Еще с вечера у меня разболелась голова. Вроде бы все было как всегда – мы дождались Кешу, поужинали, а потом как-то неожиданно голова стала раскалываться.
- Кажется, на сегодня с меня достаточно фильмов, - извинившись перед Елисеем, я ушла спать.
Всю ночь меня мучили кошмары. Я выпрыгивала из самолета, а парашют не открывался. Подо мной рушился мост, заваливая обломками. Я тонула в озере, горела в огне. В общем, ночка выдалась еще та.
Впрочем воскресное утро было немногим лучше. Помимо головной боли, добавилась боль во всем теле. Словно я и в самом деле половину ночи падала с кровати, а вторую половину меня особо безжалостно пинали.
- Поль, - в комнату заглянула мама, - вставать не пора?
- Голова болит.
- Ну-ка, - мама подошла и губами прикоснулась к моему лбу. – Ты вся горишь. Сейчас я градусник принесу.
Вернулась она быстро. Вот только градусник никак не хотел показывать конечную температуру. Когда наконец-то раздался звуковой сигнал, на дисплее высветилось – тридцать девять и три.
- Ну, что там? – из-за двери раздался голос Несси. – Заболела?
Мама осуждающе покачала головой и повернулась ко мне:
- Поля, раскутайся. Иначе температура еще больше поднимется. Сейчас лекарство принесу.
Стоило маме выйти из комнаты, как за дверью началось шушуканье.
- Мне нельзя болеть! У меня премьера!
Бабушкин голос звучал набатом.
Стоило мне раскутаться, как появился озноб. А еще стало так обидно – ты почти умираешь, а они боятся заразиться, видишь ли. Ну конечно, всякие премьеры важнее здоровья собственной внучки.
И так жалко себя стало, что я просто разревелась.
- Поля, давай, выпей таблетку.
Мама пыталась запихнуть в меня лекарство, но зубы выдавали чечетку, а из стакана периодически выплескивалась вода. Мама гладила меня по голове и что-то приговаривала.
Я понимаю, что это истерика, что это просто температура и что если я не успокоюсь, она не будет снижаться, но поделать со всеми этими знаниями ничего не могла. Слезы катились, а тело содрогалось в беззвучных рыданиях.
Когда через полчаса градусник показывал уже тридцать девять и семь, мама перешла к крайним мерам. Уже через пять минут на лоб опустилась вонючая тряпка с уксусом, а сгибы локтей и под коленями мама обтирала тем же раствором.
Еще спустя полчаса было очередное измерение температуры. Вот только результат маму совсем не устроил:
- Я сейчас «скорую» вызову и приду. Не скидывай полотенце.
Тряпка на лбу так быстро нагревалась и становилась противной, что я норовила ее скинуть. Но услышав про «скорую» мне стало еще хуже.
- Не надо «скорую», - я цеплялась за мамину руку, как за последний шанс.
- Не капризничай. Тебе только сделают укол и все. В больницу тебя никто не повезет.
В мамины слова слабо верилось. Болеть я тоже не планировала, а как оказалось, проснулась с температурой. Мама выскользнула из комнаты и начала тихо о чем-то говорить.
- Мама, но мне тоже нельзя болеть!
Голос брата прозвучал неожиданно. Точно так же неожиданно в комнату зашел Лис.
- А тебе что ли можно болеть?
Я пыталась пошутить, но, судя по обеспокоенному виду парня, не получилось.
- У меня прививка от гриппа сделана.
- Она не работает, - с уверенностью, основанной на горьком опыте, заявила я.
- Тогда зараза к заразе не липнет, - Лис улыбнулся и продолжил мамину работу – менять вонючие тряпки на моем теле.
С одной стороны я не хотела, чтоб Елисей заразился. Но сейчас, в момент слабости, во мне проснулась эгоистка. Я не хотела, чтоб он уходил, не хотела оставаться одна. А еще я была рада, что он рядом.
Говорят, что друг познается в беде. А я считаю, что так можно сказать не только про друга, а про любого дорогого тебе человека. А еще, думаю, что беда – это лишь первая часть проверки дружбы, отношений, любви. Вторая, не менее важная часть – проверка счастьем. Сможет ли твой друг или парень искренне радоваться за тебя и вместе с тобой?
Первую часть Лис прошел. Не отговорился болезнью, как бабушка и брат, не сделал вид, что ничего не происходит. Он появился в нужный момент, когда не звали, но нуждались. И теперь я была готова его боготворить.
- Надеюсь, это пройдет, когда температура уменьшится…
- Что?
Я не заметила, что произнесла последнюю мысль вслух.
- А что? Ничего.
Дальше «скорую» мы ждали в тишине. Я даже зубы посильнее стиснула, чтоб не выдать очередную порцию мыслей вслух.
- Что у нас тут?
В комнату вошли… глаза. Синяя форма врача скорой, синие бахилы на ногах, перчатки на руках и маска на пол лица, из-за которой видны только глаза.
Когда тебе страшно, а врач, человек который должен тебя лечить одет так, словно у тебя последняя стадия смертельной и жутко заразной болезни, спокойнее не становится. Вот и я увидев врача стала нервничать еще больше. Но как позже оказалось – совершенно напрасно.
- Укол я вам сейчас сделаю. И не переживайте, это просто грипп. Завтра необходимо вызвать врача на дом. Таблетки я напишу, какие необходимо начать пить. И чем раньше, тем лучше. Они помогут согнать температуру и начнут бороться с вирусом.
Как обычно у меня бывает, стоило врачу сказать «все будет хорошо», как становится легче. Уже и голова не так болит, и страх проходит, и даже дышится легче. Все-таки не зря психологи свой хлеб кушают и правы они, большинство болезней от головы.
Отредактировано: 25.03.2017