь – магия вторгается в него, но я медлю. Ощущаю его жизнь и со злости пытаясь оборвать ее, но ничего не выходит.

А потом нехотя излечиваю, отвернувшись в сторону.

Когда синяки и ссадины исчезают с его лица, и я опускаю руки, он дергает меня к себе и пытается поцеловать. Я резко отшатываюсь, но Итан напирает – слышу его нетерпеливое дыхание. Врезаюсь в стол, нащупываю какой-то предмет и бью надвигающегося Блейка по лицу так, что со стоном склоняется над полом.

— Только посмей, и снова тебя разукрашу!

Он садится, трогает рукой лицо, смотрит на пальцы, на которых мерцает кровь.

— Да кто ты, черт, такая? — шипит и добавляет несколько ругательств.

— Точно не та, кого ты убил!

Он поднимается, мечется по комнате в поисках свечей. А, когда зажигает фитиль, и робкое пламя озаряет комнату, подносит его к моему лицу. Он внимательно разглядывает меня, затем подцепляет пальцами подвеску рода Лейн и цепочку, на которой висит кольцо Аарона.

— Любишь его? — неожиданно спрашивает Блейк.

— Да, люблю.

Губы бывшего мужа расплываются в улыбку и желтый свет свечи вычерчивает на его лице жуткую гримасу.

— А я люблю Мелли, и даже сейчас ты не годишься ей в подметки. А самое паршивое для тебя в том, что Мелиссу я получу, а твой герцог сгниет в фамильном склепе. И даже на том свете он будет обречен вечно страдать, потому что я поставлю на тебя печать и буду забавляться с тобой в постели.

— Ты омерзителен, Блейк.

— Ты снова полюбишь меня, Нея.

Он ставит свечу на стол, разворачивается и хватает меня за плечо. Безмолвно ломает мое сопротивление, с безумием вжимаясь в меня, целует куда придется, пока я снова с яростью его не отталкиваю.

Блейк смеется.

— С печатью ты станешь покорной. Сделаешь все, что я тебе прикажу!

— Катись отсюда! — шиплю я.

Он хохочет, пытаясь уязвить меня, и показывая, насколько для него ничтожны все мои требования.

— Но знаешь, что, Неялин? — отдышавшись, сообщает он. — Не жди от меня ласки. Такая стерва заслуживает хорошей порки.

Он выходит из покоев и хлопает дверью.

А я начинаю бродить туда-сюда, обхватив плечи. Унимаю дрожь и пытаюсь гнать от себя отчаяние. Нельзя паниковать.

«Выдохните, леди Неялин. Подумайте трезво», — мне вдруг чудится расслабленный голос Аарона.

Он будто здесь, в комнате, прячется в тенях, шепчет и нежно касается моих плеч. Обнимает и укрывает от любых печатей. Он – безусловная сила, опора, гарант безопасности.

«А еще я идиот…»

— Немножко, — усмехаюсь я.

«Только не говори это мне в лицо».

— Ты оставил меня.

«Я за это сполна расплатился, не находите, леди? А теперь возьмите себя в руки. Я знаю, что трудно…»

— Аарон…

«Вы не умеете слушать».

— В том… другом мире, где я жила раньше, — говорю задумчиво. — Мне было очень страшно… Я боялась не справиться. Бежала от самой себя. Пыталась что-то доказать. Лезла на Эльбрус, мерзла, падала… И мне казалось, что это и есть жизнь. Доказывать, бороться, двигаться… А без этого, будто все напрасно….