Не хватает огня

Глава 6

Бессилие – это яд. Он разъедал Артема изнутри медленнее, чем «Позитивная Коррекция», но вернее. Дни после его бесславного бунта превратились в монотонное существование тени. Он выходил из домика только по необходимости – за водой, иногда за едой, которую теперь ел механически, не ощущая вкуса. Он избегал центра деревни, площадки у фонтана, Общего Дома. Его маршруты пролегали по окраинам, вдоль леса, где он мог быть наедине с тишиной, которая уже не казалась звенящей, а была похожа на глухой саван, наброшенный на его сознание.

Он наблюдал. С холодной, почти клинической точностью. За стариком у колодца (фраза ровно в 07:15, как швейцарские часы). За тенями (всегда «неправильные», подтверждая его расчеты). За жителями. Он искал малейшие сбои в их поведении, но после «Синхронизации» они казались еще более отполированными, их золотые индикаторы Стабильности горели нерушимо. Даже дети играли с пугающей слаженностью. Его собственный индикатор упрямо показывал 100% (SYNC), но внутри была пустыня, выжженная яростью и отчаянием. Система победила. Она доказала, что он – ничто. Песчинка, которую волна гармонии смывает без усилий.

Именно в этом состоянии полной экзистенциальной опустошенности он и нашел ее. Или она нашла его.

Он сидел на старом, покрытом мхом валуне у ручья за своей избой. Место было тихое, полузаброшенное, не вписывающееся в идеальную картинку Долины – здесь было немного дико, неухоженно, что Артем ценил. Он швырял камешки в воду, наблюдая, как они создают идеальные круги на зеркальной поверхности, которые слишком быстро гасли. Символ его усилий.

Шаги были тихими, осторожными. Не плавной поступью Терона или Лорали, а с легкой неровностью, с едва уловимыми паузами. Артем не обернулся сразу. Пусть идет мимо. Еще один вестник гармонии с корзинкой пирожков или приглашением на квест по собиранию радуги.

Но шаги остановились в нескольких метрах. Он почувствовал на себе взгляд. Не рассеянно-доброжелательный, как у других, а… изучающий. Пристальный. Настороженный. Он медленно повернул голову.

Она стояла на тропинке. Женщина. На вид – лет двадцать пять. Не ослепительная красавица, как большинство здешних женщин, чьи черты были будто выточены по античным канонам. У нее было лицо с характером: высокие скулы, чуть слишком широкий рот, темные, глубоко посаженные глаза под густыми бровями. Волосы – каштановые, не идеально гладкие, а собранные в небрежный хвост, из которого выбивались пряди. Одетой она была не в лен или шерсть пастельных тонов, а в практичные темные штаны и просторную рубашку серо-зеленого цвета, напоминающую военную форму, но без опознавательных знаков. И главное – выражение лица. Ни намека на обязательную улыбку Эха. Ее губы были сжаты в тонкую линию, а во взгляде читалась усталость, глубокая, копившаяся годами усталость, и… понимание. То самое понимание, которого так не хватало в глазах Терона или Мирель, когда они смотрели на Артема.

Она не была NPC. Артем понял это мгновенно, на уровне инстинкта, еще до того, как его сознание успело проанализировать детали. Ее движения были плавными, но не идеальными – когда она скрестила руки на груди, он заметил легкую сутулость, как у человека, который слишком долго нес тяжесть. Ее глаза не скользили по нему рассеянно, а фокусировались, в них горел живой, сложный огонь – смесь сочувствия, осторожности и собственной боли. Никакого золотого индикатора Стабильности над ней не висело. Или он был скрыт.

«Новичок, – произнесла она. Голос был низким, немного хрипловатым, лишенным сладковатых ноток жителей деревни. В нем звучала реальная усталость. – Вижу по… ну, по всему. По глазам. По тому, как ты швыряешь камни, будто хочешь пробить дно этому проклятому ручью».

Артем не ответил. Он впился в нее взглядом, как зверь в капкан, оценивая угрозу. Его паранойя, усыпленная бессилием, проснулась мгновенно, наливаясь адреналином. Ловушка. Усложненная модель. Специально для меня. Чтобы сломать окончательно.

«Меня зовут Лика», – представилась она. Имя звучало чужим на фоне Теронов и Лорали. «Я здесь… давно. Дольше, чем хотелось бы».

Артем молчал. Его пальцы сжали очередной камень до побеления костяшек.

Лика вздохнула, ее взгляд скользнул по идеальному пейзажу с выражением глубочайшего презрения. «Знаешь, первое время я тоже сидела на камнях и швырялась чем попало. Потом поняла – дна тут нет. А камни бесконечны. Как и это… благолепие». Она произнесла последнее слово с ядовитой иронией.

«Откуда ты?» – выдавил Артем. Голос звучал хрипло от неиспользования.

«Оттуда же, откуда и ты, наверное, – она пожала плечами. – Из реальности. Той, что снаружи. Я… не проснулась однажды в поле. Я умерла. Клинически. ДТП. Грузовик, гололед, все дела». Она говорила об этом спокойно, слишком спокойно, но в углу ее глаза дернулась едва заметная судорога. «А потом – бац. Поляна. Солнце. Птички. И этот идиотский интерфейс с маной и стабильностью». Она махнула рукой в сторону своего виска.

Артем почувствовал, как в груди что-то екнуло. ДТП. Клиническая смерть. Как он. Но это могла быть ложь. Тщательно продуманная легенда, чтобы вызвать доверие.

«А ты?» – спросила Лика, пристально глядя на него. «Как попал? Если не секрет. Хотя, судя по твоему виду… – ее взгляд скользнул по его сжатым кулакам, по лицу, на котором застыла гримаса недоверия, – …ты не просто так здесь сидишь. Петля? Токсины? Или просто мир сгнил настолько, что сердце остановилось?»

Артем напрягся. Она угадала слишком точно. Они знают. НейроСети знают все. Это провокация. «Какая разница?» – пробормотал он, отворачиваясь к ручью. «Здесь все одно. Золотая клетка. С пожизненным сроком».

Лика тихо рассмеялась. Звук был сухим, безрадостным. «Клетка? Ты льстишь этому месту. Это не клетка. Это… аквариум для золотых рыбок. С подсветкой, идеальным кормом и вечным умиротворением. До скончания времен». Она подошла ближе и села на другой валун, метрах в трех от него. Достаточно близко для разговора, достаточно далеко, чтобы не нарушать его личное пространство. «И знаешь что самое мерзкое? Со временем вода в аквариуме кажется… нормальной. Даже комфортной».